Пробудить бога
Шрифт:
Раная с открытым ртом таращилась на меня, а Элмер вдруг наклонился и внимательно посмотрел мне в глаза.
— Что?
— Нет, ничего. Показалось.
Он в задумчивости отошел к стеллажу, машинально взял какой–то свиток и стал теребить его в руках.
Блин, что это на меня нашло? Что за ерунду я им наговорил? Мне нет дела до Маруси, Серого, Лехи? Разве Элмер или кто–то другой виноват, что Крех заразил мир? Чушь! Какая странная вспышка…
— Простите. Не знаю, что на меня нашло.
— Ты просто устал, — Раная
Элмер наконец отлепился от стеллажа и сел напротив меня. В его глазах сквозила настороженность, но голос звучал спокойно:
— Рокот, поверь, мы понимаем твои трудности. Но что делать, если волей судьбы люменом стал именно ты. Теперь без тебя может погибнуть не только Мелизора, но и весь мир. Поэтому нужно беречься, не подставляться по пустякам.
— Ну, так выдайте мне достаточно Фиолов, тогда обещаю сидеть дома и не рыпаться.
Староста вздохнул.
— К сожалению, это невозможно. Изготовлением и отправкой эликсиров занимаются только Вернувшиеся. Они никого к этому не подпускают.
Раная с любопытством посмотрела на Элмера.
— Что–то их частенько вспоминают в последнее время, — она повернулась ко мне. — Помнишь, про них еще Хват рассказывал? Дескать, его Командор послал? Видимо, это их глава.
— Кто ими руководит — держится в строжайшей тайне, — покачал головой староста. — Мне известно лишь, что они — самый сильный клан в Мелизоре. И единственный базирующийся на Риалоне. Других они не пускают.
— Как это? — удивился я. — Разве странников, победивших на арене, не забирают туда?
— Я имел в виду, что другим кланам не разрешено действовать на главном острове. Впрочем, никто точно не знает, что там вообще происходит.
— Неужели никто из местных туда не ездил?
— Нет. Раньше Риалон был открыт, но после Великой Битвы появились Вернувшиеся. Они заключили договора с местными, чтобы там никто не появлялся. Гильдия воинов лишь организует телепорт для странников, которые отправляются туда.
Хм… После Великой Битвы? Значит, это клан неписей, людей в Мелизоре тогда еще не было. Хотя, если честно, Хват мне неписем не показался. Но кто теперь разберет, все перемешалось в этом мире.
— Так что там в Гиблом квартале? — прервал мои размышления Элмер.
Я коротко рассказал о спасенном монахе и дурной пещере, о Самурае и других монстрах с разрезанными животами и вырезанными сердцами. Зеленое лицо старосты помрачнело.
— Неужели Марсель приносит в жертву странников, чтобы дать энергию темному богу?
— Похоже на то, — кивнула Раная.
— Надо его найти, Рокот. Иначе он тут пол–острова перережет.
Криво усмехнувшись, я ответил:
— Уже.
И в подробностях рассказал о вчерашней встрече с лже-Максом. По мере того, как я говорил, лицо Элмера становилось все мрачнее.
— Во–от оно
— Да какое привиделось, раны самые настоящие.
— Значит, ты думаешь, это был не он? Тогда кто?
— Откуда же мне знать? Выглядел точь–в–точь как Марсель, но…
— Но в то же самое время я видел его со стены. Однако, похоже, ты прав, и это действительно была маскировка. Слушай, Рокот, тебе надо быть очень — очень! — осторожным. Непонятно, почему он тебя не убил, хотя мог бы.
Мне стало жаль Элмера: страшно подумать, как он мечется в душе. То требует не лезть на рожон, то разыскать Марселя. Хочет во что бы то ни стало спасти Мелизору от тьмы, но не знает толком, как действовать. С одной стороны, пытается меня защитить, с другой, прекрасно понимает, что без активности люмена в нынешней ситуации никуда.
Словно в подтверждение моих мыслей Элмер вытащил из–за пазухи сверток, бережно развернул его и протянул мне странную палку. Я покрутил ее в руках — деревянная дубинка сантиметров в тридцать длиной. Довольно старая, потрескавшаяся, но с красивой резьбой. Навершие было сделано в виде распустившегося цветка, а рукоять состояла из вращающихся узорных колец.
— Смотри, Жезл Единения, семейная реликвия. Досталась мне от предков, они были шаманами племени флогеронов. Несколько веков выполняли эту роль, пока… пока из–за одного нелепого случая наш народ почти полностью не погиб. Сейчас, кроме меня и моего младшего брата Константа, по всей Мелизоре вряд ли найдется больше дюжины флогеронов.
За то время, что староста говорил, лицо его стало мрачнее тучи. Толстые пальцы теребили ворот камзола, будто зеленому гиганту не хватало воздуха. Закончив, он надолго замолчал.
— Сочувствую, — прервал я затянувшуюся паузу. — Это что же должно было произойти, чтобы целый народ сгинул?
— Неважно, сейчас не об этом, — Элмер поморщился. — Артефакт управляет силами природы, в нем собрана вся мощь моих предков. Его выстругал сам Кадис Древорукий, первый шаман флогеронов. Если совместишь кольца на рукояти в единый рисунок, мы сразу окажемся рядом с тобой.
Я покрутил резные кольца на жезле — интересная штуковина. У основания виднелась надпись:
Жезл Единения
Класс предмета: единичный.
Свойство: призыв.
Неповреждаемый.
Покачав головой, я протянул артефакт старосте.
— Нет, я не могу принять такой подарок.
— Бери! Ты должен его взять. А когда все закончится, вернешь мне. Или кому–нибудь из нашего племени, если меня уже не будет, — произнес он не терпящим возражения тоном. — Ну, а что касается Марселя, я постараюсь выяснить, что за этим может скрываться.