Прогрессор поневоле
Шрифт:
Повернувшись, чтобы уйти, но крик из зала заставил меня вернуться.
— Великий царь Египта, — высокий, статный мужчина на коленях прополз ко мне, — дозволь своему рабу сказать слово?
— Говори.
— Я помощник главного визиря царя Териахи, — быстро произнёс он, пока я не передумал, — я готов показать и рассказать всё, что захочет великий царь.
— Взамен? — я поднял бровь, — твоя жизнь и так понятное дело, что моя.
— Моя семья осталась в городе, — он умоляюще протянул
Из зала тут же раздались разные крики. Кто стал проклинать предателя, а кто, наоборот, попытался броситься ко мне, предложив те же услуги, что и мужчина. Удары копий успокоили всех, а стрела в теле главного обличителя «проклятых предателей» и вовсе заставила людей отхлынуть прочь от меня.
— Ты ведь понимаешь, что будет с тобой, если ты меня обманешь или будешь бесполезен? — поинтересовался я.
Он судорожно кивнул.
— Всё что я прошу у Его величества, спасти мою семью, — умоляюще произнёс он.
— В зале или дворце есть, кто может показать дом, кроме тебя?
Мужчина взмахнул рукой. К нему тут же подошла девочка лет десяти.
— Моя дочь покажет, — сказал он, показывая на неё.
— Центурион выдели сопровождение, — приказал я и ещё одна контуберия отправилась с девочкой в город.
— Начнём с главного, сокровищницы и казны, — сказал я ему, приказав встать, — кто за неё отвечал, кто может показать все подвалы и закутки?
Он тут же показал пальцем на трёх людей в зале.
— Они могут великий царь.
Он назвал их длиннющие титулы, на которые я не обратил внимание, зато сами керминцы с проклятием в его адрес были выволочены из толпы и выведены за двери, я приказал найти Хопи, чтобы эти люди помогли ему с поисками.
— Так с главным разобрались, — потёр я радостно руки, — кто может показать гарем?
— Главного евнуха и его помощников убили великий царь, — тут же сказал он, — они яростно защищали гарем повелителя с оружием в руках. Но вон тот старик у дальней колоны бывший главный евнух, я не думаю, что он за пять лет забыл расположение всех залов женской половины.
Легионеры вытащили старика и под ненавидящими взглядами остальных, мы пошли в сторону гарема. После казны, как я знал, это было самое дорогое место во дворце. Не потому, что там были женщины, а потому, что цари любили обвешивать любимых золотом и его обычно было там сотни килограмм. Старик, идущий первым, был не сильно доволен отведённой ему ролью, поэтому он едва переставлял ноги, чем меня стал раздражать.
— Верните его в зал и дайте пять плетей, — приказал я, — думаю мы быстрее сами разберёмся с гаремом, чем он нас туда приведёт.
— Мы можем взять служанок, которые там прислуживают великий царь, — быстро попытался
— Отличная мысль, — согласился я, мы завернули в тот зал, где держали слуг и правда, управитель дворца забрал с собой только тех, кто был ему реально нужен.
Мужчины и женщины со страхом смотрели на меня и вооружённую охрану рядом.
— Кто хочешь отомстить царю? — просто поинтересовался я, — взамен на жизнь и свободу?
Вверх взметнулся лес лук.
— Она и она, нам подойдут, великий царь, — тут же выбрал мужчина двух красивых, но уже явно возрастных женщин.
Я показал им подойти и когда они опустились передо мной на колени, спросил.
— Мне нужен кто-то, кто присмотрит за гаремом, ну и заодно накажет там тех, кто будет недоволен моим присутствием.
Лица женщин моментально скривились в гневные гримасы.
— Великий царь, тебе стоить только приказать, мы станем тебе самыми верными слугами, — в один голос ответили обе.
— Возьмите плётки и отведите меня в женское крыло, — распорядился я.
Они с радостью это сделали и едва не бегом побежали в сторону нужных помещений. Там и правда оказалось почти сто трупов евнухов, кто был заколот копьём, кого застрелили, но все держали в руках оружие и небольшие щиты.
Поприветствовав легионеров на охране, я вошёл внутрь следом за женщинами. Тут же раздался громкий яростный женский крик и на нас напал десяток вооружённых одними кинжалами женщин. Охрана не зевала, меня тут же закрыли щитами и нападающие, просто насадились на наконечники копий.
— Гарему точно нужно провести урок послушания, — покачал я головой, когда тела полуобнажённых женщин оттащили в сторону, а в зале осталась ещё сотня других, прижавшихся к друг другу девушек и женщин, разных возрастов и национальностей.
— Все драгоценности с них снять, сдать центуриону, — приказал я женщинам, пришедшим со мной, — каждую вы лично обыщите, заберёте всё, что они прячут на себе и в комнатах. После дать каждой по пять плетей для прочистки мозгов.
Женщины злобно усмехнулись.
— С радостью великий царь.
— Ты же проследи, чтобы наше с тобой золото они сами не спрятали, — шепнул я центуриону. Тот зная, что всё будет потом поделено между всем войском, с улыбкой мне поклонился.
— Моему царю не о чем беспокоиться, — заверил меня он.
Повернувшись спиной к помещению, так не ласково меня встретившему, я направился с советником визиря вниз, там где располагались входы в сокровищницы. Не успели мы дойти, как оттуда появился с широкой улыбкой Хопи, перепачканный кровью с головы до ног.