Проект «Сфинкс»
Шрифт:
— Котел? — с сомнением спросил доктор. Он не очень-то верил в искренность коменданта. — Может, все-таки — бомба?
— Это дело не вашей компетенции! — Штольц метнул на доктора негодующий взгляд. — Ваша-то чудо-сыворотка готова, а?
— Да, — ответил доктор. — Но это экспериментальный образец, не прошедший полного тестирования… Вы сказали, на нижнем уровне находятся лаборатории… Ученые, на данный момент, пребывают там?
— Да, — выдохнул Штольц. — Я уже отдал приказ об эвакуации, но боюсь, что они не успеют демонтировать необходимое оборудование и собрать нужную документацию. Слишком мало времени. А настроение у ваших коллег, как у крыс на тонущем корабле.
— Но
— Поздно, — пробормотал комендант.
— Что… поздно? — голос Фогеля дрогнул.
— Я уже отдал приказ о блокировании пятого уровня…
В воздухе повисла тяжелая пауза.
— Я сделал это в целях безопасности, — поспешно сказал Штольц, будто оправдываясь. — Согласно инструкции. Я не мог допустить панического бегства…
— О какой инструкции вы говорите?! — воскликнул Фогель. — Все правила написаны лично вами, а не Господом Богом, господин Штольц! Вы могли бы их с легкостью изменить согласно сложившейся ситуации и уберечь людей от верной гибели! Им нужно бежать и чем быстрее они это сделают, тем лучше! На свете нет ничего дороже жизни! Вы свою жизнь не цените, но, поверьте, не все поддерживают ваш энтузиазм!
— Вот видите… — Взгляд Штольца будто забирался в самую глубину сознания Эриха. — Вы не смогли довести дело до конца и тоже собираетесь смыться, а я из-за вашей нерасторопности в работе не могу появиться в нашей южноамериканской колонии без положительных результатов. Кому нужны неудачники? Вот вы, к примеру, сможете и там пригодиться для каких-нибудь очередных исследований, а мне некуда деваться. Я честный старый вояка и состояния сколотить не успел.
— Хотите стать очередным фюрером?
— Берите выше, доктор, — горделиво заявил Штольц. Его глаза на мгновение вспыхнули и тут же погасли. — Миру нужен сильный и неуязвимый хозяин! Бессмертный идол, как бы банально это ни звучало. Один единственный! Бог, которому можно верить и поклоняться!
— Вы хотите стать богом с помощью сыворотки? — осведомился доктор, хотя уже и сам знал ответ. — Но ваши взгляды сходятся больше с мировоззрением дьявола, нежели бога…
Неожиданно Штольц схватил руку Фогеля и сильно стиснул.
— Тише! — прошипел он. — Слышите? Что-то приближается. Эти звуки…
Комендант и доктор прильнули к амбразуре, всматриваясь в бесцветный полумрак тоннеля.
К ним подошел унтер-штурмфюрер и негромко доложил:
— К нам что-то приближается из тоннеля. Какие будут приказания, господин штандартенфюрер?
— Стрелять на поражение по моей команде, — отдал распоряжение Штольц, не отрывая взгляд от тоннеля. — Используйте все средства, чтобы остановить противника. И не удивляйтесь ничему, что увидите, даже если это будет страшнее самого дьявола! Исполнять!
— Есть, господин штандартенфюрер! — ретиво отчеканил офицер и высокомерно добавил: — Мои парни справятся! Мы разрубим на куски любого врага!
— Надеюсь, Венкель, — буркнул под нос Штольц.
Комендант протянул доктору пистолет-пулемет MP-40 и подсумок с коробчатыми магазинами.
— Умеете обращаться? — поинтересовался он.
— Нет, — честно признался Фогель.
— Не важно, — пробормотал комендант и показал, как менять рожок с патронами. — Предохранитель отсутствует. Жмите на спусковой крючок и держите цель на мушке. При стрельбе ствол немного заносит вправо и вверх, так что постарайтесь корректировать прицел при ведении
— Но я ни разу не держал в руках подобное оружие, — попытался выразить отказ Фогель, поглядев на молодого офицера, будто призывая того в свидетели своей неискушенности в стрелковом деле — Я ученый, а не военный, и с такими штуками не обучен обращаться.
— Ничего, справитесь. — Штольц заправил ленту с патронами в станковый пулемет. — Знакомьтесь с этой солдатской кухней побыстрей — в ваших же интересах. Солдат в бою, что лошадь на перепутье, сам нужную дорогу найдет.
Фогель взял в руки оружие и из-за волнения тут же очумел от недостатка воздуха. Он выставил в амбразуру ствол и в тот же миг увидел в черном зрачке автомата с широкой полукруглой мушкой приближающиеся из тоннеля тени.
Их было шестеро. Даже в сером сумраке в силуэтах без труда угадывались человеческие фигуры. Но передвигались они как-то медленно и странно, будто поломанные игрушки, у которых все шарнирные соединения двигались в разных направлениях.
— Это люди! — обрадовался Фогель и рывком повернулся к коменданту. В какой-то миг он почувствовал себя ребенком, которому подарили кондитерскую фабрику. — Они живы! Слышите, ваши солдаты живы! Они возвращаются!
— Помолчите… — Штольц грубо прикрыл ему рот рукой. Он весь напрягся, как охотничья собака на стойке. — Пусть подойдут поближе. Здесь что-то не так. Не нравится мне все это…
Тени людей приближались. Когда они достигли более освещенного участка, то от переполнявших Эриха радостных чувств не осталось и следа. Он остолбенел. Сердце екнуло. В висках застучало. В ушах зазвенело. Опасения коменданта оправдались. Доктор смотрел на одного из солдат, одетого в кожаное обмундирование, и не верил глазам. Ему показалось, что сейчас он находится не в двадцати с лишним метрах от него, а стоит лицом к лицу.
Это был один из огнеметчиков. Кожаная одежда на нем зияла рваными дырами, через которые проступала слизкая розовая плоть, лишенная кожного покрова и обугленная по краям. Каски на солдате не было. Вместо нее на голове находилась какая-то пористая грязно-бурая масса, облепившая верхнюю часть. Был ли это мозг или какое-нибудь другое вещество, вылезшее из разбитого черепа, Эрих так и не разобрал. Левая глазница человека зияла темным провалом. А его единственный уцелевший глаз на обожженном лице превратился в красный пузырь с черным зрачком и, казалось, неотрывно смотрел на доктора, который с трудом совладал с собой, чтобы не обделаться от такого зрелища. Липкий пот покрыл лоб Эриха. Казалось, он слышал каждый вдох-выдох этого человека с пульсирующей гадостью на голове. Руки у получеловека были неестественно длинные, а вместо привычных кистей сжимались-разжимались пятипалые лапы с длинными острыми когтями. Остальные четыре солдата имели не менее отвратительный вид и их головы также украшали мерзкие наросты. Они напоминали изуродованные марионетки, за ниточки которых дергал обезумевший кукловод.
Вслед за огнеметчиком ковылял профессор Майер. Передвигался он как-то странно, по-крабьи, выставляя вперед сначала левую ногу, а затем подтягивая правую. Его лисья шуба из-за пролившейся крови поменяла окрас на воротнике, рыжий мех покрылся темно-бурыми пятнами. Лицо — усыпано небольшими язвами, оставленными присосками щупалец монстра, и глубоко рассечено во многих местах, словно над ним поработал опасной бритвой спятивший брадобрей. Фогель успел заметить, что его окровавленные губы что-то шептали, но что именно, он расслышать не мог. Во взгляде профессора читалась пустота и безнадега. Эриха охватило отчаяние.