Приз победителю

Уикс Ли

— Ты обычные деньги имеешь в виду? А я уж было решил, что бриллианты! — Он придержал ее за руку, не дав отъехать от своего столика. — Мне действительно нужно поговорить с тобой, Ким… И на весьма серьезную тему. — Тут инспектор понизил голос. — Хочу кое о чем тебя попросить.

Улыбка исчезла с ее губ, а брови удивленно взметнулись.

— Что такое? — Она посмотрела на его руку и нахмурилась. Даже подобная ничтожная попытка контроля вызвала у нее раздражение.

— Мы сейчас кое-кого разыскиваем. Девушки в последнее время о пропавших людях не говорили? Или о клиенте, который их чем-либо напугал или вышел за рамки оговоренных отношений?

Ким с минуту подумала, после чего медленно повела головой из стороны

в сторону.

— Девушки, конечно, постоянно обсуждают разные проблемы, но ничего необычного я не слышала. Все как всегда. — Она приблизилась к Мэнну настолько, насколько это было возможно, чтобы не вызвать протест других клиентов относительно оказываемого ему предпочтения, и прошептала: — Но ты ведь меня знаешь, Джонни? Я — хорошая девочка и подобных предложений не принимаю. Более того, стараюсь пропускать такие разговоры мимо ушей…

— Я помню об этом, Ким. Сколько всего иностранных девушек у вас работает?

— Сейчас семь. В разных сменах. А что?

— И все успели проработать у вас довольно продолжительное время, не так ли?

— Недавно мы взяли парочку новеньких.

— Как часто вообще у вас меняются девушки?

— Часто… — рассмеялась Ким. — И очень быстро.

— Это почему же?

Пусси пренебрежительно фыркнула.

— Ну, это не такая работа, Джонни, где заблаговременно подают заявление об уходе. Так что если девушки не приходят к условленному времени, мы считаем, что они покинули нас. Иногда неожиданно объявляются в каком-нибудь заведении в другой части города, а иногда возвращаются к нам через месяц или чуть больше, мотивируя отлучку тем, что им требовалось отдохнуть и привести в порядок нервы. Девушка наклонилась к Мэнну и прошептала на ухо: — Знаешь что, Джонни? Если хочешь продолжить расспросы, пригласи меня на обед.

— У тебя тот же номер? — Мэнн достал бумажник, чтобы расплатиться за напитки.

— Тот же… Но рекомендую поторопиться… — Она расположилась на подиуме так, что ее груди оказались прямо перед его носом. — Вдруг я получу более соблазнительное предложение?

— Чем мое? Это невозможно.

— Мммм… — Она на секунду прикрыла глаза. — Какой же ты сукин сын, Джонни… Но, надо признать, обаятельный сукин сын…

— Мы увидимся, Ким, обещаю. — Мэнн поднялся. — И надеюсь, очень скоро… Ну а пока будь осторожна и не лезь на рожон. И не забывай о мерах безопасности. Я серьезно.

Пусси вновь выпрямилась и отъехала, послав через плечо воздушный поцелуй.

— Не беспокойся, Джонни. Я буду вести себя осмотрительно. И еще одно…

Детектив остановился.

— Не заставляй ждать себя слишком долго. Я от этого просто с ума схожу.

— Я помню, Пусси, — ухмыльнулся Мэнн.

При входе в заведение Сэм препирался с группой основательно подогретых спиртным британских туристов.

— Помощь требуется, Сэм?

Услышав голос Мэнна, подвыпивший коротышка в футболке с гербом клуба «Манчестер Юнайтед» резко повернулся в его сторону, но, узрев перед собой мускулистую грудь выходившего из бара высокого человека, отступил на шаг, предпочтя с ним не связываться.

— Благодарю вас, инспектор, — сказал, отдуваясь, Сэм. — Собственно, и проблем-то особых нет, не так ли, джентльмены? — обратился он к почти мгновенно утихомирившимся посетителям. — Проходить в заведение надо по одному, не создавая толчеи. Только и всего. И прошу запомнить еще кое-что. — Тут привратник наставительно поднял указательный палец. — Девушки у нас очень красивые, можно сказать, лучшие в городе, но прикасаться к ним нельзя, тем более дергать за сиськи! — Сэм повернулся к Мэнну и одарил его широкой улыбкой. — Рад был повидаться, инспектор.

— Взаимно, Сэм.

Джонни прошел пару шагов по улице, встал в тихом уголке и извлек из кармана список. Просмотрев его, он поднял было глаза, чтобы обдумать, куда идти дальше, и

вновь уперся взглядом во вход бара «Бонд», испытав непонятное беспокойство. Что-то не так… Нельзя уходить отсюда, оставив без охраны Ким и ее подружек. С другой стороны, не может же он приставить по полицейскому к каждой иностранке, работающей в Гонконге в подобных заведениях? Кроме того, Ким предупреждена, а он получил от начальства строгие инструкции не создавать паники, дабы не отваживать иностранных туристов от гонконгских достопримечательностей еще больше. Нельзя также сказать, что Мэнн очень уж болел сердцем за всех без исключения иностранных работниц бара «Бонд». Конечно, он мог собрать их в общей комнате и прочитать короткую лекцию об осторожности, но знал, что это не поможет. Не то заведение, да и время неудобное, рабочее… Его слова пропустят мимо ушей. Но беда в том, что убийца, возможно, уже вышел на охоту, наметил очередную жертву и теперь сидит в каком-нибудь баре с девушками, выжидая удобное время, чтобы нанести удар. Только вот в каком?

Мэнн еще раз просмотрел список, так как должен был посетить в эту ночь еще несколько заведений — и чем больше, тем лучше. Ему предстояло выяснить, сколько иностранок работает в них и в какое время, дабы в том случае, если в ближайшем будущем в мусорном ящике обнаружится еще одно мертвое расчлененное тело, он смог его идентифицировать.

Бернадетте оставалось только удивляться мерзкому поведению старого пьяницы. В самом деле, разве она не приложила максимум усилий, чтобы ублажить его? Между тем он набросился на нее, когда девушка этого не ожидала, приковал наручниками к постели и принялся избивать. Хуже того, после экзекуции он завалился спать, забыв снять наручники, и проспал целых восемь часов, оставив ее мучиться в оковах!

Она стояла перед большим, в рост человека зеркалом, пытаясь оценить нанесенные увечья. Вот ужас! От побоев на теле остались-таки кровоподтеки, и весьма заметные. Впрочем, Смайт заплатил за это — и довольно щедро. Даже послал горничную принести требующуюся сумму из сейфа. Ну а пока клиент болтал с горничной, Бернадетта обчистила его бумажник. Так ему, старому козлу, и надо!

Глава 31

Когда утреннее уличное движение стало нарастать, а поклонники гимнастики тай-чи закончили выполнять в парках и на крышах домов все необходимые упражнения, приветствуя восход солнца, Мэнн спустился в прохладный вестибюль подземки и поехал домой. Он проработал всю ночь, и теперь ему требовалось отдохнуть. Не приходилось, однако, сомневаться, что через несколько часов эта круговерть начнется для него снова. Поэтому ему, помимо сна, требовалось принять душ и побриться. Детектив сел в поезд, направлявшийся в Кворри-Бэй, что на северо-восточной оконечности Гонконгского острова. Его дом находился в удобном месте, куда ходил общественный транспорт и откуда не представляло труда добраться до главной штаб-квартиры полиции. Но назвать это место одним из центров традиционного сообщества не представлялось возможным, ибо Мэнн обитал в так называемой вертикальной деревне — квартале, застроенном пятьюдесятью высотными домами новой архитектуры с торговым центром посередине — где селились по преимуществу молодые управленцы и менеджеры.

Инспектор жил в апартаментах с двумя спальнями на сороковом этаже модернистской башни, одной из первых появившихся в этом районе. Его апартаменты, построенные в начале девяностых, обладали деревянными полами, белыми стенами и отличались спартанской обстановкой. Надо сказать, что Мэнн почти не прилагал усилий к тому, чтобы хоть как-то обустроить свое жилище. Конечно, ножи, вилки и кое-какая посуда у него имелись, как равным образом и кресло в гостиной, стоявшее перед огромным плазменным экраном телевизора. Но помимо этого, вещей в его апартаментах было на удивление мало.