Против правил

Ховард Линда

– Я не динамлю!

– Значит ли это, что ты действительно делаешь мне авансы?

– Ничего подобного я не делаю! – горячо запротестовала она. – Просто задумайся, как ты себя вел этим утром… да и прошлым вечером тоже! И ожидаешь что я буду вся такая податливая и ласковая? Я злюсь… нет, я в ярости! Понимаешь?

Рул ошарашено посмотрел на Кэтрин:

– И что я натворил на этот раз?

Краем глаза она заметила стоящего рядом со входом в конюшню Льюиса Стовалла. Он ухмылялся, явно забавляясь ситуацией. Кэтрин шмыгнула носом и, обойдя Рула, вместо ответа на вопрос

бросила:

– Пора за работу.

Только присутствие Льюиса и нескольких других работников сдержало Рула, в этом Кэтрин не сомневалась. Она оседлала лошадь, выбрав серую, на которой выезжала в первый день после возвращения. Рул вскочил на своего гнедого жеребца и направился через пастбище, но по тому, как были напряжены его широкие плечи, Кэтрин понимала – он прекрасно помнит, о чем они говорили. «Ну, пусть только попробует опять поднять эту тему!» – зло подумала она. Ей есть что сказать мистеру Рулу Джексону!

Глава 6

Рул дождался, когда они отъедут подальше, чтобы работники не могли их услышать, и только после этого направил лошадь к Кэт, и с внушающим страх спокойствием процедил:

– Лучше бы у тебя было приличное объяснение.

Кэтрин смерила его сердитым взглядом и огрызнулась:

– Тебя это тоже касается. Может скажешь, с чего это вечером ты целуешься и обнимаешься с Рики, а наутро относишься к ней, как к грязи под ногтями? Или вы ради меня разыграли ту сценку?

В тот же миг в глазах Рула заплясали искорки смеха:

– Ты же знаешь, Рики ради тебя даже пальцем не пошевелит.

– Хватит забавляться за мой счет, черт побери! – яростно вскрикнула Кэт. – Ты прекрасно понял, что я имела в виду.

– Да ты ревнуешь, – протянул Рул, всем видом выражая самодовольство, в то время как Кэтрин буквально кипела от гнева.

– Вот и нет! – заорала она. – Мне плевать, можешь ухлестывать за каждой женщиной в Техасе! Я просто хочу понять, почему вчера ты был с ней так мил, а сегодня отмахиваешься, как от брехливого пса. В городе поговаривают, что вы давно спите вместе.

Ее мутило даже произносить это. Она неосознанно крепче вцепилась в повод, заставляя лошадь пританцовывать на месте.

– Да нет, тебе совсем не плевать, – ответил Рул. – С чего тогда ты с самого утра такая раздражительная?

Кэт пропустила провокационный вопрос мимо ушей. Не в силах больше сдерживаться, она спросила напрямую:

– Ты занимался с Рики любовью?

Ей тут же пришлось бороться с подступившей к горлу тошнотой. Что ей делать, если он подтвердит ее опасения? Ей же физически больно от одной мысли, что он касался другой женщины. Она просто не перенесет этого.

– Нет, – легко отмахнулся Рул, даже не подозревая, что от его ответа зависит состояние ее рассудка. – Но не из-за отсутствия возможности. Это все, что ты хотела знать? Или есть еще обвинения? Наверняка в округе есть женщина, которую ты забыла внести в список моих мнимых побед.

Кэтрин даже вздрогнула от сарказма. Обычно Рул не вступал в перепалки, но когда делал это, то мог и убить соперника словом. Она обратила на него взор огромных темных глаз, полных отчаяния:

– Рики

в тебя влюблена.

Ей не хотелось говорить ему это, хотя, если задуматься, он, скорее всего, в курсе. Рики никогда не ходила вокруг да около.

Рул фыркнул:

– Рики любит только себя. Она порхает от мужика к мужику, как бабочка с цветка на цветок. Но почему тебя вообще интересует, кто греет мою постель? Ты-то это делать отказываешься. Даже сказала, что я могу заниматься сексом с кем угодно.

Горло Кэтрин перехватило, она беспомощно уставилась на Рула. Он что, слепой? Неужели не видит, что она изнывает по нему? Слава Богу, если нет, в противном случае ей никогда не сдержать его… или себя. Кэт хотела быть уверенной в нем, научиться доверять ему, прежде чем нырнуть в омут с головой. Но со всех сторон столько всего нашептывали, что, казалось, и на воду дуть надо. Стоит замешкаться, и Рики предъявит на Рула свои права. Стоит сплоховать в постели, туда тут же запрыгнет кто-то другой…

Рул остановил свою лошадь и, нагнувшись, перехватил поводья у Кэт.

– Послушай, – начал он сурово. По глазам, сверкающим в тени, отбрасываемой шляпой, ничего прочитать было нельзя. – Мне нужен секс. Я нормальный здоровый мужик. Но я контролирую свои желания, они мною не управляют. Я не хочу Рики. Я хочу тебя. Я подожду… еще некоторое время.

Внезапный порыв гнева вернул Кэт дар речи, и девушка ударила Рула по запястью.

– И что потом? – взорвалась она. – Начнешь бродить по округе как мартовский кот?

Он резко протянул руку и обхватил шею Кэт.

– Мне не придется «бродить», – прошептал он обманчиво сладким голосом. – Я прекрасно знаю, где находится твоя спальня.

Она открыла было рот, чтобы дать отпор наглецу, но он склонился и заглушил все злые слова поцелуем, удерживая Кэт на месте стальной хваткой.

Кэтрин вздрогнула от жаркой волны желания, ее губы двигались в унисон с его губами, на языке ощущался привкус кофе, украденный изо рта Рула. Его свободная рука нежно сжимала грудь девушки, потом двинулась вниз по животу. У Кэт не было сил не то чтобы остановить Рула, она даже не могла об этом подумать. Ее тело до боли ждало его интимного прикосновения. Но лошадь Рула решила действовать по своему усмотрению и отгарцевала в сторону, заставляя его отпустить Кэт.

Он шепотом успокоил животное, не спуская с Кэтрин горящих мрачным пламенем глаз.

– Не раздумывай над своим решением слишком долго, – тихо посоветовал он. – Жалко упускать время.

В бессильном замешательстве она смотрела, как он скачет прочь, идеально двигаясь в такт лошади. Кэтрин перестала понимать, что ей делать. Сначала подумала вернуться в дом, но воспоминания о безрадостном и тоскливом дне, проведенном накануне, подстегнули решимость, и Кэт понеслась вслед за Рулом. По крайней мере, находясь рядом, она может смотреть на него, тайно наслаждаясь их близостью. Она так сильно томилась по Рулу, что это граничило с одержимостью, с болезнью. Даже когда Кэт и Рула разделяли время и расстояние, он постоянно присутствовал в ее мыслях, теперь же… она никак не могла наглядеться.