Проводник
Шрифт:
В маленький пансион на самой окраине Проводник и его спутник вернулись почти затемно. Пока Костриков ставил машину во двор, его старший товарищ уже стучался в дверь хозяйки.
— Мадам Жозефина? Прошу нас простить, что мы так надолго задержались! Увы… дела того требуют!
— Что вы, мсье Валентин! Я уже привыкла к вашим поздним появлениям… Вы, наверное, как и я, сова — любите работать по вечерам.
— Старею… Увы, но от этого тоже никуда не деться…
— В ваши-то годы? Не наговаривайте на себя, мсье Валентин! Вы ещё мужчина — хоть куда! Да,
Проводник изобразил на лице удивление.
— Постойте… кто бы это мог быть? Гастон? Он сейчас в Италии… Огюст? Ну… возможно…
— Он сказал, что его зовут Фернан.
— Мсье Жиро? А он-то каким боком сюда попал? Хм… И где же он?
— Обещал заехать утром. Часов в восемь.
— Ну и славно! Вы приготовите нам завтрак на троих?
Утренний визитер оказался неожиданно пунктуальным. Без пяти восемь, сопровождаемый хозяйкой пансиона, он уже стучал во входную дверь. Открывший её Проводник, отступил на шаг назад.
— Прошу вас, мсье Жиро! Будьте как дома! Мадам, — повернулся он к хозяйке, провожавшей гостя. — Я просил вас приготовить завтрак!
— Да, мсье Валентин! Через несколько минут! — и она заспешила вниз по лестнице.
Закрыв за нею дверь, Проводник обернулся.
— Вальтер! Выходите, поприветствуйте руководство! — и, повернувшись к вошедшему, серьезным голосом спросил. — Что-то случилось?
Майор Филимонов грузно опустился в кресло.
— Да как вам сказать…
Из соседней комнаты, пряча в карман пистолет, вышел Костриков.
— Здравствуйте, товарищ майор!
— Добрый день. У вас попить что-нибудь есть?
— Сейчас завтрак принесут… а так вина налить могу — у здешней хозяйки оно неплохое. Она его всем постояльцам бесплатно предоставляет.
— Наливайте…
Присевший на угол дивана, старый разведчик блеснул глазами из-под прищуренных век — что-то пошло не так…
Солнце, щедро раскидавшее по окрестным улицам своё тепло, не обошло своим вниманием и этот небольшой пустырь. Жаркие лучики пробежались по зеленой траве, пощекотали сидевших на камнях собеседников. Филимонов снял шляпу и подставил свое лицо под солнце.
— Хоть погреюсь, а то из кабинета сутками не выхожу…
Сидевший рядом Проводник, молча кивнул. Его трость чертила на земле замысловатые завитушки.
— Что скажете, Валентин?
— Да что ж такого я могу вам сказать? То, чего вы и без меня не знали бы? Как понимаю, нашему сотрудничеству наступил конец?
— Никто этого не говорил!
— Да бросьте, майор… Я школу не вчера закончил. Ладно, троих агентов за три месяца передать — это, хоть и трудно, но выполнимо. А вот изъять деньги из обеспечивающих фирм… вы же их без связи оставите! Зачем тогда всё это дело?
— Связь мы постараемся обеспечить.
— Хорошее слово — постараемся! А она уже есть! Систему явок и подстраховки — тоже к свиньям собачьим под хвост?
— Постараемся сохранить и её.
— Ваши бы слова — да богу в уши! Сами-то в это верите?
— Увы… от меня тоже зависит не всё.
— Да понял я! На вас зла не держу! Что теперь мне
— Так ведь война…
— Это в Испании-то? А не хрен бы с нею, уважаемый? Каким боком она здесь-то повылазила? Эти явки и фирмы с ТОЙ войны сохранили, не прожрали, да на баб не пустили! А сейчас — всё коту под хвост?! Не понимаю… и не хочу… Или у такого государства на разведку денег не хватает? Вот уж не поверю-то!
— У нас приказ.
— У вас, уважаемый! А я в вашей конторе не состою! И жалования от неё не получаю! России присягал — ей и служу по мере сил своих!
Они оба замолчали.
— Сколько у меня осталось времени? — не оборачиваясь, спросил старый разведчик.
— До конца операции — совершенно точно время есть. Здесь я вас прикрою. Хоть и трудно мне будет это делать… И так уже смотрят косо.
Молодой мужчина в хорошем костюме вошел в дверь отеля. Приветливо кивнул портье, забирая ключ от номера. Равнодушно пролистал газеты на стойке и неторопливо поднялся к себе на этаж. Щелкнул замок двери. Бросив на кресло саквояж, мужчина снял пиджак и аккуратно повесил его на плечики. Распустив узел галстука, направился к столу, на котором стояли несколько бутылок. Придирчиво рассмотрев на свет одну из них, он откупорил пробку и плеснул на дно стакана немного янтарной жидкости. Но выпить ему не удалось — в дверь осторожно постучали.
— Да! Кто там?
— Коридорный, герр Дорфмайер! Вас спрашивают.
Поставив на стол бокал, он быстро скользнул к пиджаку. Секунда — и в его руке тускло блеснул браунинг. Дорфмайер прижался к стене слева от двери.
— Кто меня ищет?
— Внизу, в холле сидит какой-то господин. Он просил передать вам, что имеет для вас послание.
— Хорошо. Я сейчас приду.
Через минуту он уже стоял на верхней площадке лестницы, обводя взглядом полупустой холл.
— Ну и где же этот господин?
— Не знаю… — растерянный мальчишка-коридорный топтался рядом. — Вон там сидел…
— И ушёл?
Мальчишка недоуменно развел руками.
— Ладно, — похлопал его по плечу постоялец. — В следующий раз проводи его ко мне в номер.
Подойдя к двери, он всё ещё покачивая головой, отпер дверь и вошел внутрь. Поворот выключателя — и коротко мигнув, лампы потухли. Помянув черта, постоялец повернулся к двери.
— Господин Дорфмайер? — голос шел откуда-то из глубины комнаты. — Не надо открывать дверь…
— Кто здесь? — обитатель номера совершенно не утратил присутствия духа. Пистолет в его руке настороженно ощупывал пространство перед собой.
— Скажем так — доброжелатель… Я не питаю по отношению к вам агрессивных намерений. Так что не надо направлять в мою сторону оружие, у меня оно тоже имеется.
— Зачем же тогда вы испортили освещение?
— Разумная предосторожность — не более. Монетка в патроне настенной лампы. Предпочитаю оставаться неизвестным. Дольше проживешь… Поэтому я и попросил, чтобы мой помощник вызвал вас в вестибюль, не хотелось, чтобы запомнили моё лицо. А это было неизбежно, постучись я к вам в дверь просто так.