Приют ветеранов
Шрифт:
Дальше пошли комнатки совсем другого пошиба: маленькие, тесные, со скудной обстановкой. Явно не господские.
— В одной из этих спаленок, — сказал Докинг задумчиво, — какое-то время содержался наш Томпсон Одинга. Хороший работник… был.
— Если бы он оставался в сознании еще полчаса… Поверьте, мы ничем не могли помочь ему.
— Не сомневаюсь. Но мне хочется найти именно его комнату.
Сентиментальность, подумал Милов. Впрочем, не ему одному нужно что-то найти именно тут… Вслух же сказал:
— К сожалению, тут на дверях нет табличек. Будем просматривать все подряд.
— Да, придется. Вы же знаете, Милф, мы всегда стараемся оставить в таких местах след,
— Ну что ж, раз вы считаете нужным…
Они стали осматривать спальню за спальней. Докинг внимательно обследовал двери, стены… И в третьей по счету нашел то, что искал.
— Милф! Посмотрите сюда! Милов всмотрелся.
— Единица, по-моему. Тройка…
— Сто тридцать два! Это его номер. Ну-ка, помогите отодвинуть койку.
Докинг наклонился, всматриваясь в ту часть стены, что была прежде загорожена от взглядов изголовьем.
— Вот! Вот! Он нацарапал…
И разочарованно выпрямился.
— Всего два слова: «Смотреть внутри». Не совсем понимаю.
— Возможно, — сказал Милов, — это значит, что мы должны осмотреть весь дом как следует?
— Не уверен. Но осмотреть, конечно, нужно.
Двинулись дальше. Вскоре комнаты стали попадаться уже другие: куда более комфортабельно обставленные и рассчитанные, судя по всему, на одного обитателя. Вместо больничных коек — нормальные кровати, столы, шкафы, тумбочки, зеркало на стене, а в одной даже трюмо. Докинг смотрел кое-как, поверхностно: покойный Одинга к персоналу не принадлежал, а это явно были помещения если не хозяев, то, во всяком случае, служащих. Милов же осматривал все очень внимательно, открывал шкафы, ящики столов. В комнатах в смысле всякого барахла было по-разному: в большей части их в шкафах висела одежда (очень немного, главным образом солдатские защитные брюки и куртки), валялось по паре обуви — где солдатские башмаки, где легкие здешние сандалии. Кое-где — по книжке-другой в пестрых мягких обложках. Обитатели этих комнат явно намеревались вернуться, иначе вряд ли оставили бы свои бритвы, флаконы с пеной, лосьоном… В общем, все выглядело достаточно безлико, как в провинциальной гостинице. Докинг совсем заскучал — они явно теряли время. Милов же был более любопытным. В комнате, где стояло трюмо, он даже принюхался и уловил запах духов: здесь явно располагалась женщина. Милов настолько был увлечен осмотром, что оступился о стоявший перед трюмо кожаный пуф и едва не упал, налетев на зеркало. Медленно выпрямившись, он сунул руку в карман, вынул платок, вытер ладони и лоб. Докинг, повернувшись на шум от окна, в которое глядел, только покачал головой. Они двинулись дальше. Милов положил платок в карман, стараясь не очень помять сунутую только что записку — крохотный клочок, который был заткнут между стеклом и рамой зеркала. Послание это он хотел прочесть потом, в одиночестве. Милов кивнул Докингу, и они двинулись дальше.
Через час с небольшим они уже точно знали, что Приют покинут. Хотя, надо полагать, не навсегда: оборудование осталось, даже кое-что из съестного (консервы, ничего из портящегося), в кладовой — запасные халаты, постельное белье, коробки с ампулами — впрочем, лишь новокаин и дистиллат. Выезжали отсюда в немалой спешке; в операционной, например, — а судя по столам, инструментальным шкафам, бестеневым лампам, это помещение имело именно такое предназначение, — было не убрано: валялись окровавленные бинты, салфетки, на грязном плиточном полу видны следы какой-то каши, что ли?.. Стоял удушливый, чуть сладковатый запах недавней крови.
Милов опустился на корточки, ножом соскреб с пола остатки непонятной массы. Понюхал осторожно — держа на расстоянии, пальцами другой руки создавая
— Кстати, куда и почему все отсюда сбежали, как вы думаете?
— Пока никак. Возможно, мы их спугнули. Но теперь их просто необходимо найти. Вы понимаете, Милф, эта операционная полностью укладывается в мою версию относительно тканей. Мы на верном пути! Обождите минутку, я тут еще кое-что хочу посмотреть… Дьявол, а тут что за грязь?
— Просто грязь, — ответил Милов спокойно. — В спешке все бывает.
— Да, конечно, — пробормотал Докинг рассеянно, перебирая ампулы и бутыли. — По-моему, Милф, мне здорово повезло. Все совпадает. В кладовой контейнеры для тканей и баллоны с газом. Тут консерванты. Только где же сами ткани? Все увезли? Однако впечатление такое, что этим довольно давно уже не пользовались: посмотреть хотя бы на редукторы баллонов, на крышки контейнеров — все в густой пыли. И вот, нет тканей. Может быть, они еще в доме? Надо поискать как следует, Милф. Странно, ни одной холодильной установки. Хотя мы не все пока осмотрели.
Милов тем временем бегло просмотрел найденную записку. Чуть усмехнулся и положил опять в карман. Сейчас он был согласен с Докингом, ибо в доме могли найтись не только ткани, Милова весьма мало интересовавшие, но и кое-что другое — некие сорок килограммов… Однако, соглашаясь, он честно предупредил:
— Давайте искать. Но мы рискуем: если ткани увезли, то с каждой минутой у нас остается все меньше шансов догнать людей и задержать…
— Думаю, Милф, что таких шансов у нас вообще нет. Африка велика, и кто знает, сколько у них может быть сообщников.
— Нельзя опускать руки! Мы должны настичь их — если ничего не найдем в Приюте.
— А вы знаете, куда они направились? Каким путем?
Милов усмехнулся.
— Думаю, что да. Да и вы сами, друг мой, догадываетесь куда. Задело, Докинг. Начнем с…
Он умолк. Вслушался. Повернулся к англичанину.
— Где наши сумки?
— В коридоре.
— Скорее забираем их. И следует где-то получше спрятаться.
— Что случилось?
Но тут Докинг и сам услышал голоса.
— Кто-то возвращается… Вы правы. Спрятаться? Вернемся обратным путем…
— Через окно и забор? Не годится. Могут заметить и подстрелить. Но не только поэтому: необходимо если не видеть, то хоть слышать, что будет происходить. Черт, был бы микрофончик — всадить хотя бы в коридоре…
Докинг усмехнулся.
— У меня есть. И здесь устанавливать не нужно: прекрасно прослушаем все строение из любой точки. Но мы медлим. Милф, вы знакомы с Приютом, где надежнее всего?
— Где-то есть погреб. Я там не был, но полагаю…
— Ведите.
Подхватив сумки, они бесшумно прокрались по коридору.
Голоса раздавались уже на крыльце.
Звонок. Мерцалов снял трубку.
— Да? А, Пал Палыч? Ваша оперативность приводит меня в восхищение. Ну как, проверили? Он немного послушал.
— На свой страх и риск взяли несколько пошире? Ну что ж, такая инициатива не наказуется. Хотя все зависит от результатов…
Генерал снова выдержал паузу.
— Значит, там никого… Вы меня огорчаете, старина… Ну а где?
Он прижал трубку плотнее. Нахмурился.