Пришлите FX-18
Шрифт:
Коплан покачал головой и потер щеку. Нет нужды осведомляться, были ли использованы все обычные методы: опрос шоферов такси, хозяев ночных заведений, допросы постовых полицейских и патрульных… Принимая во внимание личность пропавшего, все это, конечно, было сделано, и сделано тщательно.
— Вы уверены, что он не возвращался в отель ночью? — поинтересовался Коплан.
Его вопрос, казалось, удивил офицера.
— Не могу этого утверждать категорически, — произнес он после паузы. — Но одно точно: он не спал в своей постели. Почему
— Потому что отель «Риц» мне кажется местом странных событий…Разве не убили там недавно офицера?
Улыбка растянула тонкие губы иракца.
— О, понимаю. Вы думаете о политическом покушении? О проявлениях враждебности к режиму и гражданам стран Запада?
— Согласитесь, что это не исключено. Я даже не вижу никакого другого реального мотива. Эктор д'Эпенуа наверняка мог возбудить зависть к себе или желание отомстить. И я не думаю, что обычный грабитель стал бы прятать труп.
Начальник бригады устремил на собеседника проницательный взгляд.
— Вы считаете, что между двумя этими фактами может существовать связь?
— Я ничего не знаю, я ищу. Насколько мне известно, вы еще не арестовали совершившего первое убийство?
— Нет.
После некоторого молчания офицер продолжил:
— Тот, кого мы считали подозреваемым номер один, уплыл у нас сквозь пальцы. Я выписал ордер на его арест, но он исчез, не оставив следов. Поэтому я не думаю, что есть что-то общее.
— Есть, — уверил Коплан. — Эктор д'Эпенуа был другом погибшего — капитана Салеха Джафара.
Он произнес эту невероятную ложь с совершенно безмятежным лицом. Полицейский смотрел на него, вытаращив глаза.
— Что?
— Да. Это изменит вашу точку зрения?
Озабоченный чиновник взял из ящика стола листок бумаги, написал на нем несколько слов, потом вновь посмотрел на Коплана.
— Это, несомненно, новый факт, — признал он, — но я не уверен, что это облегчит нам поиски.
— Но ваша помощь могла бы облегчить мои. Тон Коплана стал более конфиденциальным.
— Мне поручено проверить, не было ли в жизни Эктора д'Эпенуа какой-то тайны. Исчезнувший дипломат — это инцидент, который может иметь серьезные последствия. Вы понимаете, что я хочу сказать?
Иракец согласился. Малейшего сомнения в лояльности атташе достаточно, чтобы ввергнуть в транс руководителей любого посольства.
— Моя поддержка вам обеспечена, — пообещал он. — Интересы наших стран совпадают. Что вы хотите узнать?
— Я хотел бы встретиться с друзьями капитана Джафара, с теми, в чьем обществе он находился незадолго до своей смерти.
Крючок был заброшен. С невинным взором Коплан ожидал, клюнет рыба или нет.
Начальник бригады снял очки, медленно протер стекла маленьким кусочком замши.
В принципе у него не было никаких оснований хранить в тайне имена офицеров, отмечающих новое назначение одного из них в кабинете «Рица», хотя он и не видел, чем это может помочь гостю.
— Не все они сейчас в Мосуле, — сказал
Из четырех участников двое служили в Мосуле: бригадный генерал Абдул Мухтар и полковник ВВС Мунир Аллави.
Первый был приписан к штабу Северного военного округа и проживал на вилле, расположенной на юго-западе города. Второй жил в казармах у аэродрома, севернее Тигра.
Что же касается двух остальных, полковника 52-го пехотного полка и капитана королевской гвардии, то один из них был «где-то в Ираке», другой — во дворце в Багдаде.
Коплан решил продолжать игру, так хорошо начавшуюся.
Снова сославшись на свою должность в посольстве, он открыто попросил встречи с генералом Мухтаром. Ему было очень важно изучить его сложение, внешность, повадки. Предлогом, придуманным им, была дружба, якобы существовавшая между капитаном Джафаром и д'Эпенуа.
Генерал, красивый тридцатилетний мужчина, великолепно носивший свою светло-бежевую форму, был неприятно удивлен, узнав о знакомстве между иракским офицером и французским дипломатом.
Коплан задал ему один или два формальных вопроса, потом ушел.
С этого момента он не мог терять ни минуты. Поскольку генерал замешан в заговоре, он непременно проследит за французом, пришедшим расспросить о таком неприятном факте, как исчезновение Эктора д'Эпенуа.
Вскоре после этой встречи Коплан уложил чемодан в багажник и выехал из Мосула по дороге на Эрбиль. Он доехал до этого местечка, поужинал там и до одиннадцати часов вечера слонялся по улицам, а затем не спеша поехал обратно в Мосул.
Он вернулся в начале ночи. Избегая оживленных мест, Коплан подъехал к дому генерала Мухтара. Там проживало никак не менее четырех человек: генерал, его адъютант, шофер и слуга.
Оставив машину, Коплан стал ходить по кварталу. После полуночи уличное освещение погасло, но звезды отбрасывали голубоватый свет на белые камни домов. Проспект был совершенно пуст.
Хорошенько взвесив свои шансы, Коплан позвонил в дверь виллы.
Через несколько минут зажегся свет. Стрельчатая дверь открылась, и слуга в феске выглянул»хтараясь рассмотреть ночного гостя.
Коплан сказал ему повелительным тоном на английском:
— Мне нужно видеть генерала Мухтара… Срочно.
— Я… Э-э… С кем имею честь? — спросил слуга едва понятно.
— Передайте ему это, — сказал Коплан, держа в пальцах конверт с визитной карточкой.
На обороте карточки он заранее написал: «Встреча была бы полезна нам обоим. Снаружи меня ждут телохранители».
Слуга взял конверт, поклонился и впустил европейца. Коплан вошел в роскошный холл, стены и пол которого были покрыты коврами. Медная лампа великолепной работы висела в центре комнаты, освещая пуфы и низкий стол. В доме стояла полная тишина.