Прощенные
Шрифт:
– Наэна, заэна - нахмурилась Лима, у нее голова закружилась от перечислений Сирены.
– Прибавка "эне" означает длинная палка.
– Сколько же оружия вы знаете?
– Много, и все они у меня есть, я сражалась ими, когда приходила к тому или иному народу. Но начала я с наэны ночных эльфов. Она отличается от наэны тех же лесных эльфов. Хочу сказать, девочки не поскупились, хотя тогда они не знали ничего обо мне, это было первое мое сражение.
Сирена говорила и не переставала идти вперед. Гномы услужливо открывали перед ней двери. Наконец,
Кругом царила ночь, и даже луны нет на небе. Для Лимы царство темноты было полно столь же ярких красок, как и для человека мир света. В воздухе летали разные запахи. Особенно сильным был запах разложения и немытых человеческих тел, а также животных. Даже с высоты горы вампир чувствовал, чего не могли почувствовать другие. Ночью Олимпиада ощущала, как в ней просыпается свирепый хищник, желающий убивать. Она слышала чье-то сердцебиение, и не было музыки слаще, чем простые удары пульса. Живой пульс обещал сладость крови, но сильный шлепок Сирены заставил девушку слушать преподавателя.
– Распахни крылья, нам придется лететь, - воительница мастерски сделала ученице два разреза на спине, дабы крыльям не препятствовала ткань одежды.
– Прыгать с такой высоты самоубийство.
– А вы...
– Прекрати выкать.
За спиной у Сирены появились белоснежные крылья, и лишь кончик перьев, словно макнули в голубую краску. Увидев их, Лима подавилась. У нее таких нет. Перед ней словно ожил ангел. Все же девушка прекрасно понимала, что Сирена не ангел, но нечто близкое к нему.
– Ну, ты скоро?
– требовательно обернулась женщина.
Лима и раньше освобождала крылья из спины. При этом она чувствовала облегчение, как если бы освободила пальцы из гипса и смогла их размять. Метаморфозы не вызывали боли, но девушка чувствовала щекотку, когда крылья начинали расти.
– О! Да ты у нас цыпленок!
– воскликнула весело воительница, наблюдая за девушкой с начала до конца преображения.
Не поняв ее слов, Олимпиада обернулась и не узнала своих крыльев. С тех пор как она сбежала из тюрьмы, они оставались в ее спине. Форма немного поменялась, кожу облепил васильковый пух. Девушка и вправду походила на хилого цыпленка без должного оперения на крыльях.
– На таких крылышках цыпленка бройлера ты далеко не улетишь, - задумчиво цокнула языком женщина-воин, - меняй облик, пусть они станут драконьими. Они надежнее сейчас.
– У меня крылья не меняются при смене облика, - нахмурилась Лима и пожала плечами.
– Глупости, просто ты даже не пыталась этого сделать. Попробуй.
Получилось гораздо легче, чем в предыдущие два раза. Кожистые драконьи крылья были крепче, чем вампирские. Лима ощутила разницу сразу.
Тем временем воительница прыгнула, словно нырнула. Лима едва посмотрела вниз
– Лети!
– крикнула и расхохоталась женщина.
Олимпиада едва сумела выровняться, не переставая визжать. В глазах двоилось, сердце не выпрыгивало, но билось заметно в три раза быстрее.
– Ну, как ощущения?
– подлетела крылатая к подопечной.
– Кошмар!
– истерично взвизгнула, схватившись за лицо.
– Ты же говорила, что летала?!
– Но не такой высоте!
– в голосе девушки звучала паника.
– А, ну к этому ты привыкнешь со временем, - махнула рукой воительница, - не вечно же тебе топтаться на земле. Небо гораздо привлекательней земли.
Сирена летела легко, словно всю жизнь только этим и занималась. Она ободряюще подмигивала и стала стремительно спускаться. Они оказались среди камней. В темноте никто их не заметил, темные не слишком беспокоились нападением с воздуха, да и не ждали его.
– Зачем мы здесь?
– спросила шепотом Лима, когда Сирена поползла вперед и выглянула из-за укрытия камней.
– Посмотри, что ты там видишь?
– указала на лагерь воительница.
Олимпиада прищурилась и всмотрелась. Один из плюсов вампирского зрения в том, что она могла теперь разглядеть мельчайшую деталь, находящуюся вдали.
– Люди. Там сидят люди. Я слышу биение их сердец, - удивленно повернулась к спутнице и обеспокоено спросила: - Мы должны сражаться против людей?
– Нет, - покачала головой учительница, - дальше на восток расположилась армия тьмы. Здесь же лагерь предателей, людей продавших душу за горсть золота. Я не могу сражаться против людей. Причину я сама понять не могу, поэтому мы должны сделать так, чтобы люди не участвовали в сражении.
– И как же мы это сделаем?
– Знаешь, чем отличается армия тьмы от армии света?
– Смутно.
– Брось камень раздора в армию тьмы, и они перебьют друг друга.
Лима, переварив эту фразу, поняла, что имела в виду воительница.
– Вы хотите, чтобы армия темных разорвала своих союзников?
– Да.
– Но...
– Они все прогнили до основания. Мне некого там щадить, поэтому стоит показать, что за участь они для себя выбрали. Они хотели крови, они ее получат, умоются своей, твари.
– Почему вы их так не любите?
– Крик, тебе сложно будет понять, но я вижу их деяния. Я едва гашу в себе гнев, чтобы не наброситься на них и не разорвать их на части. Я вижу деревни, города, сожженные ими. Крики насилуемых женщин. Кровь детей на руках у этих ублюдков. Надрывный плач младенцев в огне! Мне некого там жалеть, пусть тьма поглотит их тела, так же как поглотила их души! Я могла бы простить их, если бы они отвернулись от зла и повернулись к свету! Но они свою судьбу выбрали и раз так, то они получат, то к чему так долго стремились!