Призвание – опер
Шрифт:
Видно, это четвероногое существо по-своему переживало о случившемся, отводя Федору особое место в этой трагедии.
Дама даже удивилась. Обычно ее четвероногий питомец защищал хозяйку от чужих громким лаем. Но к Федору отнесся по-доброму.
– Извините, Мария Карповна, – назвал он соседку по имени-отчеству, чем немного расположил ее к разговору. – Скажите, как это произошло? С Дашей?.. Может, вы знаете? – Он не настаивал. Просто попросил пересказать ему все, что произошло у Даши в квартире.
Женщина сцепила пальцы
– Давеча, когда вы мне попались в подъезде… Мы с Тошкой выходили на прогулку. – Она впервые осмелилась посмотреть Федору в глаза. – Вы вошли в лифт. А мы из подъезда… А тут молодой человек. Кажется, он за вами шел.
У Федора сжалось сердце. Вот откуда они узнали номер квартиры!
А женщина сбивчиво продолжила:
– Я думала, этот молодой человек имеет какое-то отношение к вам. С хорошей точки зрения, разумеется. Одет он прилично. В дорогой костюм. Белая рубашка. Не похож он на бандита. Как хотите. Не похож.
– Он спросил обо мне? – опередил ее Федор вопросом.
– Да. Он спросил, в какой вы квартире проживаете… Поймите меня правильно. Я уже достаточно пожилая женщина. Я не подумала ничего плохого. О вас. О нем. Мне и в голову не пришло, что за этим может скрываться…
– Почему вы так говорите?
– Так ведь, когда это произошло с Дашей… Он был в квартире у нее. Когда ее убивали. – Она хотела еще что-то сказать, но не смогла. Заплакала. Дрожащие руки отчаянно теребили платок, который женщина то и дело подносила к глазам.
– Поймите меня правильно. Я и предположить не могла, что такое может произойти. Как обманчиво впечатление. Как обманчиво, – запричитала она. – А мне ведь он показался вполне интеллигентным человеком. Уж поверьте. Я редко ошибаюсь в людях. И эта манера держаться…
– Извините, но не могли бы вы подробней насчет его лица, – попросил Федор. Раз она с ним разговаривала, должна была запомнить лицо. Времени с момента их встречи прошло мало. Не должна старушка так быстро забыть его. Федор очень рассчитывал на ее память.
– Лицо? Он такой высокий. Повыше вас будет. Худощавый. Лицо? Лицо такое вытянутое. Это, наверное, так кажется от худобы. И глаза… Вот глаза его мне не понравились. Смотрит на вас, а взгляд так и бегает по сторонам, словно чего-то ищет. Или кого-то.
– А волосы у него длинные? – вдруг спросил Федор, удивив старушку.
– Да. Длинные. И мне еще показалось, он за ними плохо ухаживает. Как будто непромытые они у него. Висят, как солома. Хотя, говорят, это сейчас модно.
Федор вспомнил про бармена. «Высокий. Длинноволосый. Худой. Похоже, это бармен из кафе «Весна». Вот, стало быть, кто меня выследил! Он нарочно рассказал мне про «Уралочку». Чтобы я туда пришел. Я и повелся. А потом они просто вели меня всю дорогу от ресторана до Дашиного дома. А тут им помогла эта старушенция».
– А сколько, вы говорите,
– Четверо. Вот этот парень. Потом еще один, молодой, такой коренастый. В темно-синем спортивном костюме и кроссовках. И двое мужчин. Только этих я плохо разглядела. Показалось, один там был постарше всех. Я в глазок в двери смотрела, когда они побежали к лифту. Так вот у того, что постарше, волосы вьются и немного с проседью. В лифт он забежал первым. За ним тот коренастый, в спортивном костюме. Третьим был парень, который интересовался вами. За ним вошел мужчина. Роста не высокого, но такой широкоплечий. И к лифту он не бежал, как они, а шел. Быстро шел. Они все трое ему крикнули. Я, правда, не расслышала, что.
– Понятно, – проговорил Федор озабоченно и тут же потребовал более подробных объяснений по поводу того, четвертого. Федора он заинтересовал больше остальных. Он выходил последним. Почему?
– А ничего особенного в нем я не заметила. Видела его только сзади. Волосы у него русые. Короткие. Но в теле чувствуется сила.
– Почему вы так решили?
– Держался он уверенно. Как мне показалось. Не знаю, конечно, может, я и ошибаюсь в чем-то. Но еще мне показалось, он не боится. Эти трое были напуганы. А он нет. Наверное, он главный у них.
Федор напряг память, но среди бывших уголовников, с которыми в последнее время довелось иметь дело, такого человека не вспомнил. Да и никаких особенных примет его старуха не дала. Широкоплечий. Волосы русые. И никакой конкретики. И даже то, что он держался уверенно, – это еще ни о чем не говорит и уж ни в какой мере не поможет в поисках убийц. Увидеть бы его рожу.
Гораздо проще ухватиться за бармена. Только не мешает сделать маленькое уточнение. И Туманов спросил:
– Скажите, а вы на левой руке у волосатого не заметили кольца?
Как оказалось, женщина была очень внимательной.
– Печатка. Золотая. С черным квадратиком. Наверное, какой-то камень. Но я в этом не разбираюсь. У меня из золота ничего нет. Вот только серьги, – показала она на маленькие золотые капельки на мочках ушей. – Подарок мужа. А потом он умер, и уже больше никто не дарит, – грустно проговорила она.
Федор встал, отставил табуретку в сторону, на прежнее место. Не хотелось расспрашивать старуху о деталях убийства. Хотя уверен был, она многое могла бы порассказать, и как слышала раздирающий душу крик Даши, и тот роковой выстрел, оборвавший жизнь девушки. Ничего этого ему не хотелось слышать. Достаточно того, что он подозревает в одном из убийц бармена из кафе «Весна». И если Федор на правильном пути, то уж он постарается выжать из волосатого урода, кто были остальные трое. Бармен должен их знать.