Приверженная
Шрифт:
Я шел медленно, пытаясь побороть желание свернуть шею Максу. Хруст его костей в моем сознании согревал душу и давал такой сильный прилив адреналина, который мог превзойти экстаз.
Черничка улыбалась ему, смеялась и что-то шептала. Рядом была Анджела, что-то весело рассказывающая и бросающая на меня странные взгляды. Но видел я только Абрамова… Черт! С каким обожанием он смотрел на мою девочку! Зубы сводило
И сейчас я не винил Кристину. Молоденькая девочка с бушующими гормонами была подвластна любому влиянию, включая дурное. Виноват был я! Позволил Абрамову подобраться так близко, получить ее доверие и расположение… К нему она пришла за утешением, узнав о смерти родителей! Лучше бы сбежала в город, черт его дери…
В голове всплыли слова Чернички о том, что она влюблена. Возможно, это… мой брат, Максим Абрамов? Что-то странное будто оторвалось в груди, заставляя адреналин сумасшедшими порциями придавать телу силы. Разорвать, убить, заставить мучиться!
Что-то внутри кричало звериным воем: «Она моя! Только моя! И ничья больше!» Если бы он только коснулся ее… Если бы только… Ничто бы ему не помогло в этом мире. Ничто.
– Я смотрю, в этом доме очень весело, – медленно останавливаясь около Абрамова, я терпеливо подождал, пока тот переведет растерянный взгляд на меня. Тот попытался что-то сказать, но одна мысль о его оправданиях лишила напрочь здравого смысла. Убийственное спокойствие в секунду сменилось боевой готовностью. Рука сама поднялась и врезала парню в лицо, чтобы убрать с лица того мечтательную улыбку. Макс упал, в непонимании пытаясь отползти в сторону, а женский визг в ушах только добавил злости. Черничка испугалась за него! Что только подтверждало мои догадки… Чертовы предатели! – Кажется, ты забыл, о чем мы говорили. Тот, кто покушается на мое, не живет долго. Я не сделаю исключение даже для тебя, братик.
– Господи, да о чем ты говоришь, псих? – Анджела села на колени и нежно взяла в руки лицо Абрамова, чтобы осмотреть повреждения. Странно, но парень молчал, глядя на меня с таким неверием, что становилось тошно. Да уж.. Это был первый раз, когда я ударил его. – Мы немного пошутили с Крис! Ты сам виноват, Шакал. Если бы не я, девочка давно была бы в петле…
Я искоса глянул на Кристину, которая в мгновение ока превратилась в зеленую статую. Ее фиолетовые
Гребаная типичная реакция на мои поступки Кристины Хеви. Вчера, сегодня и всегда, мать его!
– Плевать. Вы собираете вещи и сваливаете в течение получаса, – отмахнувшись от Чернички, я отложил это на потом. Сейчас главное – разобраться с опухолью, которая пока была операбельна. Достаточно и того, что я просто допустил само ее возникновение. – Разыгрывайте свой фальшивый роман в другом месте. И, Анджела, неужели ты думаешь, что такой, как Абрамов, когда-то посмотрит на тебя с интересом? Твой предел – отношения за деньги.
Кто бы мог подумать, что девушка такая актриса! В накрашенных глазах застыли слезы, и я снова получил еще один хлесткий взгляд. Она тут же поднялась на ноги и посмотрела куда-то на небо, наверняка считая этот жест очень трогательным.
– Знаешь что, Шакалов, – отчеканивая каждое слово, она осторожно стерла слезы и близко подошла ко мне, стараясь смотреть только в глаза. Что за экранный жест? – Большей твари, чем ты, я не встречала. И, несмотря на то, что до безумия люблю Макса, уеду прямо сейчас.
Ее каблуки тут же застучали по дорожке, когда девушка быстро бросилась к дому. В этот момент мой братец, словно очнувшись, поднялся на ноги и, лишь мельком глянув на меня, бросился за ней.
– Молодец, брат. Такими темпами ты скоро останешься один в этом мире. Без друзей, жены и даже семьи! – бросил он на ходу, оставляя меня один на один с Черничкой. Та все еще сидела, глядя в никуда, но нам давно нужно было поговорить. Самое время.
Сделав шаг вперед, замер. Странное ощущение… Черничка слово создала вокруг себя энергетическое поле, отталкивающее всех на своем пути. Загородилась в коконе, полном чего-то темного и разрушающего.
– Черничка? – осторожно окликнув мою девочку, я и сам не понял, откуда столько паники в голосе. Но… Что-то внутри, проснувшееся после встречи с ней, отчаянно нашептывало: «Она на грани. Так близко к чему-то ужасному…» – Ты слышишь меня? Ответь.
Конец ознакомительного фрагмента.