Пропащие девицы

I_Do_Believe_In_Faeries

– Это точно… – Робин попыталась улыбнуться.

Фотограф тоже улыбнулся, внимательно разглядывая девушку.

– Понимаю, что сейчас, когда ты в таком состоянии, не лучший момент делать деловые предложения, но… – Стивен запнулся. – Как ты смотришь на то, чтобы сняться для календаря «Пирелли» через несколько месяцев?..

– Дом, милый дом! – Робин бросила на тумбочку ключ и затащила внутрь свой чемодан, который вернулся в Санта-Монику набитый халявными шмотками от Марка Джейкобса и прочими приятными мелочами.

Оглядевшись, Робби поняла, что Патти не так давно ушла. В воздухе все еще витал аромат ее невозможно дорогого

парфюма. И сейчас девушка была даже рада, что не застала подругу. Единственное, чего ей хотелось, это проспать несколько дней подряд, затем выплакать в подушку всю боль, которая осела под сердцем после телефонного разговора с Джеком Уайтом. Но на этот раз у Робби не было времени на все это дерьмо.

Аккуратно положив на кровать в комнате Патриции несколько платьев, которые она прихватила с показа специально для нее, Робин включила музыку настолько громко, насколько позволяла мощность стерео в их квартире. Затем просеменила в ванную, чтобы как следует отмыться после перелетов и путешествий.

Джек будет работать. Он снова чертовски занят. Лежа в ванной, Робин пролистывала инстаграм Элисон Моссхарт и про себя давилась от ревности. Но и это было сейчас не важно.

Хотелось жрать. Жутко. И веганские блины Джареда, которые не оценила Патти, сейчас пришлись бы как никогда кстати.

– И думать не смей, долбаная корова!.. – прошипела Робби, глядя на свое отражение в зеркале. Она встряхнула мокрыми волосами, с которых на пол стекали крупные капли воды, и опустилась на кровать.

Черно-белый бал, куда Патти уламывала идти подругу несколько недель, сегодня вечером. И Робин знала, что если сейчас она не уйдет из дома, плевать куда, надвигающаяся истерика вновь поимеет ее. Девушка, которая будет сниматься для календаря «Пирелли», не имеет права сходить с ума. Во всяком случае, пока не имеет.

Набрав номер своего стилиста, Роббс пригласила его как можно скорее приехать и помочь ей приготовиться к одному официальному и волшебному мероприятию. А после перезвонила своему фитнес-тренеру и, зажав телефон между ухом и плечом, строго проговорила:

– Джо, мне ты нужен теперь каждый день. И никакой пощады, ты понял?.. Да, да! Очень важная съемка!..

Когда Джо клятвенно пообещал Робин, что сам заедет за ней завтра утром по дороге в зал, девушка удовлетворенно улыбнулась и поплелась на кухню.

За несколько минут она выбросила в мусорное ведро все сладости, которые только нашла в их с Патти жилище.

Оставался лишь один вопрос, который требовал срочного ответа: какое платье надеть на этот чертов бал?!.

Патрицию волновал этот животрепещущий вопрос не меньше, чем подругу. И не меньше чем найти идеальное платье она хотела наконец увидеться с подругой. За эти несколько недель ей жутко недоставало беззаботной болтовни Робби о последних занавесочных сплетнях, ее позитивного настроя и сумасшедших выходок. Но Патти сама себя загнала в угол безумной идеей успеть за неделю то, что ее предшественница не смогла сделать за три месяца.

А еще Бэйтман совсем недавно посетила гениальная идея редакторской колонки, которую она отправилась воплощать именно в злосчастную пятницу бала. Гребаная сказочная карма, только раз в жизни захотела воспользоваться служебным положением действительно с пользой для себя, как все планы сложились карточным домиком и привалили сверху.

– Martina Felja, – произнес Тед название бренда,

убого изображая то, что, по его мнению, должно быть хорватским акцентом. – Нежное, воздушное…

– Слишком короткое, – разочаровано выдохнула девушка. Платье было почти идеальным, если бы опускалось хотя бы немного ниже колен. Хоть мероприятие и не отличалось строгим дресс-кодом, все ограничивалось лишь цветом наряда, но ей жутко не хотелось выглядеть как Энджел Паркер в вязаном кружевном чехле поверх какого-то ретро-купальника, или как Ная Ривера, в платье которой вообще не было понятно, где там начинается один вырез и заканчивается другой. Это был бал, а значит, предполагал, что, кроме разрисованных в честь приближающегося Хэллоуина рож знаменитостей разной степени узнаваемости, должна присутствовать хоть толика элегантности.

– И с каких это пор тебе надо скрывать свои очаровательные ножки? – протянул он жутко манерно и не менее слащаво улыбнулся.

В такие моменты легко забыть, что в ее распоряжении находились не только геи до мозга костей, но и мужчины, которые вполне могли оценить результат длительных тренировок в бассейне по достоинству, не сравнивая с топ-моделями на разных диетах и системах упражнений от продвинутых тренеров.

– Ладно, оставь его, – согласилась Патриция, не в состоянии отпустить это очарование обратно в темную замусоренную подсобку. Это платье было создано для того, чтобы его носили. Оно было создано, чтобы превратить надевшую его девушку в изящное неземное создание. И в нем, черт побери, хотелось быть нежной и хрупкой, особенно на фоне медведя Фассбендера, который даже в смокинге вряд ли способен убедительно носить образ степенного аристократа на выгуле.

– Твой самый сексуальный мужик оценит, – одобрил выбор Тед.

– Не сомневаюсь, – хитро прищурившись, ответила Бэйтман.

Он не просто оценит, он придет в дикое бешенство от собственной беспомощности и взвоет волком. Патриция Бэйтман не собиралась трахаться прямо на кладбище Hollywood Forever в мавзолее какого-то превратившегося в прах и ныне неизвестного режиссера или бизнесмена. И те и другие оставили по себе роскошные памятники, но канули в Лету вместе со своими заслугами. И если не привести творение Мартины в должный вид, нечто подобное вполне могло бы произойти.

Настало время DIY, и помочь в этом должен не последний дизайнер Западного побережья. В рамках своего амбициозного проекта для колонки Патти решила пройтись по всем знаменитым и только подающим надежды перспективным творцам моды и получить от каждого скромный мастер-класс, который должен был послужить отличной основой для материала, рекламой для дизайнера и необходимым опытом для нее самой. А сегодня еще и палочкой феи крестной, которая превратит мини в макси.

– Принцесса-лебедь? – Майкл осмотрел ее длинное платье, расшитое жемчугом по лифу и декорированное перьями по юбке.

После долгих горячих обсуждений мисс Бэйтман и ее наставник сошлись на том, что сплошной плотный чехол – это слишком скучно, а потому использовали для удлинения юбки прозрачную ткань, по которой расшили перья таким образом, чтобы они постепенно сходили на нет к самому низу. Эффект превзошел все ожидания. При ходьбе создавалось ощущение, что модель парит над полом, плавно плывет, словно лебедь, как точно подметил Фассбендер.

– Месье поклонник Чайковского? – спросила Патти, завязывая кружевную маску.