Приют
Шрифт:
– Я соврал вам, – глядя в сторону, наконец выдавил из себя Гена. – Когда сказал, что никого не видел в лесу. Тогда, помните? Вы приехали на нашу стоянку и…
– Я знаю, что ты сказал неправду, – мягко сказал Шипов.
– Знали? – Мальчик от удивления разинул рот.
– Во всяком случае, догадывался. Такова моя работа. Хорошо, что ты решил все-таки рассказать правду. Продолжай.
Осмелев, мальчик быстро рассказал ему о своей встрече на берегу реки со странным парнем.
– Он сказал, что его
Это было уже куда интересней.
– Пистолет? Ты точно ничего не перепутал, Гена? – Шипов пытливо заглянул в глаза мальчику, и тот энергично затряс головой.
– Нет, я не спутаю ни с чем такие пистолеты. Это был настоящий пистолет. Еще он спрашивал, как добраться до Разумова…
Шипов кивнул. Феликс… судя по описанию мальчика, это один из братьев Шевцовых – Ярослав.
– Гена, я не буду выяснять у тебя, почему ты скрыл этот факт от меня тогда. Но ты должен понимать, что, будь ты взрослым, тебя вполне могли бы привлечь к ответственности.
– Простите, – пролепетал мальчик, перестав жевать шоколад.
– Ладно… Это все? – примирительно спросил Шипов, прекрасно зная, что мальчик хочет сказать ему кое-что еще. Ужасно хочет, но боится. Это было видно по его лицу, по его широко раскрытым глазам.
– Ну, тогда всего хорошего. – Шипов притворился, будто уходит, и Гена не выдержал.
– Останьтесь еще немного, – тихо проговорил он, кусая ноготь большого пальца. В его глазах попеременно отражалась целая гамма чувств – то страх, то жуткая тоска, то упрямая решимость.
– Что-то еще вспомнил?
– Берегитесь… – прошептал мальчик. Шипов был поражен, как изменился мальчик – он буквально постарел на глазах. Губы затряслись, он пугливо косился на дверь.
– Кого? Кого, Гена? – Шипов присел возле мальчика и осторожно дотронулся до его руки. – Доверься мне, сынок.
– Она… она. – Мальчик сглотнул, будто у него внезапно пересохло горло. – Гм… она сказала, что я должен еще немного подрасти, – еле слышно проговорил он и прижался к мужчине. – Она сказала, что будет ждать меня в гости… Когда я вырасту и стану большим…
Шипов крепко обнял мальчика, чувствуя, как дрожь сотрясает худенькое тельце.
– Она сказала… что одолжит на время мою кепку… она спросила… что я люблю есть… а… а потом… я забежал в речку… и… я не помню, но мне было очень страшно!.. – Голос мальчика сорвался на крик. – Она утащила моего папу и Вову в лес!!
– Кто она, Гена? – ласково, почти мурлыкающим голосом спросил Шипов, хотя внутри у него все похолодело. Он глянул в расширенные от страха глаза мальчика. – Ты смог бы ее описать, сынок?
– Я… я не… я не знаю, – убито сказал Гена. Он зарыдал, уткнувшись лицом в плечо Шипова. Его
– Ну, успокойся, – погладил мальчика Шипов. – Ты же мужик, Геннадий. Держи себя в руках, – повысил он голос, и, как ни странно, это подействовало, и всхлипы прекратились.
– Не уходи, – сквозь слезы сказал Гена, цепляясь за Шипова, и у него защемило сердце, когда мальчик назвал его на «ты». – Не уходи, пожалуйста.
– Я должен идти. Но я обещаю тебе скоро вернуться, – твердо пообещал Шипов. – Прошу тебя, будь молодцом. Я скоро вернусь. – Сказав это, он неожиданно для себя поцеловал Гену в вихрастую макушку и выскочил за дверь. Он боялся, что мальчик может увидеть в его глазах навернувшиеся слезы.
Шипов сел в машину и несколько минут сидел молча, о чем-то раздумывая. Она… Кто бы это могла быть? Он взял курс на «Миллион нужных мелочей». Ему нужно было купить уйму всего, и этот магазин как раз то, что нужно.
Отпуск начался.
68
Когда стало совсем темно, Дина отправила Олега спать, а сама занялась ужином. Пока она носилась по кухне, распевая во весь голос какую-то дурацкую песенку – слух у женщины отсутствовал напрочь, – Ярик расположился в гостиной и смотрел «Иван Васильевич меняет профессию». Он так увлекся фильмом, что только с третьего раза услышал, как Дина зовет его к столу.
– Гражданин Шевцов! – с притворной строгостью повторила она и постучала половником по раковине. – Если вы не соизволите появиться на кухне сию же минуту, останетесь без ужина!
Войдя на кухню, юноша остолбенел. Дина отключила генератор и зажгла несколько свечей, что придавало обстановке некую торжественность. Она обновила макияж, надела новую кофточку, подкрасила губы, став еще привлекательней. Стол был профессионально сервирован – аппетитно пахнущая грудинка с золотистой хрустящей корочкой, салат из свежих овощей, мясная подлива, от которой поднимался восхитительный аромат, молодой отварной картофель… Вдобавок ко всему в центре стола как маяк высилась бутылка красного вина.
– Ну… ты даешь, – только и смог произнести Ярик. Дина аккуратно разлила искрящееся в свете свечей вино по хрустальным бокалам на длинных ножках.
– За тебя, – предложила Дина, чокаясь с Яриком, и тот добавил:
– За нас. – Выпив, он накинулся на еду.
Дина с улыбкой наблюдала, как он жадно ест.
– Значит, Рута не возвращалась? – насытившись, спросил Ярик.
Дина покачала головой.
– Идиотка, – вдруг зло сказал он, вытирая салфеткой губы. – Ее схватят, как только она выйдет из леса.