Приют
Шрифт:
– В чем дело? – спросил он прямо, когда они уселись за стол.
– Ни в чем, – не моргнув глазом ответил Шипов. – Просто хочу пообщаться. Не волнуйся, Макс, я в отпуске. – Словно в подтверждение своих слов он похлопал по своей куртке цвета хаки. – Разве начальник розыска не может быть обычным гражданином и пропустить кружку-другую пива в обществе приятных людей?
Максим искоса посмотрел на Шипова.
– Когда мент говорит, что ему просто хочется пообщаться, это означает, что ему нужна какая-то информация. Простите, если я обидел вас, товарищ начальник. – Лесоруб
– Что, напугал вас? Только не говорите, что это не так. Я-то уж знаю.
– Я бы выпил еще пива. Ты не против? – как бы невзначай спросил Шипов.
Некоторое время Максим недоверчиво разглядывал шефа, проверяя, не кроется ли за этим предложением какой-либо подвох, затем сказал:
– Нет, не против. Но я сам не в состоянии за него заплатить.
– Я знаю, – спокойно ответил Шипов, поднимаясь и подзывая жестом Рустама. – Именно поэтому я хочу тебя угостить.
Через минуту на столе стояли четыре кружки пива и лежала вобла.
– Так что вы хотели узнать? – Максим сделал огромный глоток, осушив кружку почти наполовину.
– У меня к тебе дело, – сказал Шипов. – Мэрия готова выделить мне участок под застройку, но мне все некогда за делами… А тут на досуге задумался, почему бы мне и вправду не выстроить дом? Но я мало смыслю в строительстве, а ты, я знаю, в этих делах мастер.
– Дом? – с сомнением протянул Максим, но по его виду было ясно, что он польщен. Он допил остатки пива, отрыгнул и придвинул к себе следующую кружку. – Это не так-то просто.
– Вот именно поэтому я здесь. – Шипов заказал еще пива и две порции водки. – Рустам, принеси-ка бумагу и карандаш, – попросил он бармена. Рустам понимающе кивнул и быстро скрылся в подсобке. Когда он вернулся, Шипов и Максим оживленно обсуждали хитрости строительного дела. Во время разговора Шипов несколько раз незаметно подливал в пиво Максиму водки. Увлеченный беседой лесоруб пил, не замечая ядреного привкуса, и примерно через час уже с трудом мог усидеть на стуле.
– А зачем тебе дом, Андрей? – перейдя на «ты», спросил он. Лицо его раскраснелось, рубец от ожога стал темно-бордовым, делая его еще более отталкивающим. – Лучше бы попросил у нашей власти хату, куда меньше возни, чем с домом…
– Хочу пожить в уединении. От меня ведь тоже ушла жена… Хочу уехать куда-нибудь в глушь, – ответил Шипов.
– А… где? – икнув, задал вопрос лесоруб, нетвердым движением поднося ко рту очередную кружку ерша.
– Ну… не знаю. – Шипов сделал вид, что раздумывает. – Да хоть в самой тайге. – Боковым зрением он наблюдал за реакцией Максима, и она не заставила себя долго ждать.
– Это самая глупая мысль, Андрей, – зло сказал он.
– Ты так думаешь? – Шипов потер глаза – сигаретный дым просто выжигал их.
– Я это знаю. Это написано на моей роже. Посмотри на нее внимательно и поп…попробуй сказать, что я не п… прав. – На Максима снова напала икота.
– Разве
Он ожидал вспышки гнева, но, к его удивлению, лесоруб улыбнулся.
– А у… тебя ос…острый язычок, Андрей, – проговорил он и, запрокидывая кружку в свою необъятную глотку, не удержался и с грохотом свалился со стула. Сидящие в баре мужчины стали поглядывать в их сторону.
– Давай, старик, поднимайся, – Шипов, пыхтя от натуги, стал помогать Максиму подняться, еще раз подивившись его огромной комплекции.
– Я… я ведь знаю, зач… зачем ты пришел сюда, – сказал Максим, ворочаясь на полу.
– Все в порядке? – Откуда ни возьмись появился Рустам.
– Все супер, – сказал Шипов и махнул рукой, показывая, чтобы бармен оставил их.
– Хор…роший парень этот Рустам, – сказал Максим, глядя ему вслед. Он все еще стоял, пошатываясь, и Шипову никак не удавалось усадить его на стул. – Только в его «Элите» всегда темно. Как у негра в жопе. – Довольный своей шуткой, лесоруб хохотнул.
– Скажи ему, чтобы заменил лампы, – предложил Шипов.
– Ха, лампы, – презрительно отозвался Максим. – У этого… ик!.. жида зимой снега не доп…росишься…
– А знаешь, например, сколько нужно американцев, чтобы вкрутить лампочку? – спросил Шипов. – Сто!
– Поч…чему сто? – заплетающимся языком произнес лесоруб. Он покачивался, как флигель на ветру.
– Один вкручивает, а девяносто девять стоят и следят, чтобы не нарушались права черномазых, лесбиянок и прочих пидоров.
Какое-то мгновение Максим с туповатой сосредоточенностью всматривался в Шипова, затем они оба прыснули от смеха.
– Права… пи… пи… пидоров, ха-ха, вот умора! – закудахтал лесоруб. – Вот они, янки хреновы! Да…вай еще выпьем, Андрюха. – Он осовело хлопал глазами. – И я расс… кажу тебе… – Он наконец плюхнулся стул, и тот затрещал под его весом.
– Еще пива, Рустам! – заорал Шипов, нечаянно смахнув на пол стакан с остатками водки. Бдзинь!
Теперь уже все в баре смотрели на них, прекратив разговоры. Бармен принес две кружки, только уже поменьше размером, с укором посмотрев на разбитый стакан. Шипов проследил за его взглядом и сказал:
– Я все оплачу, не переживай. Все под контролем, Рустам. Мы скоро уходим.
Максим приложился к кружке и оторвался от нее только тогда, когда в ней уже почти ничего не осталось. После этого он наклонился к Шипову.
– Она теперь все… все время мне снится, – сказал он.
– Кто? – как можно небрежней поинтересовался Шипов.
Лесоруб оглянулся по сторонам, словно его могли подслушать, и выпалил:
– Старая карга.
– Не понял? Какая еще карга?
– Да. Каж…дый раз я засыпаю и вижу перед собой ее лицо, все в морщинах. Тогда мы действительно хорошо… ик… выпили, но не до беспамятства, нет, упаси боже! На сле…дующий день мы должны были закончить с одним сложным участком, и если бы бри… бригадир заподозрил, что мы бухали – нам бы не поздоровилось.