Пульс
Шрифт:
Он закрыл глаза и, запрокинув голову назад, застонал. Снова посмотрев на неё, он провел пальцами по клитору, собирая соки. Подняв руку, провел пальцами по её губам. Она приоткрыла губы и застонала, когда он засунул пальцы в рот. Она схватила его руку и, дразняще глядя на него, слизала свою влагу с его пальцев, зубами слегка прикусывая его кожу.
– После того как я закончу трахать тебя, я собираюсь любить тебя. Начиная с той минуты, когда мое тело прикоснется к твоему, больше никто и никогда не сделает этого. Я люблю тебя, но сначала я должен трахнуть тебя. Ты меня понимаешь? –
– Да, – выдохнула она, потянувшись к его члену.
– Скажи это, малышка. – Он зарылся рукой в её волосы, нежно пропуская локоны сквозь пальцы. Другой он помогал ей ласкать его длину. Его зубы сжались, голос срывался: – Мне нужно услышать от тебя, прежде чем я это сделаю.
Между ног Эмили нарастало давление, увеличивалась пульсация. Застонав, она провела языком по его скуле.
– Пожалуйста, Гэвин. Я хочу, чтобы ты трахнул меня. Трахни меня… Жестко.
На его губах появилась беспощадная улыбка, и он приказал пугающе спокойным голосом:
– Повернись.
Не дыша, Эмили смотрела на него, облизнув губы, ее затвердевшие соски упирались в его грудь. Эмили медленно повернулась, чувствуя, как руки Гэвина скользят вниз по талии. По телу прокатилась дрожь, когда он, сжав бедра, поставил на кровать её колено. Прижав бедра к попе, Гэвин наклонил её над кроватью. Провел костяшками пальцев дорожку вдоль великолепных изгибов её позвоночника, после чего грудью прижался к спине. Он провел языком по ушку Эмили, с её ответным стоном его чувства обострились, и он толкнул головку члена в её влажный вход. Одной рукой придерживая её в районе солнечного сплетения, а другой обхватив за шею, он толкнулся в неё. Её лоно тут же сжалось, затягивая его глубже. Её рваное дыхание и голодные стоны заставляли его кожу пылать, посылая по венам горящую лаву. Господи, такая горячая и тугая; все, что он мог сделать, чтобы обуздать свою потребность – это погрузиться в неё еще глубже.
– Скажи, как сильно ты любишь меня, Эмили, – простонал он, сильнее вдалбливаясь в неё и властно сжимая бедра.
Он толкнулся глубже, больно растягивая её, но для Эмили это ощущалось потрясающе. Потом он полностью вышел, оставив её с пульсирующей болью в коленях. Задыхаясь, она выкрикнула, почти умоляя:
– Я люблю тебя больше всего на свете, Гэвин. – Вцепившись ногтями в простыни, она подставила ему попу. – Пожалуйста, не останавливайся. Пожалуйста.
Он направил головку члена в её тепло, всего на дюйм заполнил и снова вышел.
Желание пылало в Эмили, тугим узлом затягиваясь где-то глубоко в животе. Когда гигантский прилив кислорода заполнил легкие, ее голос задрожал:
– Что ты делаешь? О Господи, Гэвин. Пожалуйста!
Он уткнулся лицом в изгиб её шеи, большим пальцем потер сосок, другой рукой коснулся клитора.
– Скажи, что ты моя. – Напряженно прошептал он ей на ухо.
Она потерлась головой о его грудь и простонала:
– Я твоя! Только твоя! Трахни меня сейчас!
Он куснул её плечо, прижал руку к животу и вошел в неё каждым своим дюймом. Эмили напряглась и застонала, её плоть сжимала его плотнее прежнего. Член пульсировал. Жар её тела передавался ему по коже, когда он погружался глубже, еще больше растягивая. Удовольствие
Эмили захныкала и обмякла под ним. Легкие работали быстро и тяжело, тело гудело, готовое развалиться на двое, когда он начал бесконтрольно двигаться. Гэвин прижался ртом к её шее, жадно лаская языком.
– Черт! Скажи снова. Скажи, как сильно ты меня любишь, Эмили.
Сжав его волосы, Эмили повернула голову и, тяжело дыша, через плечо посмотрела в его голубые глаза. Именно в этот момент она поняла, что он боится, моргнув, обнаружить, что она испарилась в воздухе. Её накрыло чувство вины. Она перестала двигаться в такт ему.
Гэвин тоже остановился, на его лице появилась тревога.
– Я сделал тебе больно? – большим пальцем он провел по её губам. – Боже, малышка, прости, если сделал. Я бы никогда не обидел тебя. Никогда.
Она покачала головой и, выпрямляясь, развернулась.
– Нет, ты не сделал мне больно, и знаю, что никогда бы не сделал. – Она обняла его за шею. Почувствовав облегчение, он, найдя её губы, целовал неистово и жадно. Эмили отодвинулась, и ее голос был тихим и мягким:
– Гэвин, пожалуйста, остановись.
Гэвин замер в замешательстве и сделал шаг назад.
– Что не так?
– Я никуда не уйду, Гэвин. Никуда, – прошептала она и, нежно взяв его за руку, потянула его к кровати. – Ляг для меня.
Подняв темные брови, он впился в неё взглядом и выполнил её просьбу. Приподнявшись на локтях, он смотрел, как она медленно подползла к нему.
Они оба едва не задохнулись от эмоций, когда она легла сверху. Эмили наклонилась и нежно и мягко поцеловала его в губы. Закрыв глаза, Гэвин обнял её.
– Нет, – выдохнула она, плавно повертев бедрами и чувствуя, как её тело пульсировало. – Смотри на меня, Гэвин. Я хочу, чтобы ты смотрел на меня, когда я буду любить тебя.
Он распахнул глаза, а Эмили потянулась к его рукам и положила их на свою грудь. Гэвин схватил их, каждую массируя пальцами. Его тело задрожало, Гэвин застонал и толкнулся в неё. Он почувствовал, как Эмили со вздохом опустилась на него. Она напряженно двигалась, каждое движение отзывалось в его теле.
Сев прямо и рассчитав каждое движение, Эмили накрыла его руки, ласкающие грудь, своими.
– Все это твое, Гэвин. Только твое, – выгнув спину, Эмили положила одну руку ему на живот, другой дотронулась до клитора. Ее взгляд был устремлен на Гэвина, бедра двигались все быстрее, а дыхание участилось. – Это для тебя. Ни один другой мужчина никогда не прикоснется ко мне. – Ее голос дрожал, где-то внутри вспыхнула ноющая боль, пронизывающая каждый нерв. Она видела, как Гэвин закусывает нижнюю губу, его тело становится жестким и напряженным. Она немного откинулась назад, проводя ногтями по его яичкам.