Пропащие девицы

I_Do_Believe_In_Faeries

Томас улыбнулся.

– Как только она в следующий раз будет в Германии, мы обязательно заедем в магазин к твоей жене, – он медленно выпустил в сторону плотную молочную струйку сигаретного дыма. – Так и предай Марте.

Официантка поставила перед Аланом бокал пива и забрала у Тома пустой стакан.

– Принесите еще виски, – мужчина раздавил в пепельнице окурок и, подняв глаза на друга, спросил: – Что?

– Я думал, это ты мне должен рассказать, – с усмешкой ответил Алан. – Какого хрена

ты нажираешься?

– Отмечаю праздник, – бросил в ответ Томас.

Достаточно было лишь взглянуть на Тома, чтобы определить, насколько дерьмово он себя чувствует. И даже его ухмылка, за которой мужчина пытался спрятать от друга все свои переживания, не особенно помогала.

– Ладно, давай обойдемся без этого, – произнес Алан, уже гораздо серьезнее. – Я тоже читаю новости в интернете. К тому же, моя жена…

– Да, да, я помню, – перебил его Том. – Тогда, может, просто поговорим о чем-то другом? Я не хочу обсуждать все это.

Они оба замолчали. Алан пил свое пиво, искоса поглядывая на Тома, который, казалось, вообще пребывал в полной прострации.

– Когда возвращаешься на съемки? – наконец решив прервать повисшую тишину, спросил Алан.

– Иногда мне кажется, что ей действительно не хватает мозгов! – выпалил в ответ Том.

– Конечно, не хватает. Она же модель, – рассмеявшись, Алан посмотрел на проходящую мимо их столика девушку в узких джинсах.

– Заткнись лучше, – со злостью прошипел Влашиха.

Выставив вперед руки, Алан одними губами произнес беззвучное «извини» и вновь заржал.

– Знаешь, самое забавное, что даже мой менеджер в восторге от всей этой шумихи вокруг Робин, – продолжал Том. – Он считает, что это только привлекает внимание. И не видит в такого рода пиаре ничего плохого. Он так и сказал: «Том, наплюй, блядь, на это! С тех пор, как ты стал встречаться с этой девушкой, журналисты в очередь выстроились и все хотят эксклюзив!»

Понимающе кивнув, Алан снова закурил.

– Теперь еще вся эта история с Фассбендером и его новой подружкой, – Том устало потер шею. – Ебаные желтушники приписывают Робин отношения с Майклом. Моя мать сегодня прочитала об этом в каком-то журнале, и мне пришлось полчаса объяснять ей по телефону, что к чему. И это за день после того, как мы с Робин уехали из их дома.

– Оперативно, – задумчиво проговорил Алан.

– Что именно?..

– А, вообще, все, – мужчина очертил в воздухе круг дымящейся сигаретой. – Ты любишь ее?

Том громко выдохнул и ответил:

– Это сложно…

– Нет, не сложно, – махнул рукой Алан. – Ты либо любишь ее, либо нет. Ничего сложного.

– Ты прав, – Влашиха попытался улыбнуться. – Все гораздо проще.

Блондинки из-за соседнего столика прошли мимо них к выходу, пьяно посмеиваясь. Том подумал

о Робин. Ему вдруг захотелось, чтобы сегодня ночью, когда он вернется в свою квартиру, Робин ждала бы его там. Теплая ото сна, она прижалась бы к его телу и прошептала что-то, целуя в шею. И тогда они забыли бы все на свете. Вместе.

Вернувшись к себе около пяти утра, Том обнаружил лишь крохотную резинку для волос, которую Роббс забыла на комоде в спальне, когда собирала вещи перед отъездом.

Эта женщина всегда была одновременно так близко и так далеко.

Покрутив между пальцев тонкую оранжевую резинку Робин, Томас лег на кровать и заснул. Ему снилась девочка из Санта-Моники.

Найти Робин Уильямс в огромном доме, полном бухих в хлам гостей? Нет ничего проще!

Во всяком случае, Шеннон думал так, пока Патриция (его ненаглядная несостоявшаяся жена) не приказала (да, именно приказала) разыскать расстроенную подругу и притащить в гущу веселья хоть за волосы.

Мужчина пару раз пытался дозвониться до Уильямс, но ее телефон был отключен. И теперь он рыскал вокруг, как ебанутая ищейка, спрашивая всех вокруг, не видел ли кто Роббс. Но никто не видел.

Он уже хотел было послать нахуй всю эту поисковую операцию, но решил прогуляться до студии, которая была внизу.

Звукоизоляция не позволяла проникать шуму внутрь комнаты, и это было любимое убежище Джареда, когда тот психовал из-за чего бы то ни было.

Спустившись, Шенн зашел в комнату и услышал тихую мелодию. Кто-то играл на гитаре. И это было просто бальзамом для ушей после музыки, орущей наверху.

Заглянув за стекло, он улыбнулся и тихонько постучал, заставив Робин отвлечься. Она сидела на полу и медленно перебирала струны одной из акустических гитар Джея. Заметив Шеннона, девушка улыбнулась и жестом пригласила его войти.

– Эй, Робин-Бобин, это моего брата гитара, – с усмешкой произнес мужчина, проходя внутрь. – Он не любит, когда кто-то их трогает. Даже мне не разрешает.

– Ну, а ты ему не говори, – Уильямс поднялась на ноги и поставила гитару обратно на подставку. – Здесь еще и барабаны есть. Их тебе тоже нельзя трогать?..

– Вот уж нихуя подобного, – Лето подошел к установке и тихонько рассмеялся. – Это мои барабаны. Умеешь стучать?

– Неа, – она отрицательно помотала головой. – А ты?

Шенн хотел было ответить, но громкий смех Робин и его самого заставил улыбнуться.

– Кстати, ты играешь на гитаре неплохо, – он посмотрел на Роббс, которая плюхнулась на маленький диван в углу и подобрала под себя ноги, скинув кеды.

– Любишь же ты пиздеть, Шенн, – она снова улыбнулась. Хотя ее улыбка больше смахивала на банальную вежливость. Или на что-то вроде «отъебись».