Пропащие девицы
Шрифт:
Бэйтман опять вернулась в реальность, где шквал вспышек немного поутих, и заметила, что все это время они даже о чем-то болтали, и ей стоило нескольких драгоценных секунд времени переключиться из режима автопилота и включить мозги. Только она сообразила, что ужином ей тонко предлагают не отдых в море с русским балетом в духе Брюса Уэйна, а все те же злосчастные трусы, как откуда ни возьмись на нее налетела Уильямс с криками, которые не слышали разве что в Гондурасе.
– Ебаный пиздец, я только что налетела на Криса Мартина. Прикинь,
Бен продолжал бесстыдно давить чертову бэт-ухмылку, а Патриция тем временем не знала, куда себя деть от этого позора: то ли соглашаться на ужин прямо сейчас и бежать, прячась за широкой спиной Аффлека, то ли просто продолжать краснеть и сливаться с эмблемой Супермена на заднем фоне.
– О, Бен, классный был фильм, – только заметив, что они не одни, Робби решила отвесить комплимент актеру. – Но бляха, Крис Мартин!
– Мы, наверное, пойдем, – Патти взяла подругу под руку, уводя подальше от пресс кита.
– До встречи на вечеринке, – посмеиваясь, ответил Бен. – И приятного просмотра.
Робин все не прекращала щебетать о Крисе Мартине и его британском акценте, и Патти оставалось только кивать и улыбаться, даже не пытаясь вникнуть в суть. Восторги по поводу вокалиста Coldplay были для нее так же непонятны, как биохимия или феномен стиля Рианны. Она бы с удовольствием отключилась полностью, но Уильямс в любой момент могла задать какой-то простой и одновременно коварный вопрос, который подловил бы ее на невнимательности, а потом обидеться и не разговаривать с ней еще пару недель.
– Я рада, что тебе здесь понравилось.
Зал постепенно наполнялся, в то время как они не спеша шли к первым рядам, к лучшим возможным зарезервированным местам. Красный бархат и яркий свет огромной хрустальной люстры создавали торжественность атмосферы, и Патриция изнывала в предвкушении не хуже Олли, разворачивающего подарки на день рождения. Как и любой фанат DC, она слишком долго ждала полноценного запуска мультивселенной на большом экране, переживала насчет кастинговых решений, на которые реагировала не менее эмоционально, чем малолетние фанаты, с жадностью ловила каждый слух от приближенных к съемочному процессу болтунов и, наверное, довела бы до ручки и самого Аффлека, если бы считала, что их знакомство у Киммела было действительно чем-то большим, чем просто формальность.
– Мы с ним договорились встретиться на вечеринке, – раз пятый повторяла Робин, пока Патти от волнения считала оставшиеся ряды.
– Вот там и обсудишь с ним внезапно вспыхнувшую любовь и парадокс британской привлекательности, – перебила она подругу.
Перспектива сидеть весь сеанс рядом с Уильямс совершенно не казалась такой радужной, как всего несколько часов назад. Теперь Патриция боялась методичного вливания посторонней информации о британской попсе в одно ухо, в то
– Вы позволите? – обратилась Патти к мужчине. Тот уже занял свое место как раз возле их с Робин.
– Все зависит от того, как попросить, – ответил он, поворачиваясь к девушкам лицом, и улыбнулся.
– Джаред! – закричала Робин и помчалась его обнимать. – Чертовски рада видеть тебя здесь.
– Вот уж не думала, что нам достанутся такие козырные места. Прямо рядом с самим Джокером, – улыбнулась Патриция, смотря на то, как Робби тискает бедолагу так, словно они лет сто не виделись.
– Скорее, наоборот. Я же говорил, что и сам могу купить себе билеты в кино, помнишь?
Конечно, она помнила и тут же помрачнела, потому что вместе с воспоминаниями об их дурачествах в дороге тут же всплыла та чертова ночь, лучше бы ее вообще никогда не было.
– А ведь говорила, что ты по плохим парням.
Джей сел на место Патриции, предлагая ей занять свое.
– Насколько я помню, это были твои слова.
– А разве тогда нужны были слова? – Джаред оперся о подлокотник и наклонился ближе к Патриции.
Девушка тоже приблизилась к мужчине, сокращая расстояние до интимности поцелуя.
– Пока человечество не придумало, как передавать мысли телепатически, слова – единственный способ сказать что-то, – произнесла она тихо и отстранилась.
Робин шумно выдохнула и недовольно прицокнула языком. После, когда они останутся наедине, Патти достанется от подруги, которая ратует и переживает за их отношения не хуже, чем многомиллионная аудитория мыльных опер за своих экранных любимцев.
– Ну уж свои близкие отношения с Бэтменом отрицать точно не будешь, – Джаред вернулся к интересующей его теме.
– Близкие? – Патти усмехнулась, изогнув бровь. – Мистер Джей, никак ревнуете? Не беспокойся, я не встану между вами, не посмею. Мне просто повезло оказаться рядом в нужный момент и мило поболтать с двумя Брюсами Уэйнами.
Джаред отпустил подлокотник, и все напряжение и волнение покинули его разом. Он улыбнулся беззаботной детской улыбкой, как тогда, когда шутил о Марсе, и глаза его, ожив, заблестели.
– Разве это не Бен прислал тебе билеты?
Одного любопытного неосторожного вопроса Робин хватило, чтобы все опять полярно изменилось. Гребаные Джокеровские штучки!
– Значит, «Б» в той записке – это Бен? Бен Аффлек? – от холода в его голоса веяло угрозой, будто он вот-вот вскочит с места, чтобы вне съемочной площадки схлестнуться со своим архиврагом.
– Знаешь, а ты все-таки прав, Джей, плохие парни – это определенно мое, – улыбнулась Патти, гладя его пальцы, хищной хваткой впившиеся в мягкий бархат кресла.
Пока Бэтмен не повалит сына Криптона, так уж точно.
– Ладно, скажи, почему ты сегодня такой грустный? – Робин подошла к Джареду и взяла его под руку. – Не понравился фильм?