Пророки
Шрифт:
Эви злобно сузила глаза.
– Так-так. Похоже, ты отыскал мои двадцать долларов?
Джерихо посмотрел на нее, затем на Сэма и наоборот.
– Вы двое что, знакомы?
– На самом деле я пришел к мистеру Уильяму Фицджеральду. Он здесь? – И Сэм вытянул шею.
– Доктору Фицджеральду. И что у тебя за дела могут быть с моим дядей?
– Твоим… дядей? – Сэм расплылся в улыбке. – А ты ничего мне не говорила. Разве это не удивительное совпадение?
– Какое совпадение? – спросил вошедший в комнату дядя Уилл, в шляпе и с дипломатом в руке. Он прихватил с собой
Сэм подошел и с энтузиазмом пожал ему руку.
– Здравствуйте, сэр, как поживаете? Сэм Лойд. У меня есть вещица, которая, судя по всем признакам, может быть вашей.
– Неужели?
– Что ж, боюсь, что эта история не сделает мне много чести, но придется рассказать все, как есть. Видите ли, прошлой ночью я был в ломбарде – хотелось выручить что-нибудь за свои часы, – времена сейчас не из легких. И случайно услышал, как один типчик хочет сбыть товар. Редкостные вещицы из музея Зловещих Страшилок. – Сэм смущенно пожал плечами. – Так уж они его называют, профессор.
– Продолжайте, – сказал Уилл. Если он и был смущен, то ни на мгновение этого не показал.
Открыв сумку, Сэм извлек оттуда Масонский кинжал Корнелиуса Рэтбоуна. Уилл поднес его к свету и как следует рассмотрел.
– В самом деле, это один из наших экспонатов.
– Я отдал тому типу свои последние двадцать баксов за этот кинжал, хотя скупщик не хотел брать его и за десятку. Я не знал, получу ли вознаграждение за то, что верну его на место. – Сэм остановился, быстро посмотрел на Уилла, затем потупился и принялся разглядывать свои ладони. – Просто я подумал: если ты крадешь, чтобы свести концы с концами, или обводишь вокруг пальца бутлегера – это одно дело. И совсем другое – красть экспонаты из музея. Это – худший из вариантов.
Эви смотрела на него во все глаза, удивленно приоткрыв рот. Сэм хитро ей подмигнул и добавил:
– Сестренка, осторожней – не хочу, чтобы у тебя вывалился язычок!
Эви злобно сверкнула на него глазами.
– Если я лишусь языка, то теперь буду знать точно, чьи карманы проверять в первую очередь. Бред несусветный! Дядя, надо выставить его отсюда! Он обманщик, лжец, вор, обманщик…
– Ты уже повторяешься, – перебил ее Сэм.
– Я не поленюсь сказать это снова! Это тот самый сукин сын, который украл мои двадцать долларов на вокзале!
– Евангелина, имей в виду, что еще не все привыкли к твоему забористому бандитскому сленгу, – слегка пожурил ее дядя. – Молодой человек, это правда?
Сэм смущенно улыбнулся:
– Видите ли, профессор, все так запутано…
– Запутаны мозги в твоей голове! – огрызнулась Эви.
Сэм недовольно поморщился, как от пощечины.
– Мне ужасно не хотелось компрометировать юную леди, но она украла мою куртку.
– И не увидишь ее до тех пор, пока не вернешь мне деньги!
Джерихо подошел к Эви и угрожающе навис над Сэмом.
– Привет, здоровяк. Ты ее брат, что ли? – задиристо поинтересовался Сэм.
– Нет.
Сэм перевел взгляд с него на Эви и обратно.
– Вы женаты?
– Нет! – в один голос ответили ребята, но Сэм успел заметить
– Послушай, сестрица, я не знаю, как у вас здесь обстоят дела. Я вообще не склонен давать оценки чему-либо. Но я рад видеть, что ты жива-здорова, и рядом твой дядя и этот… – он кивнул в сторону Джерихо, – гигантский приятель. Я только пытался поступить по совести, но вижу, что в самом деле ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Так что если ты просто отдашь мне куртку, мы замнем тему и разойдемся по-хорошему. Я даже не стану заявлять в полицию.
Эви остолбенела на секунду, затем сорвалась с места и бросилась за Сэмом, который принялся улепетывать от нее вокруг стола. По дороге они смахнули несколько книг.
– Я сейчас убью его! Кто-нибудь желает посмотреть?
Джерихо молча поднял руку.
Уилл встал у Эви на дороге и остановил ее.
– Прошу прощения, но я запутался, и к тому же, – он посмотрел на часы, – я уже на шесть с половиной минут опаздываю на лекцию. Ничего не имею против воров, но глубоко презираю лжецов и людей, не позволяющих мне достойно выполнять свое дело. Далее. Вы в самом деле украли у нее двадцать долларов? Подумайте как следует, прежде чем ответить, молодой человек.
Впервые за все время Сэм слегка занервничал и растерянно пригладил волосы рукой. Он едва заметно попятился к двери.
– Что ж, сэр, кто-то великий сказал: «Субъективность есть истина, истина есть субъективность».
– Кьеркегор, – подсказал Уилл и как-то по-другому посмотрел на Сэма. Его голос смягчился. – Тем не менее факт остается фактом.
Сэм потупился.
– Простите. Я планировал вернуть ей деньги, но встретил того типа в ломбарде и отдал ему все до последнего цента, чтобы выкупить нож. Я думал, это пройдет как искупительная жертва.
– Ой, да хватит заливать, – пробурчала Эви. – Ты сам его и стащил.
Сэм усилием воли заставил себя не смотреть вверх.
– Я так поиздержался, что мне приходится прыгать через турникеты, чтобы сэкономить на проезде. Можете позвать копов, если считаете нужным. Я не стану роптать. Но я был честен, как сенатор, когда сказал вам об этом ноже. Думаю, это чего-то да стоит.
– Я слышала, в Синг-Синг [34] неплохо кормят, – добавила Эви. – Трижды в день!
34
Синг-Синг – старинная тюрьма строгого режима в штате Нью-Йорк.
– Евангелина, – вздохнув, остановил ее дядя. – Есть поговорка: благотворительность начинается с порога твоего собственного дома.
– Сумасшествие – тоже.
Уилл раздраженно побарабанил пальцами по спинке стула.
– В любом случае это было неправильно – забирать деньги у женщины, как ни было бы плачевно ваше собственное положение. Но вы поступили благородно, вернув музейную собственность, хотя и не обязаны были этого делать. Я никогда еще не задумывался о вопросах безопасности. – Он поскреб затылок, оглянувшись на бесценные книжные издания на полках.