Психбольница
Шрифт:
А дальше надо было пересекать железнодорожные пути. Люди в желтых жилетах сновали около разрушенной бетонной арки, орудуя какими-то незамысловатыми инструментами. Саша очень не хотел попасться им на глаза, дабы избежать лишних проблем. Спину тяготил рюкзак со скудным наполнением из нескольких тетрадей и учебников, голову – груз ответственности перед военкоматом. Сделав рывок, юноша перепрыгнул через первую пару рельсов, а затем и через вторую. Впереди зияло отверстие в заборе. Туда и устремился новоиспеченный нарушитель. Люди в жилетах даже не подняли голов, не отрываясь от своих, наверное, очень интересных дел. Александр прошмыгнул
Снег сыпал прямо как зимой. Того и гляди елки нарядятся в гирлянды, а потом и вовсе наступит Новый год. На щеках плясал мороз, в бровях путались снежинки. Лужи уже успели замерзнуть и стали подобно чистейшим зеркалам, которые так и хотелось раздавить ногой. Этим юноша и занялся, дабы немного отвлечься.
Телефон почти сел. Уровень заряда батарейки стремительно таял. Вроде бы Александр уже вышел на параллельную больнице улицу, но уверенности в этом было ничтожно мало. Благо горнолыжная куртка спасала от снега и мороза. Мимо промчался очередной железнодорожный состав, ветер в очередной раз дотронулся до губ юноши.
Время тянулось к вечеру, а результаты были ничтожными, если вообще можно было о них так лестно выразиться. Одинокий путник устал, промочил шапку таящим снегом, проклял все на свете, не обделив вниманием беззубого психиатра, выписавшего направление. Вместо того, чтобы торчать на морозе в какой-то глуши, Александр мог бы сидеть дома и сладко дремать после очередного учебного дня. Но нет! Он обречен скитаться по лесу и искать неведомый сумасшедший дом. Вороны презрительно закаркали, опять раздался громкий лай. Дорога плавно заворачивала влево, и где-то между бедных крон показалось бетонное строение. На обочине стоял знак ограничения скорости и табличка «осторожно дети». Забавно. Если поставить двоеточие, то получается, что надо бояться каких-то детей. Возможно, они грабят и убивают, а, возможно просто едят неосторожных прохожих заживо.
Среди нестройных деревьев красовался ржавый столб, а к нему крепился прямоугольный указатель. На железке выцвела стрелочка и надпись «психиатрическая больница № 6».
– Нашел! – воскликнул Саша и протер лоб. – Долго же я шел сюда.
Теперь дорога была всего одна – вперед. И захочешь, не потеряешься. Снег перестал сыпать из свинцовых облаков, на какую-то секунду даже вылезло солнце. Ветер гонял по дороге сухие листья, которые превратились в бледных трупов, оторванных от родного дома. Всему этому неустанно вторили вороны.
«Подходящее местечко для психушки. Лес и одна затоптанная дорожка. Ничего лишнего. Если прятаться, то есть шанс уже не найтись».
Саша ненадолго постоял рядом с указателем и продолжил путь. Впереди находился пост охраны. Цепь с красными кусочками ткани заменяла шлагбаум. Вместо уютного домика с креслом и телевизором – стол на открытом воздухе и старый стул. За столом сидел типичный охранник, который читал книгу. А что ему еще оставалось делать? Не ходить же взад-вперед, пиная веточки с шишками. Вот и сидит, мозг развивает. Прямо к импровизированному посту охраны прислонялся двухэтажный желтый дом. На углу висела табличка с номером «14». Александр обрадовался и поспешил подойти к «шлагбауму».
– Извините, – сказал он.
Мужчина оторвался от книги и поднял полные безразличия глаза.
– Это улица Кустовая и четырнадцатый дом? Я от военного комиссариата пришел проходить обследование.
Охранник задумался.
Саша было решил, что он стоит
– Вам к врачу надо или что? – пробубнил охранник, разведя руками.
– На обследование.
– Тогда вам прямо по аллее до конца. Слева будет нужное место.
– Спасибо, – поблагодарил юноша и тут же забыл весь маршрут.
Дабы не выглядеть полным дураком, Александр сделал умное лицо (что было в порядке вещей) и пересек лежащую цепь.
«Ладно, разберемся. Не могут же здесь все двери быть серыми и открытыми».
Как оказалось, могут.
Юноша зашел в одноэтажное строение желтого цвета и попал в небольшую комнатку. На столе, что стоял прямо рядом с дверью, лежали медицинские карточки. Под стеклом, покрывающим все деревянное полотно стола, красовалась бумажка с именем человека и припиской «F21.8 – госпитализировать обязательно». При этом последние слова были дополнительно выделены зеленым маркером.
Саша снял шапку и уселся на кушетку. Ждал. Чего ждал не понятно.
Вошла худосочная старушка с идеально белыми волосами и покосилась на юношу.
– Поступать пришли? Сейчас устроим.
Старушка указала на рюкзак за спиной гостя.
– Нет, нет! – вскочил Александр. – Я на обследование от военной комиссии.
– Так вам надо идти по центральной аллее и свернуть налево. Серая дверь. Скорее всего, открытая.
– Большое вам спасибо.
Юноша с радостью покинул строение и сразу после этого забыл, куда надо идти. Никудышная память!
Делать нечего. Саша сунулся в первую серую дверь. Она была открыта. В темном помещении пахло едой. Пахло очень аппетитно, учитывая еще и то, что во рту юношу с утра не было ни крошки. Решив, что это явно не то место, несчастный вернулся на улицу. Через присыпанную снегом тропу шагал человек в серой куртке.
– Вам в диспансер? – спросил он.
Тут в голове Александра вспыхнули слова психиатра из военкомата.
– Да! Это именно то, что я ищу!
– Тогда идите до конца аллеи и поверните налево. Там серая дверь, не спутаете.
– Вы мне так помогли. Спасибо огромное.
Юноша вышел на злосчастную аллею, которую надо было пройти до конца. Сбоку росли кусты, а в них пряталась табличка. При первом взгляде на нее становилось понятно, что эту аллею посадили в честь семидесятилетия победы в Великой отечественной войне.
Здание больницы было отнюдь не двухэтажным бараком с номером «14», а красивейшей постройкой советской эпохи. Белый фасад скруглялся, образуя своеобразный цилиндр. Ровный ряд колон создавал чувство монументальности. В некоторых местах покрытие облупилось, обнажая серый цвет бетона. Какие-то вандалы изуродовали часть постройки кривой надписью, впрочем, давно выцветшей и почти невидимой простому глазу. Лестница вела наверх. Огромные окна казались широко раскрытыми глазами какого-то левиафана. В них отражались деревья, что росли напротив. Потрясающее зрелище. Ничего более красивого Александр не видел, хоть и побывал в Оксфорде, который так богат изящной архитектурой. Смотреть на здание больницы можно было бесконечно долго. Юноша достал телефон и сделал несколько снимков с разных ракурсов. Здание было величественным и молчаливым. Птицы сидели на железной оградке и смотрели вниз. Там бродил какой-то потерянного вида человек с рюкзаком на плечах. Он что-то искал, озираясь по сторонам.