Просто хочу

Пожидаева Ольга

Крис сидел на диване, изображая дружелюбие и позитив. Какие мы у него сегодня по счету? Сорок пятые? Бедняга. Он не смотрел на меня. Только на Федора. А я таращилась во все глаза.

Восемь лет. Даже тотальная подготовка, в виде просмотра его фильмов, не помогла. Мне нравился мальчишка с бардаком в волосах и мыслях. А сейчас передо мной молодой мужчина, который знает, чего хочет от жизни. Который в свои двадцать пять — кумир миллионов.

А я… С боку бантик. Принеси-подай. Спасибо, Кирюша, отличный

подарок. Сегодня весь вечер буду заниматься самобичеванием. Отличный день рожденья, мать твою.

Федор без слов протянул руку, я вытащила из папки листок с дополнительными вопросами, отдала ему, нечаянно взглянула на Кристофера. Он смотрел прямо на меня, сдвинув брови. Но как только я отступила обратно к камере, Крис моментально перевел взгляд обратно на Бондарчука.

Не узнал.

Неудивительно.

Я толком не вслушивалась в разговор. Просто впитывала его голос, даже впала в какой-то ступор, слушая приятный баритон. Меня потряхивало, когда он замолкал, думая над вопросом. А потом начинал отвечать со слов:

— Я думаю…

Пришлось прикусить язык, чтобы не крикнуть, как на заседании комитета: «Протест. "Я" нельзя употреблять».

Федор поднялся с кресла, отдал мне бумаги.

— Все на сегодня. Отдыхай.

— Но… Как это все? — я знала расписание следующих интервью. Сейчас перерыв. А потом еще куча работы.

Кристофер тоже поднялся, отошел к окну, закурил. Операторы, собирали оборудование.

— Сонь, у тебя же днюха, погуляй, на пляж сходи. Я не зверь, — небрежно проговорил Бондарчук и вышел.

Такая милость от начальства не могла не радовать.

Я качнулась на каблуках, вглянула на дверь. Уходить совсем не хотелось. Широкая спина Криса манила меня. Запах дыма, что не улетал в окно, защекотал горло. Прдевкушение зашкаливало, гоняя кровь по моему телу с бешеной скорость. В висках оглушительно стучал пульс. Руки затряслись. Но я собрала в кулак всю свою смелость.

Эх. Да какого черта! Подошла.

— Эммм. Кристофер, — он обернулся ко мне, вежливо выдыхая дым в сторону, — А можно автограф?

Боже, что с моим английским? И голос дребезжит как флегма.

— Да, конечно, — затушил сигарету, протянул руку.

Я вытащила ту самую фотографию, отдала ему вместе с папкой и ручкой. Он взглянул на фото. Уголок губ медленно пополз вверх. Крис перевел глаза на меня, потом посмотрел на оператора, который вытаскивал камеру и штатив.

— Сонь, догоняй — крикнул мне коллега.

— Ага, сейчас иду.

Дверь закрылась.

— Софи? Это, правда, ты?

Сердце сделало кульбит.

— Да, — просто ответила я.

Он запустил руку в волосы, выдавая этим растерянность, и вдруг начал хохотать. Так заразительно, что я заулыбалась в ответ.

— У меня тушь потекла? Чего ты смеешься?

— Слава богу.

Это ты! Я уж думал, паранойя накрыла, — он сделал шаг вперед, раскрыв руки.

Мы как-то неловко обнялись. Я первая отстранилась, чувствуя себя полной дурой.

— Македония, какими судьбами?! Вот так встреча, — Крис продолжал улыбаться.

— Македония? Ты помнишь? Рашн Федерейшн, — я по-дружески шлепнула его по плечу.

Наверно, выглядела жутко глупо. Но туповатая ухмылка не желала сходить с лица.

— Конечно, помню. Сколько лет прошло?

— Неприлично напоминать даме о возрасте, — отчитала я его, — Но, кажется, восемь.

— Да боже мой. Сколько тебе? Двадцать? Один? Два?

— Двадцати три сегодня, — ну не могла промолчать, выпендрилась.

— Как? Прямо сегодня? — он начал шарить глазами по комнате, словно искал что-то, — Даже не знаю, что тебе подарить.

— С ума не сходи. Ты и есть мой подарок.

— Не понял. Это как?

— Долгая история.

— Окей, расскажешь вечером, — он бросил взгляд на какой-то листок, наверно с расписанием, — В десять нормально? Я раньше не освобожусь.

— Не стоит, Крис. Я знаю, как тебя тут изматывают, — идиотизм, но мне с головой хватило, что он меня узнал и потрогал, — Просто подпиши фотку.

— У тебя планы на вечер? — он игнорировал мою заботу и просьбу.

— Нет, но…

— Значит, в десять жду. Ты чем питаешься? — я открыла рот, чтобы опять возразить, Крис предусмотрительно приложил палец к моим губам, — Софи, пожалуйста, я очень рад тебя видеть. Давай поужинаем. Неужели ты предпочтешь тухнуть в номере в день рождения? Или у тебя планы?

Он одернул руку каким-то нервным жестом, понимая, что черезчур долго касается моего рта. Я облизнулась, сжала губы, стараясь не концентрироваться на этих ощущениях, чтобы сохранить рассудок.

Крис Мейсон помнит мое имя. Он хочет со мной поужинать. И что теперь дарить Киру? Я же по уши у него в долгу. Нужно меньше думать и быстрее соглашаться.

— Нет планов. Ладно. Ты текилу пьешь? — сдалась, такой приятный плен.

— О, да. Так как насчет ужина. Кухня?

— Любая.

— Отлично, не опаздывай, — он наклонился и чмокнул меня в щеку.

Это максимум на что я рассчитывала в этой поездке. И еще не вечер. Разум вовремя подсказал, что пора отчаливать, и ноги понесли меня к двери, а в руках было как-то неправильно пусто.

— Крис, — я обернулась к нему снова, — А автограф?

Он скорчил одну из своих фирменных гримас.

— Ой, иди ты, — и слегка треснул меня папкой по голове, которую тут же пихнул мне в руки, — Перебьешься. А фотку я себе оставлю.

— Ну Крииииис, — протянула я, как маленькая.

Я не жадина, но это единственный экземпляр. Жалко даже ему отдавать.