Провидец
Шрифт:
— Дальше.
— Вроде как объект направился к вокзалу. Душный сказал, что идёт за ним.
— И?
— Больше телепатических сообщений нет.
— Хочешь сказать, он забрал деньги и не выполнил поручение?
— Исключено, — покачал головой человек с драконом. — Не по понятиям.
Собеседник хмыкнул.
— Твой человек пытался выйти с ним на связь?
— Нет. Душный останавливается в таких местах, где нет нормальной связи. Он всегда выполняет свою работу и отзванивается по факту. Как часы.
— Но, похоже, в этот раз часовой механизм сломался.
— Предлагаю
Человек с незапоминающимся лицом взял со стола ручку, снял колпачок. Неспешно открыл блокнот посередине, перелистнул страницу и сделал пометку. Всё это напоминало священнодействие. Словно великий пророк вносит мудрость поколений в божественные скрижали.
— Хорошо. Я несколько разочарован, но готов подождать до вечера. Ты знаешь, как со мной связаться в случае чего. Не смею задерживать.
Аудиенция была окончена.
Глава 9
Экспресс выехал из Архаикума поздно вечером.
До этого я не ездил вторым классом. Не люблю общие вагоны, соседей и всякое такое. Предпочитаю каюту на дирижабле или полностью выкупленное купе. При иных обстоятельствах я бы подождал пять дней, но срочные дела навалились одновременно.
Пробравшись по узкому проходу в середину вагона, я уж было обрадовался: второе кресло пустует. Мне досталось тёплое местечко у окна. Баул пришлось запихнуть в багажное отделение над головой. Мелькнула шальная мысль утрамбовать туда полиморфа, но котяра с таким жадным любопытством смотрел на сияющее в ночи здание вокзала, что я сжалился и позволил ему занять почётное место на подлокотнике.
Вчера мы знатно посидели с ребятами в кабаке, отметили завершение экспедиции, обсудили намечающиеся рейды. Ну, и накидались маленько, чего греха таить. Утром меня терзало похмелье, пришлось прогонять зло медитацией, контрастным душем и пробежкой по угрюмому городу. К девяти утра я был в полном порядке.
— Здорово, братан.
Сосед, к сожалению, появился. Мордоворот с волосами, забранными в пучок и окладистой бородой. Мордоворот носил кожаную куртку потёртые джинсы и футболку с надписью «Сам дурак!». На меня повеяло перегаром с доминирующими нотками дешёвого пойла. Пошатнувшись, сосед стянул с плеча рюкзак, забросил во второй бокс и плюхнулся в кресло, громко рыгнув.
Я не удостоил этого персонажа ответом и отвернулся к окну.
Через минуту поезд тронулся.
Днём я забежал в Экспедиционный Корпус Дома Волка и получил исчерпывающие сведения о запланированных рейдах. Мой экипаж под командованием кэпа отправлялся в вояж через два месяца, что меня устроило бы… при других раскладах. Большинство экспедиторов так и живут — вахтами два через два. Платят хорошо, наши зарплаты считаются едва ли не лучшими в стране. Проблема в том, что я катаюсь не из-за денег. Мне нужно убивать монстров, пробиваться за грани своих новых, довольно убогих, возможностей, и раскрывать забытые техники. Без этого я не восстановлюсь. Поэтому два месяца — такое себе.
Через шесть недель в Пустошь выберется Мобильная Крепость «Явр»,
Переродившись в теле юного Володкевича, я лишился большей части своих магических навыков. А я, между прочим, считался одним из величайших волшебников своей эпохи. Довольно быстро выяснилось, что местная энергия ки — это одна из форм привычного мне эфира. Я начал ставить эксперименты, исследовать границы своих возможностей. По крупицам собирал утраченное. Постепенно отчаяние сменилось холодным расчётом и уверенностью в своей победе. Не впервые Гримаун поднимается из грязи. Ох, не впервые…
Пустошь ускорила моё развитие.
Многократно ускорила.
И сейчас я не имею права на ошибку.
Волшебники моего уровня привыкли жить долго. Магистр Урфис, например, видел падение Бунгарского Ханства, а это случилось восемьсот лет назад. Оперирование эфирными потоками требует вдумчивого, основательного подхода. Есть техники, которые осваиваются десятилетиями. Но здесь моя плоть немощна, каналы недоразвиты и… у меня нет этих десятилетий. Во всяком случае, без полного биоконтроля. И я рассчитываю на прорыв в обозримом будущем. Прорыв, которого можно достичь у незримых рубежей Фронтира.
Нащупав кнопку на правом подлокотнике, я опустил кресло в горизонтальное положение. Открыл секцию в переднем сиденье, чтобы достать плед с подушкой.
Самое время поспать.
— Красивый у тебя кот, — раздался грубоватый басок справа. — Можно погладить?
Бесцеремонный сосед уже тянул руку, и Троглодит зашипел.
— У, ты какой, — бородач коротко хохотнул. — Не бойся, я не кусаюсь.
Меня пьяный детина, казалось, не замечал.
Что ж, дам последнюю попытку:
— Он не любит чужих.
— А тебя кто спрашивал, малец? — сосед положил руку на мой подлокотник, всем своим видом давая понять, что он здесь альфа.
Я уже собирался долбануть его разрядом, но тут порадовал питомец. Порадовал и немного позабавил. Лёгкая трансформация — и котоморф увеличивает пасть, удлиняет клыки, меняет цвет глаз с сиреневого на жёлтый. Из пасти зверька вырывается раздвоенный змеиный язык.
Бородач отдёргивает руку.
Вы бы посмотрели на его лицо в тот момент! Выражение превосходства и самоуверенности как водой смыло. Пьяный хмырь перекосился от суеверного ужаса и прошептал:
— Бесы… Хтонь… Тьфу ты, напасть какая… — мужик сначала вжался в кресло, не отрывая глаз от Троглодита, который ещё больше удлинил морду и даже покрылся радужными чешуйками. Затем мой незадачливый попутчик встал, задом выдвинулся в проход и на всех парах устремился в тамбур. До моего слуха донеслось нечленораздельное бормотание. — Всё настойки эти… говорила мама… не пей…
Я не сдержал улыбку и погладил Троглодита, успевшего вернуть свой базовый облик.
— Умный мальчик.
Кот, довольный похвалой, заурчал.