Проститутка Дева

Лебедев Andrew

Но случались иногда бурные всплески вулканической активности. Везувий супружеской жизни оживал, над семейным очагом начинал куриться дымок. Это Макаров возвращался из очередной долгой секретной командировки и пытался наладить с Марией Витальевной подобие семейных отношений.

Мария Витальевна покорно играла роль любящей и заботливой жены. Ходила с мужем по театрам, ездила с ним в Сочи и в Дагомыс, дарила ласки, всегда безотказно и с готовностью принимая его на супружеском ложе… Но проходили шесть недель отпуска, и Макаров снова получал назначение

в очередную свою Анголу.

Однажды, в который уже раз посмотрев лиозновского Штирлица, Мария Витальевна иронически усмехнулась в том месте сериала, где разведчику Исаеву привозят показать его жинку – то ли для вдохновления его на подвиги, то ли для угрозы: жинку-де твою, не забывай, у себя держим!

А вот ее ни разу не свозили, чтобы Макарову показать!

То ли денег из бюджета своей разведки пожалели, то ли Макаров еще не дорос до штирлицкого статуса, чтобы ему жену показывать.

Только через два месяца ее пребывания в Австралии Макаров наконец-таки удосужился приехать в Канберру и возлечь с законной женой.

– Знаешь, есть такой анекдот про финнов или про эстонцев, что ли, – сказала Мария Витальевна мужу, когда они исполнили свой ритуальный быстрый пересып, которым обычно сопровождалась каждая встреча супругов. – Там эстонца спрашивают, что он любит больше – секс или Новый год?

– Знаю, слышал, – ответил Макаров, поднимаясь с их шикарной постели. – Он любит Новый год, потому что Новый год чаще!

Помолчали.

– Так это про нас с тобой, – подытожила-таки Мария Витальевна.

– Да ладно тебе! – лениво махнул рукою Макаров. – Тебе вообще-то следовало бы знать, что я знаю про тебя всё.

Макаров обернулся лицом к жене.

Она лежала совершенно нагая на светло-коричневом шелке, лежала и курила тонкую ароматную сигаретку.

Макаров стоял перед нею, тоже совершенно нагой…

Два голых человека.

Женщина с сигаретой и мужчина со стаканом виски в руке.

– Я все про тебя знаю, – сказал Макаров. – Пора бы тебе это осознать.

– Что ты знаешь? – тихо спросила Мария Витальевна.

– Знаю все, и про тренера по теннису, и про массажиста из "Спартака", и про мальчишку твоего, про этого Ваню Борщанского, и даже про маляров-молдаван, что тебе ремонт в квартире делали, тоже знаю.

Макаров глядел на нее не мигая.

– Тогда зачем меня в Австралию звал? – спросила Мария Витальевна. – Развелся бы…

Мария Витальевна внутренне вся сжалась, подумав: "А вот достанет сейчас свой пистолет, у него наверняка их несколько. Достанет, да и убьет, вон как глядит не мигая…" – Ни хрена ты не понимаешь в сексе, Машка! – глотнув виски и крякнув, сказал Макаров. – Это знание там, вдали, – и он махнул рукой куда-то в сторону океана, – это знание, что красивая жена с красивым телом спит напропалую с какими-то молдаванами, это ведь так возбуждает!

Обдумывая потом этот их разговор, еще раз прокручивая в голове это супружеское объяснение, Мария Витальевна решила для себя, что нет стандартных рамок, нет границ для сексуальных фантазий. И

чем интереснее человек, тем и мечты у него интересней.

– Что же ты меня не убьешь? – спросила Мария Витальевна, когда первый испуг уже прошел и когда она интуитивно поняла, что убивать ее Макаров не собирается, по крайней мере теперь.

– А зачем? – хмыкнул Макаров и вдруг мило улыбнулся. – Чтобы лишить себя остроты приятных переживаний?

– А ты там? – спросила Мария Витальевна. – У тебя ведь есть, у тебя ведь были там женщины?

Она пытливо смотрела на Макарова, внутренне не ожидая правдивого ответа, но скорее ожидая от мужа на этот свой вопрос какой-то встречной каверзы.

Но каверзы не последовало.

– У меня там никого нет, – тоном предельной доверительности ответил Макаров. – Я не нуждаюсь в женщинах, я почти что импотент, и если вступаю там в редкие сексуальные контакты, то только по службе.

– Как? – выразила свое изумление Мария Витальевна. – По службе, как я понимаю, там же надо выкладываться, а ты ведь почти что и… ты сам только что сказал.

– Ну-у-у, – протяжно пропел Макаров, – на то есть масса всевозможных стимулирующих препаратов и всевозможные приёмы.

– Но не для меня, – вздохнула Мария Витальевна.

– А у тебя Иван есть, чего тебе еще надо? – возразил Макаров.

В общем, объяснились наконец.

На пятнадцатый-то год совместной жизни…

– Может, теперь что-то изменится, или наступит новый этап в отношениях? – думала Мария Витальевна, засыпая подле неподвижно, по-разведчески чутко спавшего мужа. ….

ГЛАВА 7

1.

Владислав переругался с Алиной и с Борщанским.

Рэйтинг программы был достаточно высок, но акционеры компании и генеральный спонсор полагали, что он может быть еще выше.

– Эти Карабас-Барабас с Русалочкой, они просто неуправляемые, надо их заменить, – жаловался Владислав.

– А кто проводил исследования? – спросил Борщанский.

– Агентство Медиа-Метрикс и Голлоб, – ответила Алина, протягивая Борщанскому буклеты с диаграммами.

Результаты исследований популярности телеканалов и отдельно взятых программ покупались у независимых фирм и стоили больших денег. Обычно большие и всеобъемлющие исследования делались ежеквартально, когда агентства специально нанимали сотни студентов, обзванивавших телезрителей Москвы и других городов вещания, задавая вопросы: какой канал, сколько часов и минут в день те смотрят, какие программы и т.д. и т.п. Такие исследования содержали огромное количество сравнительных графиков и диаграмм, из которых можно было понять причины прироста или падения популярности тех или иных передач. В аккуратных глянцевых буклетах содержались сведения о том, какого возраста, какого образования, какого имущественного состояния были смотрельцы вашего и конкурирующего с вами канала.