Пропащие девицы
Шрифт:
Робин чувствовала, что полностью управляет ситуацией, но лишь до того момента, пока он держит дистанцию. В противном случае она и сама не знала, чем все это могло закончиться. Собираясь на свидание с немецким актером, Уильямс перевернула верх дном весь свой гардероб и расстроилась из-за того, что надеть оказалось совершенно нечего. Затем в расстроенных чувствах влезла в любимые рваные джинсы и белую футболку с надписью «Sao Paulo!», решив, что сегодня этот мужчина видел достаточно, чтобы надевать что-то более сексуальное.
– Слушай,
Уильямс сдавленно рассмеялась и посмотрела на своего собеседника, задержав взгляд на его приоткрытых губах.
– А это правда, то, что ты сказал? – спросила девушка, поправляя на запястье тонкие браслеты.
– Что именно?
– То, что ты приехал в ЛосАнджелес только для того, чтобы пригласить меня на свидание…
Сжав губы, Томас несколько раз утвердительно кивнул головой.
– Тогда я…
– Мы на месте! – прервал девушку водитель. Машина остановилась возле небольшого здания с сияющей неоновой вывеской.
Перед входом стояла небольшая толпа разодетых темнокожих девиц, которые пытались доказать охраннику, что должны немедленно пройти внутрь.
Том с подозрением взглянул на эту картину, открывая дверцу машины.
– Здесь классно! – весело прощебетала Уильямс и улыбнулась во все свои тридцать два белоснежных зуба.
Насколько «здесь классно» Влашиха понял почти сразу. Уже на входе какая-то девушка в золотистых шортах потерлась об него внушительной пятой точкой, не обращая внимания на протест со стороны самого Тома.
Внутри было полно народу. Робин начала пританцовывать под «Pour It Up» Рианны, как только заметила, насколько неуютно здесь чувствует себя Том. Помахав паре знакомых в толпе, Уильямс вплотную подошла к несколько потерявшемуся европейцу и сказала ему на ухо, пытаясь перекричать музыку:
– Идем за столик! Выпьем!
Проследовав за Робби, которая продолжала маняще прокачивать бедрами в такт музыке, Томас наконец выбрался из окружившей его разгоряченной толпы.
Оранжевые диваны и блестящие черные столы. Робин развалилась на одном из этих диванчиков и сделала жест официантке. Том присел рядом.
– Бутылку текилы, – сообщила Роббс девушке, смерив при этом Тома ехидным взглядом. – И две стопки.
Час спустя Томас сидел рядом с Робин, которая наваливалась на его бок, разморенная от алкоголя, и медленно выпускал вверх сигаретный дым.
За это время остатки льда между ними растопила текила и парочка коктейлей, название которых Влашиха не запомнил. Теперь Уильямс рассказывала ему о своей семье, о том, как она любит Патти и как восхищается нарядом Beyonce на последнем Met Gala. Затем о том, что сама она сейчас очень счастлива, ведь теперь ее карьера точно пойдет в гору, а она так долго мечтала об этом.
Том пытался сортировать информацию, но вскоре это стало просто блядь невозможно. Она перескакивала от одной темы к другой, улыбалась
– Ну а ты, как я вижу, вечеринки не особо любишь? – Робин выпрямилась и посмотрела на Тома, облизнув пересохшие губы.
– Откуда ты знаешь?
– Я погуглила сегодня днем, – рассмеялась в ответ Уильямс. – Так сказать, подготовилась. В интернете пишут, что ты не особо светишься на вечеринках.
– Хм… – мужчина раздавил окурок о край стеклянной пепельницы. – Ну, наверное, так.
– Но танцуешь ты, что надо, – девушка отбросила назад волосы. – Особенно вот мне понравилось видео из «Вечеринки на Ибице». Сразу решила, что ты не откажешься потанцевать со мной. Кстати, раздеваться не обязательно.
С этими словами Робин поднялась с дивана и протянула Тому руку.
– Идем! – прозвучало почти как приказ. – Моя любимая песня играет!
– I can’t feel my face when I’m with you!.. – беззвучно повторил Томас слова трека, который звучал в данный момент.
Роббс самодовольно улыбнулась, глядя на то, как он поднимается со своего места.
Медленно уводя Тома за собой в гущу влажной от пота толпы, туда, где власть принадлежит музыке, Робин проталкивалась вперед, поднимая вверх руки. Она безусловно наслаждалась собой. Все эти липкие, разгоряченные от танцев и алкоголя тела, мелькающие вокруг яркие платья и густо подведенные глаза… Здесь Робби чувствовала себя как рыба в воде. Ее дыхание предвосхищало биты на танцполе, а плавные движения бедер привлекали внимание и мужчин, и женщин, танцующих вокруг.
Понаблюдав за всем этим спектаклем ровно столько, сколько, по его мнению, понадобилось Робин Уильямс, чтобы ощутить себя победительницей, Том приблизился к девушке и резко притянул ее к себе, обхватив одной рукой за узкую талию.
Улыбнувшись, она положила ладони ему на грудь и, приподнявшись на носочки, выдохнула прямо в губы беззвучное:
– Нет!..
Отпустив ее лишь на мгновение, Томас вновь прижал Робин к своему телу. Сильнее, давая ей возможность почувствовать, как он хочет быть еще ближе сейчас.
– Нет?.. – переспросил он, запуская руку в ее мягкие волосы, перед тем как поцеловать, жадно и горячо.
Робин пыталась сопротивляться всего несколько секунд, уступив мягкости его губ и дрожащим от желания пальцам, которые ласкали обнаженную спину девушки, вырисовывая причудливые узоры под широкой футболкой.
Пытаясь сохранить остатки самообладания, Робби отстранилась, первой разорвав поцелуй. Сердце ее колотилось, как бешеное.
– Ты слишком красива… – горячим уксусом осело на ее шее сквозь сбитое дыхание.
Том смотрел в глаза Робин, зеленые, как молодая листва, и понимал, что пропадает с каждой секундой.
– Достаточно на сегодня танцев!.. – сделав вид, что оскорбилась, бросила ему в ответ Уильямс.
Осторожно открыв дверь своей квартиры, Робби сняла туфли и на цыпочках посеменила в комнату Патриции.