Прощай, предатель
Шрифт:
– Отмените встречу?
– Ни в коем случае! Встреча состоится, как и было оговорено. Наша задача теперь вывести из-под удара Рустема и этого мудака Петракова. Заодно и Витю озадачим… Ему придется от нас отстать!
– А что будет с…
– С твоим-то? Получит вознаграждение… Или у тебя к нему серьезное чувство?
– Перестань… Знаешь же, я люблю тебя.
– А я тебя – нет!
– Циник… Я столько делаю для вас всех…
– Я шучу. Ты ведь знаешь, у меня кроме тебя никого… Кроме дюжины проституток из «Националя».
– Пошляк! Я сейчас уйду! Вызову такси и уеду!
– Ну не заводись…
Они сидели друг напротив друга. Мужчине было уже за пятьдесят, седой, грузный, глубокий голос его временами звучал устало. Тем не менее в нем угадывалась сила, черный с желтыми узорами халат обтягивал мощные борцовские плечи, небольшие светлые глаза излучали доброжелательность. Молодая женщина, сидевшая перед ним, была одета в легкое вечернее платье, подчеркивавшее достоинства фигуры.
– Ты моя красавица. – Мужчина, пересев к ней, обнял хрупкие оголенные плечи.
Утром следующего дня команда полковника Максимова узнала свежие новости: шеф отбыл в Махачкалу, на хозяйстве остался подполковник Завадский с неограниченными полномочиями на оперативное руководство. После пятиминутки, протянувшейся не на полчаса, как обычно, а всего минут десять, майор Викентьев сразу же отбыл к «подопечным» – криминальные генералы Подмосковья собирались сегодня в ресторане «Инкогнито», на Олимпийском проспекте. Татьяна Ткачева приступила к написанию аналитической докладной на основе данных, сообщенных накануне. Сергей Бадигин, двое его подчиненных и Завадский уединились в кабинете Максимова, чтобы обсудить оперативный план задержания с поличным Петракова и его компаньона. Во второй половине дня к ним присоединились командир подразделения контртеррора и руководитель бригады оперативно-технических мероприятий. Привычная оперативно-совещательная рутина поглотила очередной рабочий день.
Зато утро следующего дня для Бадигина и его молодых подчиненных Юры Малышева и Ильи Шапошникова обещало динамичное продолжение. Встреча Петракова с южанином (это прозвище приклеилось накрепко) была назначена на 11.30 утра около плодоовощной базы в одном из спальных районов Москвы. Еще с вечера предполагаемое место действия было взято под усиленной контроль «Николай Николаичами» (сотрудниками службы наружного наблюдения). Сергей просматривал карту столицы, делая пометки в блокноте, а Малышев и Шапошников проверяли оперативное снаряжение: бронежилеты, оружие и радиостанции.
– «Паковать» наших клиентов будет «Альфа», – не отрываясь от карты и блокнота, комментировал ситуацию Бадигин. – Мы на подхвате, но зевать не рекомендую. Еще неизвестно, как сложится. Юра! – Сергей глянул в сторону Малышева, сутуловатого очкарика с внешностью младшего научного сотрудника НИИ. – Твоя основная задача понятые! Чтобы потом эти гаврики не отбрыкались.
– Не отбрыкаются, Сергей Федорович. – Старший лейтенант Малышев был единственным сотрудником отдела, называющим Бадигина по имени-отчеству. Юра вообще был слишком культурен для сотрудника подобного ведомства. Хотя в этом были свои преимущества: постороннему трудно заподозрить робкого с виду, близорукого юношу в принадлежности к спецслужбе.
– А ты Илья, запомни, – капитан Бадигин переключился на старлея Шапошникова, –
– Не согласен, капитан. – Высокий, атлетически сложенный, но при этом изящный и элегантный Шапошников иногда позволял себе поспорить со старшим по званию, они были давними приятелями. – Таэквондо – совершенное боевое искусство. Ноги идут в ход, когда руки заняты вот этим. – Илья привычным движением вскинул короткоствольный автомат «кедр».
– Когда-нибудь тебе отобьют почки или перешибут хребет. – Сергей захлопнул блокнот и убрал его во внутренний карман пиджака. – Через три минуты стартуем…
– Что-то не торопятся эти господа… Или у них сегодня очередные переговоры?
Битых полчаса Бадигин и Шапошников сидели в специальном микроавтобусе, замаскированном под фургон с мороженым, около гастронома. В переулке оживленно беседовали толстый, еще не старый жизнерадостный и улыбчивый дяденька (Петраков) и южанин, молодой бородач, одетый в традиционное для коммерсантов кашемировое пальто.
– Да уж… – поддержал старлея Бадигин, – долго треплются.
– Потреплются и разойдутся. Что тогда делать будем? – Молодой опер начинал терять терпение.
– Так просто не разойдутся. – Сергей был спокоен, голос его звучал уверенно. – Их же помимо нас еще собственная «личка» пасет. Ты же не первый год в отделе! – поддел Илью капитан. – Сейчас все проверят, убедятся в нашем с тобой отсутствии, и вперед! Господа закончат травить анекдоты и… – Сергей замолчал, выразительно глядя на Шапошникова.
– И направятся в соседний переулок! – Старлей был далеко не дурак. – Желтый пикап-каблучок и рядом амбал. Я их срисовал, еще когда подъезжал. Ну что же, посмотрим…
– Сейчас подтянем туда «Альфу». – Сергей нажал на кнопку переговорного устройства.
Прошло не более пяти минут, толстяк Петраков небрежно распахнул заднюю дверцу желтого пикапа-каблучка, стоявшего в соседнем переулке. Южанин неторопливо вытащил внушительных размеров фанерный ящик и опустил его на асфальт. В это мгновение в радиоэфире раздалось всего одно слово: «Пакуем!»
– Всем не двигаться! Работает ФСБ! Ноги расставить! Руки в гору!
Двое телохранителей южанина тут же рухнули на асфальт от увесистых, молниеносных ударов спецназовцев. Они оказались непонятливыми ребятами, один даже попытался сунуть правую руку во внутренний карман кожаной куртки. В «Альфе» служили серьезные парни, силовой захват был их коньком. Водитель пикапа в мгновение ока был извлечен из кабины и разложен на капоте. Амбал, охранявший все это время автомобиль, нервно дернулся, может от испуга, и тут же оказался в луже, не успевшей высохнуть после ночного дождя. Коронный удар ногой в голову таэквондист Илья продемонстрировал блестяще. Главные же герои этой постановки, Петраков и южанин, стояли в несолидной и неудобной позе (ноги на максимальной ширине, руки подняты вверх и для опоры уперты в стену), не выказывая ни малейшего удивления или недовольства действиями бадигинской команды. Спецназовцы заканчивали предварительный шмон задержанных. Со стороны улицы спешил Юра Малышев в сопровождении двух мужчин пенсионного возраста – понятых. Что ж, настало время перехода от действия к диалогу.