Прощай, предатель
Шрифт:
– Я все изложила письменно, как вы и просили. – Голос Татьяны звучал несколько отстраненно и глухо, сказывалась давняя контузия. Свою деятельность в конторе она начинала в спецгруппе наружной разведки, где однажды попала в тяжелую автокатастрофу: ведомый, обнаружив «хвост», решил от него избавиться хирургическим путем и приказал своей машине сопровождения таранить «наружку». – Важными сведениями мы на сегодняшний день не обладаем. Имеющуюся информацию я обработала, потом прочитаете. Зацепиться пока не за что… – Она протянула
– Ладно, потом посмотрю. – Полковник положил папку перед собой. – Теперь слово молодым. – Виктор Иванович повернулся к капитану Бадигину и старшим лейтенантам Малышеву и Шапошникову.
Слово взял старший по возрасту и званию Сергей Бадигин. Среднего роста, обычного, даже хилого, телосложения, тридцатипятилетний Сергей ничем особенно не выделялся в толпе. Однако именно в нем Максимов видел свою опору. Их знакомство состоялось в 89-м, на территории Нагорного Карабаха. С тех пор полковник старался держать Сергея рядом с собой. Ныне Бадигин и двое подчиненных ему молодых офицеров курировали подпольную торговлю оружием.
– По нашей линии образовался интересный объект. Некто Петраков. – Сергей говорил в традиционной для него манере, несколько интригуя коллег. Возможно, таким образом он компенсировал свою не слишком удачную офицерскую карьеру. Майорская звезда светила уже давно, но на его погон падать не торопилась. А вот опером Сергей был толковым, даже талантливым.
– Петраков? – переспросил полковник. – Как же, как же… Прапорщик с оружейного склада в/ч номер двадцать восемь. Этот? – Сергей кивнул. – Он на свободе?
– Если помните, мы взяли его в июне 92-го. Тогда он ухитрился продать на сторону, якобы в одну из стран СНГ и якобы по указанию вышестоящего начальства, изрядное количество автоматического оружия и боеприпасов. На деле все это попало к бандитам. Мы тогда повязали его и отдали в руки Военной прокуратуры и особого отдела. Не буду пересказывать все следственные перипетии, тем не менее военный суд местного гарнизона почему-то не усмотрел в действиях прапора состава преступления. Наш клиент был отпущен на свободу прямо в зале суда, правда, из Вооруженных Сил его поперли. Петраков прибыл в столицу, купил квартиру и занялся малым бизнесом, продает корм для животных.
– Почему ты раньше не докладывал о нем? Я не знал, что Петраков на свободе…
– С момента освобождения я держал прапора под колпаком. Кладу голову на рельсы, по нашей линии он долгое время был чист. Остальное – проблемы налоговой полиции. И вот на прошлой неделе поступил сигнал: к Петракову обратился некто. Фамилия пока не установлена. Южанин, хорошо одет, говорит без акцента. У них была короткая беседа, и… – Сергей выдержал эффектную паузу. – В общем, встреча назначена на послезавтра. Речь шла о сорока пяти тысячах «зеленью»… Думаю, это оружие.
– Сорок пять тысяч долларов, – повторил Максимов. –
– Данные получены агентурным путем. Возле Петракова уже давно находится мой человек. Всего разговора он не слышал, однако сведения о послезавтрашней встрече, некой сделке и оплате точные… Осведомитель еще ни разу не подводил, ему можно доверять.
– Хорошо, Сергей…
Максимов обвел взглядом всех присутствующих, но ничего не сказал.
– На сегодня отбой! – помолчав, неожиданно произнес полковник. – Все свободны. Завтра ровно в девять ноль-ноль всем быть здесь…
В кабинете Максимова остался только один человек. Моложавый, с аккуратно подстриженной бородкой, обрамляющей его продолговатое лицо, мужчина скорее походил на эстетствующего кинорежиссера или великосветского философа, чем на офицера ФСБ. Все совещание он просидел молча, не торопился начинать разговор и сейчас. Это был заместитель начальника 2-го отдела подполковник Завадский. Единственный, кроме генерала Архипова, посвященный в детали разработки сотрудник.
– Твое мнение, Ярослав? – начал беседу полковник.
– Думаю, сведения Бадигина точны… Речь, конечно, идет об оружии. Только имеет ли это отношение к нашей разработке? – Умные карие глаза заместителя смотрели не мигая. – В любом случае есть смысл взять эту команду и побеседовать с ними здесь.
– Ты так считаешь? – Максимов дорожил мнением заместителя.
– У нас мало времени… Неизвестно еще, как все обернется. Следить за ними не имеет смысла. К тому же мы не знаем опять же, связаны ли Петраков и его гость с интересующей нас командой… Брать нужно в любом случае.
– Этим придется заняться тебе, – неожиданно произнес Максимов.
– В каком смысле? – не понял Завадский.
– С завтрашнего дня ты возглавляешь операцию. Точнее, все действия по Москве. А я сегодня ночью вылетаю в Махачкалу.
– Что случилось?
– После разговора с генералом я получил шифровку. От одного парня из Дагестанского ФСБ. В общем, мне надо быть там. Ты же останешься здесь за руководителя.
– Полетишь один?
– Нет… На всякий случай беру охрану, двоих мужиков из «Альфы»… О моем отлете сообщишь завтра на оперативке… Архипов в курсе, все вопросы согласуешь с ним…
– Судя по всему, второй отдел вплотную подобрался к нам… Приятного мало. Что скажешь, девочка? – Низкий, хорошо модулированный голос мужчины звучал завораживающе, он в упор глядел на свою собеседницу из-под полуприкрытых век.
– Похоже, так и есть. Напрямую Максимов не говорит, хотя наверняка полковнику что-то известно.
– Старый волчара… Чует за десять верст. Ну ничего! Главное, мы знаем, что им стало известно о сделке Рустема с отставным прапором… И даже предполагаем от кого. Предупрежден, значит, вооружен.