Проклятье чародея
Шрифт:
— Брось их, — неожиданно раздался чей-то голос из темноты.
В полнейшем удивлении Кутар разжал руки.
Шагах в двадцати от него стояла женщина, с изумлением глядящая на кумберийца. Она что-то тихо сказала и волчья стая послушно отпустила свою добычу. Отойдя на десяток шагов, волки уселись, не сводя глаз со своей повелительницы и пуская голодные слюни.
— Кто ты? — хрипло произнес Кутар.
Вместо ответа женщина сделала легкий жест рукой. Теперь варвар смог разглядеть ее как следует. Тело ее окутывала волчья шкура, из-под которой проглядывал
— Я — Лупалина, повелительница волков, — гордо произнесла женщина.
Кутар зажмурился и помотал головой, отгоняя непрошеные воспоминания.
Перед глазами его снова встала Урсла из медвежьего народа, в хижине которой на горе он был таким желанным гостем.
— Значит, это ты остановила их, — пробурчал он. — Благодарю.
— Так значит, это тебя схватил Торкал Мах и привязал к кольям, оставив на съедение крысам, — произнесла женщина, смерив его задумчивым взглядом. — Как тебе удалось спастись?
Кутар принялся рассказывать, разглядывая свою собеседницу. В руке повелительница волков держала копье, на поясе у нее висели кожаная праща и сумка с камнями для нее. Кутару стало любопытно, насколько хорошо она умеет действовать этим оружием.
Когда он закончил, Лупалина спросила:
— Ты говоришь, эту девушку, Стефанию, Торкал Мах забрал в свою крепость?
— Вместе с моим мечом, Ледогнем. Я иду вернуть их обоих.
— Один? — насмешливо подняла брови Лупалина. — И голый?
— Я в силах справиться с этим, — прорычал Кутар, ощутивший укол уязвленного самолюбия. — И кроме того, у меня забрали амулет, который я должен доставить регенту Фалкара.
В ее зеленых глазах промелькнуло, что-то близкое к удивлению.
— Что за амулет? И почему Темасу Херклару?
Варвар небрежно пожал широкими плечами.
— Я не спрашивал ни куда, ни почему. Мне заплатили, чтобы я доставил эту вещь по назначению, а я всегда честен со своими нанимателями!
Лупалина внимательно слушала его, опершись о древко копья.
— Возможно, я смогу помочь тебе, — сказала она наконец. — Во всяком случае, в моих силах позаботиться о твоих ранах. Здоровым тебе будет легче справиться с Торкалом Махом.
— Еще мне не помешает плащ, чтобы защититься от ветра и холода.
Лупалина рассмеялась, зажмурив глаза и откидывая голову назад.
— Насчет этого ты прав! Тогда прошу, идем в мое логово.
Свистнув волкам, она повернулась и быстро зашагала к лесу. Кутару пришлось бежать рядом с ней — сперва по обочине дороги, затем через луг поросший высокой травой, а затем по лесу, продираясь через кусты.
На опушке стояла хижина, сложенная из вывороченных кусков земли, покрытых травой
Лупалина открыла деревянную дверь и жестом пригласила Кутара войти:
— Не такой дом, о котором можно мечтать, но пока я готовлю план мести, мне вполне достаточно и этого.
Кутар приблизился к очагу и встал рядом с ним, наслаждаясь теплом. Женщина подошла к деревянному сундуку, стоящему в другом углу и, откинув крышку, принялась перебирать сваленную там одежду.
— Ты такой высокий и крупный, — задумчиво произнесла она. — Даже не знаю, найдется ли у меня что-то что будет тебе впору. Вот, примерь эти штаны, рубашка, скорее всего, не сойдется на тебе, но все-таки лучше, чем ничего. А этот меховой плащ согреет тебя.
Не отходя от очага Кутар, натянул на себя подаренную одежду. Тем временем Лупалина принялась готовить ужин. Она налила воды в висящий на крюке большой котел, положила туда мясо и крупно нарезанные овощи, после чего подкинула в очаг еще дров. Пока варево в котле булькало, исходя паром, женщина быстро замесила несколько буханок хлеба и поставила их печься на противень, изобретательно расположенный сбоку от очага.
— Есть и вино, — улыбнулась она своему гостю. — Не что-нибудь, а массимия из Маккадонии.
Наконец еда была готова и они устроились за грубо сколоченным деревянным столом. Предводительница волков задала варвару множество вопросов, на которые он старался отвечать, продолжая воздавать должное ее угощению.
Кутар во всех подробностях рассказал как разбойники под предводительством Зоккванора победили его, навалившись целой толпой, как оставили его, привязанного к кольям, на съедение крысам, которых сами развели в этих краях. Рассказал он и о своей чудаковатой спутнице, которая была убеждена, что если умрет старый маг, то умрет и она.
Женщина удивленно встряхнула головой, и ее длинные черные волосы ярко блеснули при свете пламени.
— Скажи, а нет ли у твоей Стефании приметного родимого пятна?
— Есть, — протянул Кутар, изумленно уставившись на Лупалину. — На спине, в самом низу с левой стороны.
— Насколько я понимаю, ваши пути очень тесно пересеклись, — заметила женщина, многозначительно поднимая тонкие брови.
— Вовсе нет, — проворчал Кутар, отчего-то смутившись. — Я встретил ее в Сфаноле, отбил у толпы, которая намеревалась с ней расправиться. Одежда у нее была изодрана, вот и увидел…
— Интересно будет повидать эту девушку, — ответила Лупалина, полуприкрыв глаза густыми черными ресницами. — Возможно, я с ней знакома… по давним временам.
Варвар тоже попытался расспросить любезную хозяйку, но не получил ни одного ответа. Повелительница волков лишь загадочно улыбалась. Затем она пообещала, что наутро проведет его к крепости, где Торкал Мах отсиживается со своими людьми в промежутки между набегами, и откуда он совершает вылазки в Фалкар и Маккадонию.