Пропащие девицы
Шрифт:
Патти вздрогнула, не так давно в этом самом кабинете тоже решались неотложные дела, она крепко схватилась за ручку сумки, наблюдая за тем, как Майкл в несколько шагов сокращал между ними расстояние, чтобы прижать ее к рабочему столу. Он нежно провел пальцами по скуле девушки, затем схватил ее за подбородок и поцеловал в губы.
– Не уделите несколько минут самому очаровательному парню на свете? – Майкл обезоруживающе улыбнулся, кладя руку ей на бедро.
– Я бы с удовольствием, но, боюсь, он уже давно состоит в Клубе 27 и недосягаем, – девушка развела руками и отступила в сторону. – А я жутко опаздываю на встречу. Прости, дорогой, но что бы ты там не
– «Что бы ты там не планировал», – передразнил он. – Фи, как грубо. Я не планировал, а до сих пор планирую и рассчитываю, что Золушка присоединится ко мне на балу UNICEF.
Майкл достал билеты из внутреннего кармана пиджака и вложил их Патриции в сумку, вновь воспользовавшись близостью, чтобы скользнуть рукой по ее телу.
Несмотря на жару, Патти поежилась и обняла себя за плечи. Она чувствовала, как ее тело исходит мелкой дрожью, и это на гребаном калифорнийском солнце. Холод здесь был абсолютно не при чем. Те несколько минут в офисе да еще пару в лифте едва не разрушили хрупкое состояние спокойствия.
Майкл Фассбендер не был похож на Джека Уайта ни при каком отдаленном обобщении, но слишком свежи были воспоминания. Когда Майкл подтолкнул ее к столу, Патти едва сдержалась, чтобы не закричать, закрыв лицо руками. Все остальные силы ушли на то, чтобы просто принимать его ласки, отвечать на них было сверх и так невероятных способностей. Патриция Бэйтман пыталась скрыть свою холодность и отстраненность за острыми шутками и жуткой занятостью, но прекрасно понимала, что это лишь временные меры.
Она должна была вновь взять себя в руки, склеить хрупкие разбитые нервы и затолкать Джека в самый дальний угол памяти, туда, откуда он так неожиданно явился, и первым шагом на пути к возобновлению равновесия будет обед с адвокатами Хастингса. Патти не должна дать им спуску и вытрясти из говнюка Джеймса все по полной. Она не из тех барышень, которые заканчивают в анонимных группах жертв насилия, обливаясь слезами и боясь выходить из дому куда-либо, кроме собраний.
Патти решительно толкнула дверь и зашла в очередной открывшийся в центре суперэксклюзивный суши-бар. Удивительно, как стойко засела азиатская кухня в корпоративную культуру запада, когда японские системы управления так противоположны нашим. Удивительно, как адвокаты умеют выбирать место встречи так, чтобы оно до боли походило на уютный микроклимат их высокотехнологичных аквариумных офисов. Очередной серый минимализм с непонятной мазней иероглифов на стенах, оставалось только надеяться, что японский суши-шеф, который всю эту каллиграфию и наделал, не написал там ничего неприличного в насмешку над своими бледнолицыми неотесанными посетителями.
– Мисс Бэйтман, – подскочил мужчина в скучно, но ладно скроенном костюме с таким же невыразительным выражением лица.
Патти смерила его холодным оценивающим взглядом. Стоимость костюма предполагала высокие гонорары мистера адвоката, но отнюдь не исправляла полнейшее отсутствие вкуса. Номенклатурная мода была чем-то выше ее понимания. А затем ее взгляд скользнул по мужчине, неуверенно поднимающемуся из-за стола следом за своим защитником. Она не ответила на улыбку Джеймса, сделала вид, что не заметила его присутствия вообще.
– Мистер Картер, – сухо поздоровалась девушка, протянув ему руку, и села за столик.
– Я заказал роллы с угрем, твои любимые, – вновь обратил на себя внимание Хастингс.
– Благодарю, Джеймс, но я, знаешь ли, на диете, – сказала Патриция исключительно для того чтобы позлить собеседника. Она могла бы чистосердечно признаться,
– Мисс Бэйтман, – напомнил о себе адвокат, когда напряжение между его клиентами возросло до почти осязаемого, – это документы, – он протянул ей увесистую стопку юридической болтологии, – ради которых мы собрались.
Девушка бросила на макулатуру скучающий взгляд и театрально подавила зевок.
– Бокал шираза, пожалуйста, – она остановила пробегающего мима официанта, прежде чем преступить к просмотру документов, коих оказалось больше, чем она рассчитывала.
– Это стандартный договор о конфиденциальности и неразглашении информации, – начал объяснения Картер.
– Да-да, – перебила его Патриция, отмахнувшись рукой, точно от назойливой мухи, – знаю я ваши типовые документы, где мелким шрифтом в самом неожиданном месте появляется пункт о продаже души Вельзевулу.
– Патти, но мы ведь уже давно знакомы, – Джеймс подался вперед, чтобы взять ее ладонь в свою, Бэйтман резко отодвинулась назад, – и ты должна знать, что я не способен на такую подлость по отношению к тебе, – договорил немного стушевавшись.
– Я тоже так думала, – она подняла на мужчину полный презрения взгляд, – до того как мы собрались за этим дивным обедом. А теперь позволь мне изучить документы.
Патриция надела очки и принялась внимательно, страницу за страницей вчитываться в бумаги, то и дело делая правки перьевым «Паркером». Пафосно, медленно, доводя своих молчаливых визави до полной капитуляции. Она как раз преступила к последнему разделу документа, как ее телефон просигналил о новом сообщении. Девушка отложила ручку с бумагами и отвлеклась на «блэкберри». Хастингс хотел было что-то возразить, наверное, уже представил себе космический счет от адвоката, но передумал.
На экране смартфона появилась фотография из инстаграма, на которой ее отметил неугомонный Джаред Лето. Молитвенно сложенные руки в красивых перстнях и с аккуратным маникюром, сомнений, кому они могли бы принадлежать, не было. А поверх надпись капсом «спасение». Девушка хмыкнула и отложила телефон. Похоже, Джей перепутал ее со своей церковью Марса и отметил с прочими поклонниками подписчиками.
– Договор субаренды? – Патти с подозрением покосилась на последний документ, пока адвокат изучал ее правки и обсуждал их со своим клиентом.
– На нашу квартиру, – пояснил Хастингс.
Нашей квартирой были просторные апартаменты в пентхаусе одной из высоток в центре ЛА, где они обычно встречались. Завидная недвижимость, которая обходилась ему в копеечку.
Следующий сигнал о сообщении застал ее посреди осознания сказочных условий субаренды лакшери апартаментов в сердце Города Ангелов. Новая фотография с картонным пакетом миндального молока, поверх картинки надпись «бухлишко». Патти едва заметно улыбнулась одними уголками губ, картинка начала складываться. Новое сообщение не заставило себя ждать, и Патриция Бэйтман от души рассмеялась, глядя на фото с надписью «приятная компания». Бодрый и улыбающийся Джаред пытался обнять своего брата, который был явно не в восторге от таких нежностей, как и от любых манипуляций над своим бренным организмом. Судя по его взъерошенному виду, темным очкам и огромной чашке кофе, вчера кто-то хорошенько отрывался. Шеннон корчил кислую рожу и тыкал факом в камеру.