Пташки
Шрифт:
– Кофе пить пойдем? С шоколадкой? – папа вымученно улыбнулся.
– Ты иди, а я поеду домой пацанов кормить. Их скоро привезут с занятий. Успокою их, наконец. Ты ведь сегодня снова здесь останешься?
В последние дни отец арендовал семейную палату, ночуя с мамой.
– Да. Дождусь ее пробуждения. Надеюсь, ее сегодня уже переведут в обычную палату, – с нотками беспокойства в голосе, проникновенно глядя мне в глаза. – Поль, скажи мальчишкам, что я вечером им позвоню. Сейчас немного в себя приду… – он опустил голову, прикрывая лицо ладонями.
–
Когда отец не ответил, лишь порывисто вздохнув, я обняла его, как в детстве, когда мне было страшно.
– Я все им скажу, не волнуйся. Иди, тоже отдохни… Попозже созвонимся. Держи меня в курсе…
***
Камеры у въезда в поселок автоматически распознали номер, шлагбаум плавно поднялся, и вскоре отцовский водитель остановился около нашего дома.
Мой взгляд скользнул по незнакомому седану марки «Лексус».
Дверь открылась, и из нее вышел Женя, правда, мне потребовалось несколько мгновений, чтобы признать в этом «незнакомце» Завьялова.
Он выглядел так непривычно, что я нехотя обвела парня внимательным взглядом.
Его волосы были уложены в пижонскую «мокрую» укладку, на лице бликовали очки-авиаторы, а зауженные джинсы чересчур обтягивали накаченные ноги в белоснежных кроссовках Balenciaga. Но больше всего бросались в глаза его дорогущие часы.
Вот так метаморфозы за какие-то считанные недели!
– Поль, привет! – хрипло поздоровался Завьялов, во все глаза вглядываясь в мое напряженное лицо.
– Привет, Жень… А ты как попал в поселок?
– Ты разве не знаешь? – глядя на меня с легким разочарованием. – Отец не говорил?
Я натянуто улыбнулась, лихорадочно соображая, когда в последний раз обсуждала Завьяловых с папой, да так и не смогла вспомнить…
– Мы с батей сняли дом в вашем поселке! – самодовольно стукнув себя кулаком в грудь. – Он мне, кстати, тачку подогнал в честь нашего переезда в Москву! – косясь на свою пафосную «ласточку». – Так что мы теперь соседи, Поль. Можем ходить друг к другу в гости.
– О, ничего себе…
– Отец попросил меня передать через тебя документы для твоего бати – он с утра не может до него дозвониться. Ну, я и подумал… Все равно давно собирался к тебе заехать, – Женя вдруг наклонился к салону машины и достал из неё большую коробку с логотипом кондитерской «Сахарок».
Он приторно улыбнулся, явно напрашиваясь на приглашение.
Вот же ж…
– Или можем до кафешки на въезде прокатиться? – выстрелил вопросом он, прищурив глаза.
– Пойдем уже в дом, – стараясь скрыть раздражение, я достала из сумки связку ключей с брелком, поспешно открывая ворота.
***
– Поздравляю от всей души! – искренне отреагировал незваный гость, аккуратно развязывая ленту на коробке. – Твоя мама героиня, конечно. Четвёртый ребёнок – это мощно.
– Да, – я поставила чайник, избегая его взгляда. – Родился прилично раньше срока, но врачи говорят,
– О, ну это же отлично! – Женя улыбнулся, пододвигая ко мне пирожное. – Хорошо все, что хорошо заканчивается… – он задумчиво прикусил губу.
– Да уж… А как все весело начиналось, – мрачно усмехнувшись, я откусила кусочек «Наполеона». – Скажи же? – вспоминая наши танцы на пляже и посиделки у костра.
– Жаль, тебя не было на базе в последние пару дней, – негромко добавил Завьялов, и я вдруг ощутила, как нехорошо засосало под ложечкой.
– А что, я многое пропустила? –поинтересовалась на автомате.
– Да не особо, – Женька пожал плечами. – Мы ж без вас сидели ниже травы… Просто толком не успели попрощаться, – горестно вздохнув. – Все как-то нелепо вышло с моей ногой… Вот шли бы все вместе, и за пару часов дошли бы до базы. Кстати, как вы с Сашкой в лесу-то переночевали? – впиваясь пристальным взглядом в мое лицо.
Как мы переночевали…
– Все обошлось. Какой смысл теперь вспоминать? – ровно отразила я.
– Воронов хоть с палаткой справился? А то, судя по тому, что я от него слышал, он у нас «белоручка»! – Женя ухмыльнулся, откусывая пирожное.
В воздухе заклубилось напряжение.
– А что ты от него слышал? – сжимая пальцами салфетку, негромко уточнила я.
– Ой, да ничего такого… – тут же отмахнулся Женька. – В последний вечер, когда мы закрывали сезон у костра, Сашка проговорился, типа жалеет, что вместе с Агатой не уехал… Вот я и подумал – это ваше лесное рандеву, наверное, ему так подпортило впечатление? Не удивлюсь, если, прежде чем собрать палатку, Сашка два часа гуглил? – Завьялов глумливо заржал.
– В лесу связь не ловит, – поправила его я, глядя в стол, в попытке взять себя в руки…
Глава 40
Александр
За окном уже сгущались сумерки, длинные тени от библиотечных стеллажей ползли по столу, напоминая паутину. Я потёр глаза, пытаясь прогнать навязчивую тяжесть в веках.
Строчки в учебнике расплывались, превращаясь в чёрные кляксы. Еще пара страниц, еще один билет… Но силы практически иссякли.
Сглатывая скопившуюся слюну, я откинулся на спинку стула, позволив себе на секунду закрыть глаза.
Конкретно загнался. Но иначе было нельзя. Не ради науки старался, а потому что только так можно было скорее выполнить свою часть договора с дядей Артемом.
Он сделал все возможное и невозможное, чтобы, не дожидаясь окончания семестра, помочь мне перевестись в Москву. Дело за малым – экстерном сдать необходимые экзамены, и привет Родина.
Привет, Полина.
Я снова покосился на экран телефона - вдруг ответ уже пришел, а я не услышал? Нет. Ничего. Когда я ей написал? Минут десять назад? А вчера так и не перезвонила, хоть и обещала. На мой звонок тоже не ответила.