Проигратель
Шрифт:
– Смотрите! – девушка дернула его за руку, показывая вперед и вверх.
Со стороны центра в их сторону летели, быстро приближаясь, два геликоптера, выкрашенные в красно-черно-белый триколор патрульной службы. Они шли на относительно небольшой высоте, держа дистанцию.
– Они нас заметят, – заволновалась Алла. – Надо спрятаться, чтобы…
– Ничего не надо, – Проигратель продолжал идти. – Не суетитесь, Ла.
– Но они же нас заметят!
– Заметят, непременно заметят, если уже не заметили, – он мягко, но настойчиво привлек девушку к себе, опять переходя на «ты». – Обними меня. Просто обними. И шагай в ногу – так проще.
– А зачем…
– Все просто, – он шел вполоборота, чтобы видеть
– Вполне, – кивнула Алла. – Но что мы будем делать дальше?
– Пока не знаю. Время у нас есть, можно подумать. Будет неплохо, если вы тоже раскинете мозгами. Потом мы поделимся своими идеями друг с другом и вместе решим, как поступить.
Девушка послушно замолчала.
Геликоптеры поступили именно так, как он и думал. Один из них снизился наполовину, пролетев так низко, что еще чуть-чуть – и порывом ветра взъерошит волосы. Но не притормозил, не завис над парочкой, не крикнул что-то в громкоговоритель, а поднялся и полетел дальше. Проигратель дернул девушку за руку, вынуждая продолжить путь и осознав, что не дышал с того самого мига, как геликоптер пошел на снижение. Пронесло. На сей раз пронесло. И это было неправильно. По всем законам мироздания его должны были засечь уже сейчас. Почему судьба промахнулась? Может быть просто потому, что это были не те геликоптеры? Может, они просто патрулировали окраины города – ведь неподалеку, километрах в десяти отсюда, находится Периметр.
Да, скорее всего, дело в этом. Ведь патрульные машины летели со стороны центра, а он сам видел военную технику на улицах. Их база находилась не с той стороны. Если бы их подняли по тревоге контролеры, патрульные геликоптеры нагнали бы их со стороны окружной дороги. Следовательно, погоня пока еще не нашла их следов. И Рий-второй исправно выполнил свою работу – увел преследователей за собой. Остается надеяться, что парню удастся выпутаться. Друзьями они, конечно, не стали, но Рий-второй ведь не виноват в его, Проигрателя, неудачах!
От мыслей о напарнике он плавно перешел к мыслям о ближайшем будущем. Куда идти? В поселок «Новая Жизнь», сдаваться на милость Эль с ее пристрастием к плеткам и «наказаниям для плохих мальчиков»? Или попытаться начать свою игру? Теперь его будут искать и правительство, и Эль с теми, кто на нее работает. И выиграет тот, кто первым переманит Проигрателя… на сторону противника. Ибо та сторона, на которой он будет сражаться, обречена на поражение.
Но Эль? Как она могла строить в отношении его свои планы, если знала, что он из себя представляет? Приходилось признать, что она ведет какую-то свою игру.
Да, он впервые не зависит ни от кого, кроме себя. Когда он, по сути дела, отстаивает именно свои интересы, а не тех, кто послал его в бой. Это странное чувство свободы отнюдь не пьянило – оно пугало. Настолько, что он запретил себе думать о том, что происходит и сосредоточился на окружающем мире.
Судя по состоянию луговины, по которой они шли, пока Проигратель «отдыхал» у Эль, лето перевалило на вторую половину. Цветов было мало, трава стала ниже и тоньше. Буйно росли сорняки, местами вымахавшие по пояс. Вода в канале зацвела, по поверхности
Со стороны центра пролетели еще два геликоптера, и Проигратель сжал руку Аллы:
– Спокойно. Это опять мимо.
– Почему вы так думаете? – девушка бросила на него пугливый взгляд.
– В последнее время ты ничего такого не замечала? – вопросом на вопрос ответил он.
– Чего «такого»? И где?
– В городе. В мире. В новостях не сообщали ничего важного, странного?
– Я новостные каналы не смотрю, – призналась девушка. – У меня только сериалы и… так, по мелочи… – он скептически хмыкнул, и Алла призналась торопливо: – Хотя мама говорила, что якобы что-то такое объявляли. Призывали население к осторожности и просили не паниковать, а военнообязанным быть готовыми явиться на сборные пункты. Но у нас в семье только я и мама, нас это не касается… Но я сама несколько раз слышала сирены и видела военные машины, – словно извиняясь, добавила она. – А однажды половина улицы Труда оказалась перекрыта. Мне на работу пришлось добираться окольными путями. И у Стаси – это моя подруга и коллега – как-то раз на улице стреляли.
– Значит, в городе неспокойно. В каком районе живет твоя Стася?
– Приреченском.
Он кивнул. Именно Приреченский район был ближе всего к Периметру. Если прорыв действительно имел место, то немудрено, что нечто начало просачиваться именно в том направлении.
– А твой дом где?
– В Новоселках… И я еще раз хочу напомнить, что мы с вами пока не переходили на «ты»!
– Извините, – он даже отодвинулся немного. Теперь они шли, как школьники – на расстоянии вытянутой руки. – Я забылся. Больше этого не повторится.
Двое стояли перед третьим, опустив головы.
– Итак, вы его упустили? – промолвил он.
– Да, кэп. Но…
– Как это получилось? – перебил тот.
– Сами не понимаем, – двое переглянулись. – Он буквально сквозь пальцы у нас просочился…
– «Сквозь пальцы»… Если это он, он не мог просочиться никуда. Он должен был оказаться у вас в руках, если…
– Виноваты, кэп. Больше этого не повторится!
Четверть часа спустя они вышли на кольцевую автостраду и, пройдя мимо транспортной развязки, остановились возле супермаркета. Здесь было необычно пусто – на стоянке перед супермаркетом ожидали всего три машины, из них одна патрульная. Проигратель невольно прибавил шаг, стараясь побыстрее миновать опасную зону, хотя и сомневался, что патрульные заинтересуются двумя пешеходами. Отсюда была прямая дорога к окраине – метрах в двухстах от поворота к супермаркету уже стояли жилые дома. Дорога круто уходила вверх, и Проигратель, поколебавшись, зашагал по обочине. Алла послушно топала за ним. Она немного отстала и еле передвигала ноги, но молчала. За последние несколько минут между ними не было сказано и двух слов.
– Я устала, – вот все, что сказала девушка, когда они миновали крайние дома и оказались на узкой улочке, где вплотную друг к другу стояли старые здания. – Куда мы идем?
– В город.
– Мы пришли, – Алла изо всех сил старалась говорить спокойно, но в голосе уже проскальзывали истерические нотки. – Я устала. У меня болят ноги. И я… я бы чего-нибудь съела или…
Им действительно надо было где-то остановиться, чтобы обдумать план действий. Проигратель огляделся. На углу ближайшего дома заметил вывеску «Кафе Визит».