Пташки

Грин Эмилия

Все молчали до момента, пока мы не припарковались около больничной парковки.

– Полина, пойдем, я отведу тебя к отцу, – обратился ко мне Воронов-старший, – он ждет тебя.

Сцепив стучащие зубы, я кивнула, посеменив за ним следом. И вроде даже получилось держать себя в руках… Ровно до того момента, пока я не заметила папу, сидящего на диване. Я увидела его раньше, чем он меня, порывисто выдыхая.

В этот миг отец поднял на меня взгляд – лицо бледное, губы бескровны. Он встал, и я понеслась к нему на дрожащих ногах,

неловко падая в самые родные объятия.

– Полина… Ну, слава Богу! – протянул он с облегчением, утягивая меня за собой на диван.

– Как мама? – зашептала я, дрожащим голосом.

– Успокоилась, когда узнала, что вас нашли. Она недавно уснула. Врач толковый попался, – отец устало потер переносицу. – Но в течение следующих нескольких дней необходим полный покой. А потом транспортируем ее в Москву.

– Пап… Прости меня! – пытаясь унять неконтролируемые слезы. – Это все из-за меня… Так тупо… мама… малыш…

– Полина, мы все очень испугались… – отец прижался губами к моему виску, крепче стискивая меня в объятиях. – Вроде продумали все до мелочей. Кто ж знал, что этот гид-идиот разрешит вам идти в одиночку? По инструктажу вы должны были вернуться на базу…

– Это я виновата – уперлась, что у меня день рождения! Не терпелось отметить со всеми вместе… Вот мы с Вороновым и решили срезать путь. Срезали, на свою голову, – разумеется, я умолчала о нашем купании в ледяном водоеме и дальнейших эротических приключениях.

– Нет смысла перекладывать друг на другу вину… Главное, чтобы Маша поскорее пошла на поправку, – царапнув его дрогнувшие губы расфокусированным взглядом, меня снова накрыло бесконтрольным чувством вины.

Сейчас наше решение идти самостоятельно уже не казалось таким уж крутым и смелым, а, учитывая, к чему все это привело, и вовсе отдавало слабоумием.

Только я в тот момент была так ослеплена своими чувствами к Сашке, что даже не могла предположить подобных последствий – мои родители чуть не умерли от волнения, мама могла потерять малыша…

– Пап, тебе надо поспать… – пробормотала я, всматриваясь в его усталые прищуренные глаза, подернутые поволокой волнения. – Наверняка ведь сегодня глаз не сомкнул?

– Не мешало бы… – он горестно усмехнулся. – Я снял еще одну палату – пойду вздремну, пока Маша спит. А ты поезжай вместе с Вороновыми на базу. Созвонимся после обеда?

– Я никуда не поеду, пока не увижу маму… – произнесла я твердо.

– Поль, она может проспать до вечера. Нечего тебе здесь делать.

– Ну, уж нет. Это из-за меня она так перенервничала, – категорично отразила я.

Отец вздохнул, но больше спорить не стал.

– Можешь передать всем, чтобы возвращались на базу? Я оставил свой телефон заряжаться в палате.

– Конечно, передам, а ты иди отсыпайся. Если мама проснется раньше, я с ней посижу…

Однако найти всех оказалось не так-то просто, а дозвониться у меня не получилось.

Сперва,

я подумала, что они уже уехали, но внедорожник Завьялова оставался на парковке. Я подумала, что они могли отправиться в местный кафетерий, уточнив у одной из медсестер, есть ли что-то подобное в шаговой доступности.

Бинго.

Небольшая кафешка располагалась в одном из многочисленных больничных закутков. Добравшись до нее, я обнаружила крошечный киоск с гордым названием «Кафе», только и здесь мужчин не было. Зато я прикупила в этом «кафе» стакан с растворимым кофе, продолжив свои поиски.

Правда, пришлось прерваться на разговор с Алиной, которая, как выяснилось, тоже не смогла дозвониться ни до кого из своих, от безысходности набрав меня.

Упав на неудобную железную скамью, я несколько минут рассказывала маме Сашки о наших злоключениях, а закончив разговор, направилась обратно, увидев Сашу с отцом в открытое нараспашку окно.

Потягивая кофе из термостаканов, мужчины упали на залитую солнцем скамейку, о чем-то тихо переговариваясь. Я подошла ближе, собираясь уже их окликнуть, но внезапно так и застыла, услышав обрывок разговора…

– Не смог побороть соблазн? – сухо поинтересовался отец у сына, и между мужчинами установилась некомфортная тишина.

Сашка покаянно опустил голову. Я сжала челюсти, травя в себе нарастающее чувство беспокойства. Оно мешало думать, заполняя мысли множащимися знаками вопросов.

Не смог побороть соблазн?

Это что же получается, он обсуждал с отцом наш… наш первый раз? Саша обо всем ему рассказал? Разумеется, я бы предпочла, чтобы случившееся в палатке оставалось сугубо между нами. Кажется, таким и был уговор…

Нашли, блин, тему для обсуждения. Стыдливо сжавшись, я почувствовала себя будто голой, не совсем понимая, как на это реагировать.

Так и не дождавшись ответа, Воронов-старший холодно рубанул.

– Ты меня разочаровал, сын…

Пауза.

Нервозно прикусив губу, я немного подалась вперед, опасаясь пропустить хоть слово, пока волны паники затапливали мое нутро. Кошмар. Просто кошмар. И тут Сашка почти беззвучно произнес.

– Бать, я конкретно облажался. Полинку жаль…

Полинку жаль!

Он вновь замолчал. А я… Ладонь ко рту. Зубами по губе. До крови. Отшатнувшись в сторону, я какое-то время бесполезно пыталась собраться, наблюдая за удаляющимися спинами отца и сына.

Глава 33

POV Саша

– Какая-то хрень со связью, – батя тихо выругался. – До Кремля проще дозвониться, чем до твоей мамы! – он сделал глоток отвратного кофе, непроизвольно поморщившись – другого в больничном кафетерии приобрести было нельзя.