Пришельцы
Шрифт:
– Логично, – сдержанно произнес Поспелов, ощущая, как близко он сейчас от разгадки, через кого идет утечка информации.
Единственным свидетелем происшествия на Одинозере была новый начальник метеостанции, агент Рим.
– Тут что-то еще замышлялось, – продолжала Татьяна. – Ворожцов всегда являлся, когда тебя нет на ферме. И на этот раз прилетел. Между прочим, чтобы наставить тебе рога. Так прямо и сказал.
Мне кажется, намеревались устроить публичный скандал или… взять меня в заложники, а ферму раскрыть как базуразведоперации спецслужб.
– Это не слишком смелое предположение? – мягко спросил Георгий.
– Меня
Оказывается, в это время работала еще одна наружная камера, снимала пустоту вдоль дороги, но там шевелилась трава и есть три следа. Можешь сам посмотреть.
Колю они не заметили: он хорошо двигался. Но я очередь дала, затаились, а когда вышла из дома и разобралась с этим мальчиком повернули и ушли назад. Я время на Пленках сопоставила – все сходится.
– Думаешь, Ворожцов с ними в сговоре?
– Думаю, нет. Его использовали, – она печально улыбнулась. Представляешь, я с ним наставляю тебе рога, а пришельцы спокойно входят и берут нас.
– Извини, но зачем весь этот спектакль? Зачем ты им нужна?
– Им не я нужна, а ты, – Татьяна вскинула мудрые, почему-то постаревшие глаза. – Они бы тебя крепко привязали. Или – нет?
– Что же станем делать с Ворожцовым? – вместо ответа спросил спросил он.
– Это не моя забота, – с внезапной неприязнью бросила она. – Ты я доложила.
– Васеня его друг?
– Не знаю, разбирайся сам. У меня инструкции, жесткий регламент.
– Ладно тебе, не обижайся, – хотел примириться Поспелов. – Про Васеню сам рассказал?
– Жди, расскажет… «Банзай» сделала – признался. Этот Васеня – кадр любопытный.
– Да, – протянул Георгий. – Если еще учитывать, что вчера он одного торгаша зарезал и хотел повязать кровью Рема. Так что делать с Ворожцовым?
– Пусть посидит, – смилостивилась Татьяна. – Отпустим – его немедленно уберут. Не оправдал надежд, провалил операцию.
– Мы не общество спасения. И камеру надо освобождать, скоро потребуется.
– Как знаешь, а я хочу спать. Разрешите отдохнуть, товарищ майор?
Поспелов ушел на кухню, вдруг сообразив, что ему негде спать: все места заняты женщинами. Остался диван в зале, но там открыт балкон и налетела туча комарья…
Не включая света, он сел у окна и, прикуривая, услышал,как на улице гулко и разом залаяли собаки. Натасканные по программе охранной службы собаки просто так не брехали, значит, в окрестностях фермы опять появились чужие. Он сунулся в коридор, чтобы взять в потайной комнате оружие и прибор ночного видения, и заметил белое привидение – «жена» осторожно двигалась к кухне и подзывала его рукой.
– Что? – шепотом спросил Георгий.
– Иди за мной! – так же шепотом потребовала она. – Скорее! Сейчас я тебе покажу, кого ты привел в дом.
– Ну что еще ты придумала? Опять кажется?
– Быстрее? Сейчас увидишь!
Он поднялся вслед за ней в чердачную комнату, Татьяна отвернула край занавески.
– Видишь огонь?
– Где огонь? – за окном было темно из-за низкой облачности. Овчарки еще лаяли, прыгая на забор.
– Отблески на земле! Вспышки! На земле, под ее окном. Сигнал подает! Стерва…
– Какой к черту сигнал? Кто?
– Женщина,
Поспелов встал за занавеску, с минуту вглядывался в темень земли и окна своей спальни, где сейчас была Рем – ничего!
И собаки поуспокоились, взлаивали для острастки… Татьяна становилась неврастеничкой. Возможно, от одиночества и страха в «бермудском треугольнике» не выдерживала психика, начинались галлюцинации, навязчивая подозрительность, шпиономания. Отправить бы ее в Москву вместе с Ремом…
– Там ничего нет, – он приобнял «жену». – Успокойся, тебе почудилось…
– Хочешь сказать, у меня что-то с головой? – она задиристо высвободилась. – Но я видела! Вспышки через равные промежутки времени!
– Ладно, – согласился Георгий. – Иди спать, а я тут подежурю. Иди и ни о чем не думай. Все будет хорошо.
Она ушла с видом обиженной девочки, а он долго потом сидел у окна и, как дурак, таращился в темень, пока перед глазами и в самом деле не поплыли круги и вспышки – признак утомленного зрения.
Наконец ушел в зал, намереваясь прилечь на диван и поспать хотя бы пару часов, однако, покурив на балконе, понял, что и в эту ночь сна не будет. У него возникло ощущение, что его постепенно, незаметно и давно вяжут по рукам и ногам, опутывают самыми неожиданными условиями и обстоятельствами. Причем сети забрасывают со всех сторон: хотели захватить на ферме Татьяну – она права, с помощью Ворожцова готовился захват! Затем втравливают Рема в обычную уголовщину, тем самым нейтрализуя активного агента. Если бы они хотели убрать резидента и всю агентуру из «бермудского треугольника», пожалуй, давно бы нашли способ как, попросту отстреляли бы где угодно – в сопках, на дороге или даже на крыльце дома.
Но пришельцы его вяжут, путают, возможно, добиваются покорности, чтобы сидел и не высовывался, чтобы ощутил, будто они вездесущи и все могут. Разумеется, им не выгодно ликвидировать сеть разведслужбы, в открытую вступать в конфликт с российскими спецслужбами, потому хотят приручить резидента, как-и положено «гуманоидам», средствами «гуманными».
А у Поспелова пока, кроме спорадических стычек с пришельцами, ничего не получается. Нужно действие иного качества, другого порядка, поскольку любой его ход, согласованный оперативным планом, давно просчитан и легко прогнозируется пришельцами. Следует резко и неожиданно перейти в наступление, ударить со стороны, откуда не ждут удара, навязать свою игру… Но для этого потребуется разработка особого плана разведмероприятий, качественно новая агентура и сама постановка задачи.
А пока входишь с таким предложением к руководителям, пока убеждаешь и доказываешь, пришельцы вычислят все его замыслы, и дитя умрет, не родившись. На это и расчет у пришельцев: они прекрасно изучили структуру и тактику действий спецслужб, психологическую обстановку в обществе, нужных им людей используют вслепую, через официальную прессу давят на мозги сказками о летающих «тарелках», пришельцах, полтергейсте и прочей чертовщине. На сломе идеологии оставшийся без всякой веры человек поверит во что угодно. Можно сказать, они обеспечили себе оперативный простор, осталось только парализовать работу спецслужбы в «треугольнике», что они сейчас делают и весьма успешно. Вот уже идет утечка информации, и, ясно, через собственных агентов! А каждый из них проверен и проверяется постоянно целым специальным аппаратом, существующим в конторе на правах внутренней контрразведки.