Пробудить бога
Шрифт:
— Что еще?
— Шоколадку хочу купить, — раздраженно ответил я.
Не, ну а что, в самом деле? Чувак специально здесь сидит, чтобы обучать странников скиллам, а выделывается. Одолжение он мне делает, блин… за полновесную голду.
Вальтер с удивлением повернулся
— Умение пришел выучить, — сообщил я.
Он оглядел меня с ног до головы, посмотрел на амуницию, на Кладенец. Глаза его сверкнули, в них появилось непонятное выражение, словно его посетила гениальная мысль.
— Неужели денег успел заработать?
Еще бы, накануне после хладотерапии я был с ног до головы укутан в плащ, да еще дрожал, как цуцик.
Я с ехидной улыбкой протянул ему брусок.
— Вот, держите. Сдача, надеюсь, найдется.
— О, золотом будешь платить? Неплохо. Пожалуй, что–то из тебя может получиться. Этого хва…
В этот момент взгляд мастера упал на клеймо. Глаза его заметно расширились.
— Проклятое золото?! — воскликнул он и торопливо сунул кирпич обратно мне в руку. — Зачем вы его принесли? Не возьму!
Я в растерянности посмотрел сначала на Серого, потом на Марусю.
— Послушайте, уважаемый…
— Нет!
— Хорошо, хорошо. Просто объясните, что не так с этим слитком?
— А то ты не знаешь, — нахмурился Вальтер. — Этот знак есть только на золоте из Гиблого квартала. Вы же там его взяли?
Врать не хотелось, но и сознаваться я не спешил.
— Да какая разница, откуда оно?
— В Сырые Подвалы захотели? Я вас выдавать не стану, но больше ко мне с такими слитками даже близко не подходите!
— Да не парься, Димыч, — тихо сказал Серый. — Сейчас поменяем где–нибудь и вернемся.
— Даже не думайте! — услышав его слова, рявкнул Вальтер. — Если я не стукач, это не значит, что в Треглаве все такие. За донос здесь можно получить неплохое вознаграждение, так что желающие найдутся.
Столько усилий, и все напрасно. Вот тебе и «властелин вселенной»!
Раздосадованы были все: на лице Сереги читалось раздражение, а Маруся брела рядом со мной, мрачно глядя под ноги.
У ворот Гильдии к нам подлетели Фрося с Диогеном.
— Ну, чего там? — с нетерпением спросил филин.
— Да хрень сплошная, — скривился Серега. — Говорят, расплачиваться золотом теперь преступление.
Преступление? Точно! Я дернул Серого за рукав и, махнув остальным, радостно возвестил:
— Гоу, ребят, я знаю, что делать!
Позади осталась «Хрустящая корочка», а я продолжал вести друзей по переулку в сторону Поганого канала.
— Понял наконец–то, что на голодное брюхо дела не делаются? — удовлетворенно ухнул Диоген.
— Нет, походу, у Василисы в сундуке припасен какой–то хитрый артефакт, — предположил Серый.
— Не угадываете, — на ходу сказал я. — Короче, я случайно выяснил, что тут живет одна тетка. Вроде бы зовут Рондой. Она втихаря чеканит фальшивые монеты.
— Ну даешь, Димыч! Уже и с криминалом
— Какой выход, с ума сошли? — возмутилась Маруся. — Хотите, чтобы нас загребли в Сырые Подвалы?
— Не загребут. У нас же не абы что, а золото. По факту это будут не поддельные деньги, а самые что ни на есть настоящие. Просто избавимся от клейма. Не дрейфь, подруга, прорвемся.
— Я не из пугливых.
— Тогда вперед! Веди, Димон.
— Уже пришли, — я остановился и дернул на себя обветшалую дверь скобяной лавки, возле которой пару дней назад столкнулся с Гором.
«Тетка» оказалась крохотной, ростом не больше метра тридцати, гномкой, рыжей, с двумя хвостиками, болтающимися над ушами, и ровно подстриженной челкой. Лицо живое, подвижное, в слегка выпуклых зеленых глазах то и дело мелькали задорные искорки. Одетая в потертый замшевый костюм и кожаный фартук с огромным карманом на животе, она выглядела весьма живописно.
Покупателей в лавке не было, и, пока хозяйка, стоя на приставной лестнице, что–то разбирала на высоком деревянном стеллаже, я осмотрелся. Все стены уставлены полками, заваленными всякой всячиной: инструментами, котелками, ведрами, молотками, гвоздями. Тут и там торчали черенки лопат, в углу красовались тачки, метлы, грабли. На отдельном столе были грудой навалены канделябры и держатели для факелов, в том числе довольно изысканные.
— Не заблудились часом? — слезая с лестницы, спросила лавочница. — Ни едой, ни амуницией, ни оружием мы не торгуем.
Ну да, во время осады вряд ли кто–то будет интересоваться богатствами ее лавки, сейчас жителей Треглава интересует только то, что она перечислила.
— Ты Ронда? — уточнил я.
— Допустим, — она вытерла руки тряпкой и бросила ее в ящик. — А ты откуда такой красивый, кто тебе мое имя сказал?
— От Гора, по поводу чеканки монет, — прошептал я, перегнувшись через прилавок. — Он должен был предупредить.
— Бред, — громко фыркнула гномка. — Не знаю я никакого Гора и фальшивок отродясь не чеканила. Идите отсюда подобру–поздорову.
Блин, с кондачка не вышло. А подход вроде был правильным — я своими ушами слышал, как Егор говорил ей, что пришлет посланца. Похоже, нужно какое–то кодовое слово или тайный знак.
— Да погоди ты, — вклинился Серега. — Клянусь, мы не соглядатаи и тебя не выдадим. Ну, просто положение отчаянное, пойми. Деньги нужны позарез. Нашли слиток, а его никто не берет, все деньгами хотят получить. Сама знаешь, город в осаде, как мы будем его защищать без нормальной брони и умений?
Краем глаза я заметил, как Фрося, до этого висевшая в углу у тачки, проплыла позади Ронды и скрылась в стене. Через пару секунд она вернулась и кивком головы показала на стеллаж за спиной гномки. А та, не видя ее, в это время давала гневную отповедь Серому: