Пробуждение страсти
Шрифт:
Кристи оперлась на его руку. Синжун думал, что он пристыдил ее, но тут она язвительно спросила:
— Может, ты хотел, чтобы еще какая-то женщина, кроме твоей жены, родила тебе ребенка?
Синжун не желал, чтобы она так с ним разговаривала. Она уже использовала его, как ей вздумалось. Сколько еще он будет терпеть? Ни одна женщина не обращалась с ним так дурно, как его собственная жена. Он знал, что от Кристи Макдональд стоит ожидать только неприятностей, еще с тех пор как первый раз увидел ее, когда она была семилетней девчонкой. Он ни за что бы не подумал, что она превратится в
Он очарован собственной женой. Вот так история! Но он больше не будет вести себя как последний болван. Его чувства к ней охладели после того, как он понял, кем именно была его лондонская любовница. Теперь он ощущал только гнев от того, что она беззастенчиво использовала его. Но он должен был признать, что, к несчастью, по-прежнему хотел ее.
Люди все еще оставались в зале, они тихо переговаривались между собой и пили крепкий шотландский напиток, сваренный из ячменя, от которого здоровые мужчины через час падали под стол. Разговоры прекратились, как только он и Кристи вошли в зал. Настроены все были враждебно, лица стали угрюмыми и замкнутыми.
Войдя, Синжун сразу понял, что у него здесь нет сторонников. Эта мысль расстроила его, и неожиданно что-то внутри него изменилось. Это ведь его земля, черт возьми, его люди! Ответственность была для него абсолютно неведомым понятием, и требовалось время, чтобы изменилось его отношение к горцам, о которых он вообще не думал большую часть жизни. Он считал, что его совесть давным-давно умерла.
— Этот нечестивый грешник обидел тебя? — спросил Калум, протискиваясь через толпу к Кристи.
— Все в порядке, Калум, — заверила его Кристи. — Просто я не ожидала увидеть здесь лорда Дерби так скоро, вот и все.
Калум злобно взглянул на Синжуна:
— Раз уж вы здесь, ваша светлость, вы должны нас выслушать.
— Я слушаю, — сказал Синжун, сдерживая себя усилием воли.
— Я Калум, предводитель Камеронов, — важно сказал Калум. — Кристи Макдональд наша помещица, и все мы желаем ей благополучия. Вы не были для нее хорошим мужем. Мы не хотим, чтобы вы оставались здесь. Уезжайте и оставьте нас в покое.
Синжун не согласился:
— Гленмур и прилегающие к нему владения принадлежат мне. И нравится вам это или нет, но я муж вашей помещицы.
Рассерженные шотландцы стали собираться вокруг Калума. Все члены клана Камеронов, решившие оказать поддержку своему вожаку, были крупными и сильными мужчинами, но Синжун не был трусом. Он стоял на своем, а его напрягшаяся рука лежала на рукояти меча.
Калум улыбнулся, но его глаза были холодными:
— Иногда происходят несчастные случаи, ваша светлость. Кристи может легко избавиться от мужа, которого она не хочет видеть рядом с собой.
Синжун украдкой взглянул на Кристи.
— Вы уверены, что она не хочет быть вместе со мной? Возможно, вам стоит спросить ее. Убейте меня, и я вам гарантирую, что вскоре в Гленмуре будет полно солдат короля, — предупредил он.
Повисла напряженная тишина — горцы обдумывали слова Синжуна.
— Слушайте, вы все! — крикнула Кристи, нарушив молчание. — Не будет никаких убийств. Синжун мой
— Подождите! — прервал жену Синжун. — Я хотел бы еще кое-что сказать вам. Я не знаю, почему сборы были повышены, но я это выясню.
— Их повышали не только в этом году, но и в прошлом, и в позапрошлом! — выкрикнул Дональд.
Синжун нахмурился, уже не впервые задумываясь над тем, почему Джулиан не говорил, что увеличивал сборы во владениях Синжуна. Обычно он обсуждал с Синжуном все, что касалось Гленмура, перед тем как принять какое-то решение.
— Сейчас я не могу ответить на этот вопрос, но я узнаю, в чем причина. Кучер, который завтра поедет в Лондон, повезет письмо моему брату. Мы в этом разберемся. А пока что никто не будет выплачивать сборы за этот сезон. Более того, я лично посещу ваши дома, чтобы решить, как можно улучшить условия вашей жизни.
Его речь была встречена сдержанно, но одобрительно, хотя все Камероны открыто выражали свое недовольство.
— Посмотрим, чем обернутся ваши красивые слова, а потом уж будем судить о вас, — прорычал Калум, которого обещания Синжуна не успокоили.
После этого он развернулся и стрелой вылетел из зала. Вслед за ним ушли все, оставив Синжуна и Кристи наедине.
— Это было очень благородно с твоей стороны, — сказала Кристи, и Синжуну показалось, что он слышит в ее голосе слабый намек на одобрение, — но можем ли мы верить слову англичанина?
Глава 6
Этой ночью Кристи закрыла дверь в свою спальню, не желая впускать туда Синжуна. Осыпав ее всеми возможными ругательствами, Синжун последовал за злорадно ухмылявшейся Марго в свободную комнату, по пути понося женщину, которую звали Кристи Макдональд, Флорой Ренделл или как там ей еще вздумается. Зачем ему все это? Он был счастлив и беззаботен в Лондоне, без труда поддерживал свою репутацию и использовал данные ему свыше таланты в своих целях. Он хотел уехать из этих Богом забытых гор, но разве он мог так поступить? Кристи была беременна от него, и ему хотелось остаться, чтобы увидеть своего сына или дочку.
Синжун нашел свои пожитки у двери комнаты, предназначенной для него. Два саквояжа и маленькая сумка. Он не знал, как долго ему придется здесь задержаться, поэтому привез почти всю свою одежду. К счастью, он также додумался прихватить с собой небольшую шкатулку, полную золотых суверенов, и еще одну с серебряными монетами, спрятав обе в одном из саквояжей.
До того как пойти спать, он сообщил кучеру Джону, что тому предстоит отправиться в Лондон завтра ранним утром. Он написал письмо Джулиану и отдал его Джону, чтобы тот доставил послание брату. Если погода будет хорошей, Джулиан прочтет письмо через две недели. Это значило, что приблизительно через месяц Синжун получит ответ от Джулиана, который, как он надеялся, прольет свет на историю с повышением сборов. Если все будет продолжаться, как раньше, восстание неминуемо. Кристи не настолько сильна, чтобы справиться с предводителем Камеронов.