Путь Гладиатора. Калин
Шрифт:
– Ты сможешь! — импульсивно воскликнула девушка. — Леон! Я могу отдать тебе свои акции!
– Нет! — Его отказ прозвучал слишком резко. — Мы ведь уже обсуждали это раньше. Риск слишком велик. Ассоциация Прядильщиков будет действовать как единая группа — в противном случае ее члены погибнут поодиночке. Иного выбора нет.
– Ты мог бы улететь с планеты, — предложила девушка. — Куда–нибудь.
– Бежать?
– Всего лишь слово, — раздраженно бросила Квара. — Неужели ты должен умереть, когда каждый день улетают звездолеты?
Леон нахмурился, вынужденный
– Ты должен жить, — настаивала девушка, угадывая его мысли. — Ты должен хотя бы остаться в живых!
«Да, — признался он себе. — Но с чем? Нищим? Уж лучше умереть Акционером планеты Игрушка».
* * *
– Еще, — приказал Техон. Он весь подался вперед, прищурившись. — Еще десять фунтов.
Дюмарест покрылся потом, работая изо всех сил. Он стоял, обнаженный по пояс, крепко упершись в стенку тренажера. Обе руки были вытянуты, он сжимал рычаг, напрягая мышцы рук, спины и плеч, и пытался удержать его на месте. Иначе выброшенный вперед рычаг остановился бы аккурат перед его грудью и поразил бы Дюмареста электрическим разрядом. Уже дважды такое случалось, и он отнюдь не горел желанием еще раз испытать эту боль.
– Еще десять, — резко повторил хозяин. Поднявшись со стула, он встал рядом с тренажером и внимательным взглядом окинул лицо Дюмареста, в то время как Крул увеличивал нагрузку. Он увидел выступивший на лбу пот, напрягшиеся мышцы, ярость в глазах. — Вообще–то лучшие тренажеры не обязательно должны быть какими–то усложненными, — хмыкнул он. — Впрочем, для достижения максимального результата не обойтись и без стимулов. И самый мощный из них — желание избежать боли. Просто удивительно, сколько человек способен отыскать в себе скрытых резервов, если на него подействовать подобной угрозой. — Он повысил голос: — Добавь еще десять.
Дотронувшись кончиками пальцев до руки Дюмареста, он почувствовал дрожь напрягшихся под кожей мышц.
– Еще немного, пожалуй, — задумчиво произнес он. — Ты и так уже добился замечательных результатов. — Техон помолчал, думая, сколько еще можно добавить к нагрузке. «Не слишком много», — решил он. Отступив от Дюмареста, он сказал: — Добавь еще пять.
Но не успел Крул исполнить приказ хозяина, как Дюмарест начал действовать. Он отпустил рычаг и поднырнул под него так, чтобы избежать болезненного удара током. Техон покачал головой, правой рукой поглаживая левое запястье.
– Неужели ты никогда не научишься? Сколько мне придется еще учить тебя повиновению? Ты должен выдерживать нагрузку столько времени, насколько хватит сил. Как иначе смогу я определить предел твоих возможностей?
Дюмарест с яростью посмотрел на хозяина:
– Предел чего? Моего терпения выносить
И рухнул на пол, сраженный болью.
Дюмарест пришел в себя, когда на него вылили воду. Он поднялся, вода сбегала по его лицу, капала на маты. Он сделал глубокий, с дрожью во всем теле вдох, потом расслабился. Пока на нем ошейник, он не сможет избегать ударов электронного кнута.
– Так–то лучше, — проворчал Техон. Он подошел ближе и встал прямо перед Дюмарестом. — Послушай, — резко произнес он. — Я затратил на тебя свое время и деньги. Больше ста часов терапии замедленного времени. Применил на тебе лучшие методы тренировок. Нарастил на твоих костях плоть и мускулы. Я честный человек, — закончил он. — Я не прошу благодарности. Я лишь требую сотрудничества.
– Я буду сотрудничать, — ответил Дюмарест.
– Будешь, — тихо подтвердил Техон. — Будешь — или же я иссушу твои мозги постоянными наказаниями. Я заставлю тебя выть, ползать, как собаку, молить о прощении. Подумай об этом, дружище. Здесь только один хозяин — я.
Он окинул взглядом гимнастический зал. Тренировка шла полным ходом. На тренажерах занимались как молодые, так и те, кто постарше, и большинство из них имели на теле шрамы от полученных ранее ран. Они старательно избегали встречи со взглядом хозяина. Техон кивнул, глядя на Дюмареста.
– Они оценили урок, — усмехнулся он. — А теперь умойся и поешь. Потом мы продолжим твою тренировку.
* * *
В зале давно возникло нечто вроде товарищества. Тренирующиеся с интересом следили за успехами товарищей, учились друг у друга, отмечали слабые и сильные стороны, заранее не зная, когда их поставят драться друг против друга. Впрочем, такое случалось нечасто, и во время перерывов на обед они могли немного расслабиться.
– Ты выбрал неправильную тактику поведения с хозяином, — сказал один из рабов, наливая себе добавки из аппетитно пахнувшей кастрюли. В каше было много белков, и отсутствовали жирообразующие углеводы. Фрукты трех разных видов и слабое кислое вино завершали меню. — Получше узнав Техона, ты поймешь, что он не так уж и плох.
Дюмарест оторвал взгляд от тарелки:
– А может, я не хочу узнавать его поближе.
– Разве у тебя есть выбор? — Собеседник Дюмареста сделал глоток вина. — Ты его собственность, — напомнил он. — Его раб. Как и все мы. Однако все обстоит не так уж скверно, если вести себя по–умному. Хорошая еда, мягкая постель, развлечения сейчас и потом. — Он подмигнул Дюмаресту.
– Техон обеспокоен, — вставил еще один человек. — Он получил концессию на организацию увеселительных мероприятий на празднестве Дня Дивиденда во дворце Властителя Игрушки. И этим развлечением будем мы, — добавил он. — Это означает для него очень многое. И он уж постарается оставить о себе хорошее впечатление.
– Это многое значит для него, но не для нас, — поморщился человек, сидевший напротив Дюмареста. — Мы заработаем себе увечья, а он — уважение и репутацию! — Раб потянулся к кувшину с вином. — Что ж, такова жизнь.