Протокол "Наследник"
Шрифт:
«Программа реабилитации завершена», — известила меня Эмма через несколько сэнов, когда цифры погасли. Одновременно с этим крышка тихонько щелкнула и открылась, выпуская меня на свободу. А в соседнем помещении что-то мелодично звякнуло, вероятно, извещая желающих о том, что я здоров.
И правда. Не успел я сесть, как дверь кабинета открылась, и в комнате появился взъерошенный лэн Нортэн.
— Адрэа, ну как ты? Как самочувствие?
Я прислушался к себе и, получив от подруги короткую справку, удовлетворенно кивнул.
— Благодарю, терпимо.
— Приборы фиксируют хорошие показатели,
Я тихонько фыркнул и, даже не взглянув на протянутую руку, выбрался из капсулы самостоятельно.
Нормально. Ноги держат, коленки не трясутся, а вот поесть я бы сейчас не отказался.
— Нет-нет-нет, — зачастил лэн Нортэн, когда я выразительно огляделся и остановил свой взгляд на горстке аккуратно сложенной на табуретке одежды. Это ведь моя? — Давай сначала в душ, а потом все остальное.
И правда. Пахло от меня далеко не розами, кожа зудела, волосы превратились в грязные сосульки, а медицинский модуль ограничился лишь тем, что опрыскал меня холодной водой напоследок. Для полноценной гигиены этого было явно недостаточно. Ну да и фиг с ним. Где тут у них уборная?
Как оказалось, в лазарете было предусмотрено сервисное обслуживание, поэтому я спокойно вымылся, привел себя в порядок, заодно вдосталь напился. Ну а когда надел чистую форму и вышел, в соседнем кабинете меня уже ждал обильный завтрак, так что и голод я утолил, сдержанно поблагодарив доктора за заботу.
После этого он загнал меня в уже знакомое «стоматологическое» кресло и почти половину рэйна что-то там колдовал над приборами. Ну а когда закончил, то со вздохом убрал диагностическое заклинание и ободряюще мне подмигнул.
— Полный порядок. Были опасения, что после такой экстремальной нагрузки у тебя возникнут проблемы, но ты справился. Аура ровная, дар стабилен и не только не потерял, но даже немного набрал по параметрам — отсутствие блокировки явно пошло ему на пользу. Ты улучшил свой потенциал на целых двенадцать процентов! Так что неприятных последствий эта ситуация иметь не будет.
Да ну?
Я пристально посмотрел на воодушевленного эскулапа.
— Уже завтра ты сможешь приступить к занятиям, — как ни в чем не бывало продолжил он, прямо-таки бурля нездоровым энтузиазмом. — Пока только к теоретическим, конечно, но всего день-другой, и, я уверен, ты быстро пойдешь в рост. Знаешь, может, оно даже и к лучшему, что так получилось. Как показывает практика, иногда стресс идет нам на пользу…
Он наконец заметил мой тяжелый взгляд и осекся.
Я же просто сидел и молча смотрел на этого человека, который всего одним росчерком пера под фальшивым заключением обрек меня на этот, как он выразился, «стресс». И вот сейчас он делал вид, что все в порядке, прятал свою нервозность за многословными речами, пытался убедить себя, что ничего страшного не произошло, и делал все, чтобы показать, как же он рад моему возвращению.
— Адрэа, с тобой все в порядке? — тревожно замер доктор, когда понял, что что-то не так.
— Мой браслет у вас? —
— Нет. Новый директор забрал в качестве улики.
— Интересно, что после этого вы все еще работаете на прежнем месте. Неужели вам не предъявили обвинение в подлоге и фальсификации данных?
— Адрэа… — дернулся, как от пощечины, он, а потом вдруг поднял на меня полный муки взгляд. Понял, похоже, что мне известно, чья подпись стояла под документами. После чего виновато опустил голову и пробормотал: — Я… я должен перед тобой извиниться.
— Зачем? — ровно спросил я, и у него на лице появилась болезненная гримаса. — Прежний директор изволил поделиться со мной подробностями, прежде чем отправить в карцер, поэтому я знаю, кто ему помог сфабриковать обвинение. Так что мне ваши извинения не нужны. Вы совершенно точно знали, что делали, когда ставили подпись под фальшивыми документами.
— Нет! — воскликнул он, явственно отшатнувшись. — Адрэа, все было не так! Клянусь, я не знал, что так будет! У меня…
— Что произошло после того, как вы сделали поддельное заключение? — сухо спросил я, не дав ему времени на оправдания.
Лэн Нортэн совсем сник.
— Лэн Моринэ не сообщал подробностей. Просто объявил, что ты исключен из школы. На следующий день папка с твоим именем исчезла из раздела «Младший класс». А еще через сутки до меня дошел слух, что тебя увезли в город, поэтому я был уверен, что больше ты здесь не появишься.
— То есть вы не знали о том, что я нахожусь в карцере?
— Нет, — тихо ответил он, не поднимая глаз. — Когда детей исключают, лэн Моринэ или его помощник обычно сами их отвозят в Нарк, а школа оплачивает проезд до места проживания или же передает родителям, если ребенок по каким-то причинам не способен самостоятельно добраться до дома.
— Хм, — на мгновение задумался я. — Если вы не знали, что я там, что же вас заставило спуститься в подвал?
Лэн Нортэн нервно дернул щекой.
— Поначалу ничего. Дня три после твоего мнимого отъезда было тихо, а на четвертый в школу внезапно нагрянула большая проверка из министерства.
Ого. Так быстро? Похоже, я зря сомневался в расторопности местных чиновников. Значит, они не даром едят свой хлеб, так что беру свои слова обратно. И даже готов выразить благодарность тэрнэ за хорошую организацию работы данного ведомства.
— Сам я этого не видел, — тем временем продолжил доктор. — У меня как раз твой коллега, Идни Сирс, находился на обследовании, поэтому прибытие людей из министерства я пропустил. Но буквально через рэйн узнал, что вместе с проверяющими прибыли люди из военного министерства. Всю территорию школы оцепили. Занятия без объяснения причин прервали. Учеников отправили в личные комнаты. А всех сотрудников школы, включая учителей, охрану, завхоза и даже уборщиков, собрали в главном зале и объявили, что лэн Моринэ, начальник охраны и казначей задержаны, а вся остальная школа будет подвергнута тотальной проверке.