Проект «Вальхалла»
Шрифт:
Джексон кивнул утвердительно.
— Немедленно связывайтесь с ним. Пусть сообщает как можно скорее, что там происходит и есть ли у путчистов шансы на успех.
Малькольм снял трубку аппарата прямой связи с директором.
— Надеюсь, Фергюсон уже доложил вам?.. А госсекретарь уже спрашивает, что ему отвечать? Лучше всего не комментировать события, пока не ясен исход. — Прикрыв ладонью телефонную трубку, Малькольм шепотом приказал Джексону: — Собирайте людей ко мне, Пусть подберут все, что у нас есть по этой проблеме.
Через несколько минут в кабинете Малькольма уже сидело несколько человек, ответственных
Почти двадцать пять лет Малькольм прослужил в системе управления планирования, и тайные операции были его стихией. Анализ разведывательных данных, составление справок и докладов Малькольм презирал. Поэтому его назначение на пост заместителя директора расценили как стремление Вашингтона сделать упор не на пассивный сбор разведывательной информации, а на активное вмешательство в ход событий на мировой арене.
Сенатская комиссия по разведке единогласно одобрила его назначение. Выступая перед сенаторами за закрытыми дверями, Малькольм клятвенно обещал предпринять максимум усилий для «стабилизации» положения в мире, в первую очередь — в Западной Европе.
— Только что получено еще одно сообщение из Мадрида, — сообщил Джексон, — командующий третьим военным округом генерал-лейтенант Хайме Миланс дель Боск распространил коммюнике о введении военного положения. На улицах Валенсии танки, бронемашины, военные патрули. Власть в городе перешла к военным. Подполковник Техеро сразу после захвата парламента связался по телефону с Валенсией и произнес такую фразу: «Мой генерал, все в порядке, все в порядке!» Одна из радиостанций передала: Техеро заявил какому-то журналисту, что покинет помещение парламента и освободит заложников только после того, как будет принято решение о роспуске парламента и создании военной хунты.
— Ну что ж, — сказал заместитель Малькольма. — Эти ребята настроены серьезно, глядишь, добьются своего.
Джексон подошел к столу Малькольма и положил перед ним короткие объективки на подполковника Техеро и Миланса дель Боска. Первый из них был участником антиправительственного заговора в ноябре 1978 года, известного под названием «Операция «Галаксия». Второй воевал в составе «голубой дивизии» Франко против Советского Союза, получил гитлеровский Железный крест, известен своими фашистскими взглядами.
Сверху Джексон положил листок, в правом углу которого значилось: «Отпечатано в одном экземпляре».
Малькольм пробежал несколько машинописных строчек.
«1. Захват парламента с помощью гражданских гвардейцев (подполковник Антонио Техеро).
2. Выступления командующих военными округами во главе с генералом Хайме Милансом дель Боском в поддержку роспуска парламента и создания непартийного правительства.
3. Занятие всех ключевых объектов в Мадриде бронетанковой дивизией «Брунете».
4. Утверждение королем состава поддерживаемого военными правительства во главе с генералом Альфонсо Армадой, который долгое время был военным адъютантом короля.
Источник: граф Гонсалвиш».
Мэрфи до крови ободрал себе руки. Как назло, не оказалось подходящего инструмента, приходилось орудовать обычной отверткой, а ящик сколотили на совесть.
Когда к самолету подъехал
Его позвали в диспетчерскую, передали приказ лететь туда же, в Латинскую Америку. Мэрфи молча кивнул и ушел.
Проще всего было бы тут же уехать в Токио, купить билет и на следующий день разгуливать по Лондону или Парижу (в одном из этих городов он и собирался пересидеть несколько лет, не рискуя сразу возвращаться в Америку). Но, решив круто изменить свою жизнь, он подумал о человеке, который лежал в деревянном ящике...
Мэрфи вскрывал ящик прямо в самолете — одному не под силу его вытащить. Отодрав доски, увидел скрюченное тело довольно высокого бледного человека со спутанными белокурыми волосами. Пилот потряс его за плечо и по глухому стону убедился, что человек жив. Он вытащил его из ящика. Осторожно приоткрыл люк. Уже стемнело — вылет опять назначили на ночное время. Человек был выше Мэрфи на целую голову и тяжелее килограммов на двадцать. Обливаясь потом, пилот стащил его на землю, попытался привести в сознание. Но тот не открывал глаз, вяло ворочал головой, бормотал невнятное.
Сжав зубы, Мэрфи потащил его дальше от взлетной полосы в лес: в диспетчерской могли поинтересоваться, почему самолет не готовится к вылету. Мэрфи с трудом разглядел стрелки на темном циферблате: в его распоряжении не более получаса.
Тот, как пьяный, мотал головой и временами что-то нечленораздельно бормотал. Мэрфи принюхался, но запаха алкоголя не чувствовалось. Когда за листвой исчезли силуэты аэродромных служб, пилот устало опустил его на траву. Далеко он его так не утащит. А уходить необходимо. В конце концов, он спасает жизнь этому человеку. Мэрфи несколько раз сильно ударил его по щекам.
— Где я? — пробормотал тот по-немецки, затем что-то сообразил и повторил вопрос по-английски.
— В лесу, — устало ответил пилот. — Как вас зовут?
— Кристиан. Кристиан Редлих. А вы...
— Дональд Мэрфи, пилот. Боюсь, что бывший, — сделал он попытку пошутить.
Кристиан понемногу приходил в себя. Он потер лоб, пытаясь сосредоточиться. Чуть приподнялся на локте, но тут же опрокинулся назад.
— Что же со мной такое? Подождите, подождите... Я был...
— Кто вы? Откуда вы?
Кристиан сжал виски.
Мэрфи озабоченно посмотрел на часы и с тревогой сказал:
— Нам надо уходить. Сможете подняться?
— Попытаюсь.
От усилий на лбу у него выступили крупные капли пота. Опираясь на Мэрфи, он кое-как передвигался. Мэрфи дотащил вконец обессилевшего Кристиана до автобусной остановки и посадил на скамейку. Вид Кристиана был ужасен: мертвенно-бледное лицо, глаза закрыты; он жадно вдыхал воздух. На остановке было немного народу. Какая-то женщина, склонившись над Кристианом, что-то быстро спросила у Мэрфи. Тот растерянно покачал головой: он не знал японского языка. Не получив ответа, женщина отошла к другим, ожидавшим автобуса людям. Через минуту вернулась с небольшим пузырьком. Увидев настороженный взгляд Мэрфи, дружелюбно улыбнулась. Поднесла пузырек к носу Кристиана. Он открыл глаза. Пилот понял: женщина принесла нашатырь.