Приз
Шрифт:
Из-за этого проклятого ирландца она потеряет Суит-Брайар.
Гнев охватил Вирджинию, когда она вскочила и побежала через каюту. Как только она открыла дверь, ветер потащил ее по палубе, Вирджиния видела за перилами бушующее море, которое, казалось, наступает на нее. Будучи не в силах даже крикнуть, она упала на деревянный настил и канаты.
Боль ослепила ее. Море обдавало брызгами, а ветер пытался сдуть за борт. Вирджинию охватила паника — она но хотела умирать.
— Вы чертовски упрямая женщина, — пробормотал
Она прижалась к его большому сильному телу — теперь море и ветер атаковали их обоих. Борясь со стихией, Девлин решительно подтащил ее к каюте и втолкнул внутрь.
— Оставайтесь здесь! — крикнул он, стараясь, чтобы его было слышно.
— Вы должны отпустить меня! — крикнула в ответ Вирджиния.
Как ни странно, ей хотелось поблагодарить его за спасение ее жизни.
Девлин покачал головой, бросил на нее свирепый взгляд и побежал по палубе, вскочив на шканцы. Начался ливень.
Вирджиния оставалась в каюте вне досягаемости для бури, но не пыталась закрыть дверь, которую прижало ветром. Теперь она понимала, насколько серьезен шторм. Корабль поднимался на волны и падал вниз, как маленькая шлюпка. Повсюду сновали матросы, натягивая канаты, взбираясь на мачты.
Вирджиния посмотрела наверх и вскрикнула от ужаса. Человек висел на нижней планке квадратного паруса, и она шала, что он вот-вот свалится и разобьется насмерть или утонет.
Она должна была что-то сделать, но что?
Вирджиния бросила взгляд на шканцы. Она была слишком мала, чтобы пересечь пространство от каюты О'Нила до того места, где он стоял, и сообщить ему о происходящем.
Снова посмотрев наверх, она увидела, что висевший человек исчез.
Исчез… утонул…
Внутри у нее все пошатнулось. Он исчез, а она даже не смогла услышать его крик.
Когда корабль сильно качнуло, Вирджиния увидела, что все паруса убраны, кроме одного. Она быстро поняла, что матроса, который упал, послали на фок-мачту зарифить последний парус, оставшийся развернутым.
Большой корабль сразу начал крениться набок.
Вирджиния упала на пол и покатилась вниз, ударившись плечом и головой о противоположную стену. Пока корабль лежал почти на боку, она оставалась там, оглушенная и неспособная двигаться.
Вирджиния поняла, что корабль опрокинется, если не выпрямится снова. Она посмотрела на открытую дверь, которая была теперь у нее над головой под углом в сорок пять градусов. Черное небо мерцало в проеме.
Они все умрут, подумала Вирджиния.
Она начала карабкаться по полу, цепляясь за ножки стола и кровати. Ей удалось вытянуться и ухватиться за выступ пола у двери. Вирджиния медленно подтянулась к двери, упершись спиной в одну стену, а ногами в другую и дико озираясь вокруг.
Матросы на палубе также боролись с ужасающим креном, и нижняя сторона корабля, еще не ушедшая под воду, была полна
Он погибнет, подумала Вирджиния, как погиб тот матрос. Пока он полз, борясь с ветром и дождем, фрегат угрожающе продолжал крениться.
Вирджиния наблюдала, загипнотизированная страхом. Даже если он не умрет, они все равно обречены, так как ему не удастся обрезать парус.
О'Нил остановился, словно бы от усталости, и человек ниже его остановился тоже. Вирджиния не могла отвести взгляда. Она молилась, пока оба моряка отдыхали, прижавшись к качающейся мачте.
Девлин пополз дальше. Добравшись до нижней планки, откуда упал матрос, он начал перерезать оснастку. Другой человек присоединился к нему. Прошло несколько кратких моментов, казавшихся вечностью, пока массивный парус не освободился и не уплыл в ночь.
Корабль со стоном начал выпрямляться.
— О боже! — шептала Вирджиния, наблюдая за осторожно, но проворно спускающимся Девлином.
Было очевидно, что он спас корабль и экипаж, сделав то, о чем другие не осмеливались даже подумать.
Она задрожала. Этот человек не знал страха.
Вирджиния чувствовала, что никогда в жизни так не боялась.
Она сама не знала, сколько времени просидела там, когда матрос подбежал к ней:
— Капитан говорит, чтобы вы шли внутрь.
Вирджиния не успела прореагировать. Ее втолкнули в каюту, а матрос изо всех сил пытался оторвать дверь от наружной стены, наконец захлопнув ее.
На сей раз она услышала щелчок замка.
Вирджиния дотащилась до кровати и рухнула на нее, теряя сознание.
Солнце ярко светило сквозь иллюминаторы каюты, когда она очнулась. Каждый кусочек ее тела болел, в голове стучало, а тяжелые веки не желали подниматься. Вирджиния никогда в жизни не была такой измученной и не хотела просыпаться. Она уютно свернулась под одеялом, ей захотелось подоткнуть его за спиной, но, попытавшись это сделать, она осознала, что в кровати не одна. Длинное крепкое тело прижималось к ней, согревая ее от плеч до пальцев ног. Она почувствовала легкое дыхание на подбородке и руку, лежащую на ее талии.
«Боже мой!» — подумала Вирджиния, моргая при ярком утреннем солнце.
Она уже знала, кто лежит рядом с ней, уставясь на большую бронзовую руку О'Нила. Вирджиния судорожно глотнула, чувствуя странное тепло внутри.
«Как это случилось?» — в панике думала она. Конечно, объяснение было простым и сразу пришло ей в голову. Когда шторм прекратился, он приплелся в кровать, слишком усталый, чтобы заботиться о ее присутствии там. Это не уменьшило, а скорее увеличило ее беспокойство.
Внезапно Вирджиния поняла еще кое-что.