Пророчество
Шрифт:
Коллекционер Душ. Ну уж нет! Несолоно хлебавши уходить не собираюсь! Даже если старшие народы сейчас помирятся, будем ждать до конца оговоренного срока. И вообще на основании долгих лет изучения различных рас эльфов смею утверждать, что это крайне вспыльчивые существа. Сегодня они признаются в вечной любви, а завтра забывают о клятвах и целятся друг в дружку из луков. Уж поверьте, что-то непременно случится.
Игрок 2. Я бы тоже преждевременно не радовался. Во-первых, потому что орки принимают участие в конфликте людей. Во-вторых, гномы находятся на пороге войны. Правда, пока
Игрок 1. А по-моему, у бога Рагнара нет повода для беспокойства. Дети Степи выбрали правильную сторону, и их кампания близка к торжественному завершению. Что же касается Торна и его подопечных, то согласен, агрессия гномов повысилась сверх нормы, но волноваться не стоит, ситуация не критическая. До верхнего порогового значения еще весьма далеко. Думаю, Юстиниан Справедливый справится с эмоциями.
Наблюдающий. Не знаю, не знаю. В данный момент более склонен к солидарности с вашим оппонентом. А от себя лично хочу добавить, что ошибочно сбрасывать со счетов и непредсказуемых землян.
ГЛАВА 11
Зумзинзер.
Мое прежнее имя означало «сияние угля в лучах солнца». Красиво? Возможно. Так меня назвали родители, предрекавшие своему первенцу будущее рудокопа. Шахтером был мой отец, дед, прадед, отец прадеда, дед прадеда и еще двадцать шесть поколений пращуров по мужской линии.
Ничего не имею против почетной профессии рудокопа. Однако провести большую часть жизни под землей, ковыряясь в грязных пещерах и дышать штыбом — не по мне. Поэтому как только Торн услышал мои молитвы и предоставил возможность свернуть с тропинки, проторенной предками, я ею незамедлительно воспользовался. Связал судьбу с финансами. И ни разу не пожалел!
Получив диплом об успешном окончании обучения в Экономической академии Хоббатейры, я изменил и второй суффикс в имени. Теперь я зовусь Зумзинзером — золотым блеском солнца. Всего один слог, а какая ощутимая разница! Приятнее звучит только Зумзинор или Зумзиниан. И если заветное желание занять трон, вероятнее всего, так и останется недостижимой мечтой, то добиться должности министра при моем добросовестном отношении к выполняемым обязанностям вполне реально. Через каких-нибудь три-четыре века.
С распределением, правда, не повезло. Точнее, раньше мне так казалось. Ведь заработок банковского служащего жестко привязан к процентам от осуществляемых им операций. Согласитесь, зарабатывать на богатеньких эльфах, не говоря уже о состоятельных представителях собственной расы, куда приятнее, чем на людях. Да еще место досталось в менее малочисленной из двух человеческих стран. Что поделаешь, тут сказалось отсутствие репутации. Ничего, зато моим детям будет легче. А если дела пойдут так же успешно, как в последние дни, то, возможно, и меня самого, как подающего большие надежды клерка, очень скоро повысят, а там не за горами и перевод в более престижный филиал.
Политикой, как все без исключения гномы, безусловно, интересуюсь. Но разобраться с тем, что происходит в данный момент, трудно. Чернокожие подданные Генурга Пятого словно с ума посходили. Несут и несут посылки. Прячут не только драгоценности, но и объемные свертки, очевидно, с недешевыми вещами. Хранилища самого надежного «Гномьего Банка Пангеи» пополняют скарбом по десятку человек в сутки! И это при том, что раньше я фиксировал такое количество вкладов за месяц.
Неужели боятся войны
Но как я уже сказал, недопонимаю многих политических нюансов. Ибо с чего бы это взволнованному наследному принцу этого королевства вздумалось упрятать полказны в наши ячейки? Его высочество так волновался и спешил, что снизошел до самоличного участия в разгрузке и перетаскивании сундуков, коробков и мешков с добром. Хотя мне-то что до этого? Мое дело маленькое: регистрируй и должным образом оформляй вклады.
Их выдала спешка. Прямо перед входом в телепортационную камеру один из ящиков уронили, рассыпав его содержимое. Свертки парчи и шелка покатились по полу. Что за хрупкие предметы спасал сын Генурга, я бы, наверное, так и не узнал, если бы не вмешалось провидение. Один из кусков материи размотался, и на всеобщее обозрение предстали… Очки Мастера!
Теоларинэ.
Между восьмым за текущие сутки пробуждением и девятым засыпанием с последующим третьим по счету перемещением в тело Цветаниэль прошла не минута-другая, как планировалась, а гораздо больше времени. Без малого полчаса ворочалась, не в силах сомкнуть глаз, пока Базирог не позвал на помощь Ёлифрэль с ее оглушающим заклинанием.
Казалось бы, сравнительно недолго я отсутствовала в Амалаэстиоре, но за двадцать девять минут бодрствования и почти такой же по продолжительности период пребывания в шкуре Барсика ситуация изменилась коренным образом. Хотя впоследствии выяснилось, что мое личное пребывание во дворце на развитие событий особо не повлияло бы, ибо роковой сценарий происходящего чьи-то коварные умы проработали заранее.
В момент очередного «подключения» к процессу перед судьями выступал уже пятый обвиняемый.
— …так что тогда я находился совершенно в другом месте, за много дней пути от Шакруны, и принимать участие в выдворении черного дракона из пещеры дроу никак не мог, — завершил светлый эльф свое выступление.
«Что за бред? Прекрасно же помню этого подлеца. Еле успевала отбивать его стрелы, уж так он шустро их метал, — возмутилась я. — Почему Камень Правды не меняет цвет? Фальшивка?»
«Нет, еще какой настоящий, — возразила Цветаниэль и шмыгнула носиком. — Благодаря ему-то я тут и оказалась».
И тут только я заметила, что сестру Вотара поместили под стражу в одну из освободившихся клеток.
Зато четверых преступников оправдали, теперь они сидели среди зрителей и радостно ухмылялись.
«Девочка дорогая, объясни, что здесь творится?» — нахмурилась я.
«После показаний первого негодяя, противоречащих моим, один из тетрархов вспомнил, что моя рука не все время касалась белого камня. Потребовали, чтобы я повторила заключительную речь и ответила на дополнительные вопросы судей, как полагается. Оказалось, мои слова насчет потери памяти были лживыми. Рассказывать о случившемся со мной на самом деле, как ты понимаешь, я отказалась и в итоге сменила свой статус. Теперь я не свидетельница, а предательница, — вздохнула юная магичка и кивнула на эльфа у кафедры: — А этого, похоже, тоже освободят».