Путь меча
Шрифт:
Конная имперская охрана, посланная разогнать бунтовщиков, прокладывала себе дорогу, выезжая из ворот ограды. В этом месте была такая плотная толпа, что людям некуда было спастись от копыт лошадей и мечей стражи. Всадники беспощадно рубили несчастных, их жертвы пронзительно кричали и размахивали руками, пытаясь увернуться. Толпа потащила Йоши и Айтаку прочь от дворца. Стража рубила толпу. Кровь, хлынувшая из обезглавленного туловища, залила улицу, превратив ее в скользкую реку; женщина, у которой была от плеча отсечена рука, кричала так отчаянно, что ее было слышно за два квартала.
— Надо пробиваться в восточном направлении, —
Йоши споткнулся, и его пальцы разжались, — они сразу оказались разъединены. Айтаку толпа увлекла по одну сторону от фонаря, Йоши — по другую.
«Айтака!» — напрасно кричал Йоши. Он с трудом удерживался на ногах, еще быстрее увлекаемый толпой.
Оба людских потока соединились на углу. Йоши отчаянно искал Айтаку. Совсем недалеко впереди крики усилились. Два имперских стража, проскакавшие вперед, теперь прорубали себе дорогу назад — против движения. Йоши увидел Айтаку, он был близко впереди, на расстоянии нескольких футов. Он снова позвал его, но в этот момент Айтака поскользнулся и упал почти под копыта передней лошади.
Самурай поднял меч и нагнулся над упавшим. Собрав последние силы, Йоши ринулся вперед и схватил нападавшего за руку. С удивленным выражением лица самурай медленно выскользнул из седла и упал на землю. Меч его упал рядом с Йоши. Йоши бессознательно схватил его и вонзил в тело упавшего самурая. Он помог Айтаке подняться; орущая толпа затоптала раненого самурая.
Другой самурай видел происшедшее и с пронзительным боевым кличем направил коня в сторону Йоши и Айтаки. Он размахивал окровавленным мечом, пытаясь прорубиться сквозь обезумевшую толпу, но продвигался сквозь плотную людскую массу очень медленно. Понимая, что его жертвы могут ускользнуть, он подал знак другим стражам на дальнем конце улицы. Он указал на Йоши и закричал, пытаясь перекрыть шум толпы. Вряд ли его слова можно было разобрать, но смысл был ясен.
Йоши и Айтака замерли: сейчас на них нападет весь отряд. Окружавшие их люди метались в слепой панике; одни пытались прорваться вперед, другие бежали назад, Стража быстро приближалась.
— Скорей! Прочь с этой улицы! Они ловят тебя! — Айтака тянул Йоши за платье. — Иди за мной. Я знаю, как спастись.
У Йоши все внутри сжалось, когда он понял, что ему грозит. Айтака тянул его, чтобы затеряться в толпе, направляясь к узкому проходу между двумя зданиями. Они незаметно проскользнули в узкий переулок и побежали по извилистой дорожке прочь от ревущей толпы.
Теперь, когда улица Ниджо была позади, они быстро шли, прижимаясь к стенам, согнувшись, перебегали перекрестки, изо всех сил стараясь увеличить расстояние между собой и имперской стражей.
Айтака привел Йоши к маленькому домику на краю города, где пересекались улицы Киогоку и Шиджо, всего в нескольких кварталах от места резни. К востоку пролегал участок дороги на Токайдо. Вишневые рощи тянулись к зеленым холмам горы Хией. Стрекот сверчков звучал в вечернем воздухе. Толпа осталась далеко позади.
— Мы можем располагаться в этом доме. Он принадлежит друзьям, они ушли в паломничество, — сказал Айтака. — Здесь мы будем
ГЛАВА 11
Айтака каждый день выходил в город и сообщал Йоши о разыскивающих его сыщиках. На улицах были расклеены объявления, обещавшие десять золотых монет за его арест. Йоши сделался героем в глазах многих людей, живших в постоянном страхе перед имперской стражей. Простой человек, осмелившийся убить конного самурая!
Друзья Айтаки вернулись из паломничества на четвертый день. Когда Айтака рассказал им о событиях, которые привели в их дом этого гостя, они были в восторге, поздравляли Йоши, называли храбрецом и потребовали, чтобы он выпил с ними сакэ по случаю этого события. Лишь через несколько часов после возвращения они задумались о своем положении — они укрывали беглеца! Хотя они продолжали держаться дружелюбно, Йоши почувствовал их беспокойство. Он понял, что они боятся последствий в случае, если бы его нашли у них. Он решил уйти в тот же вечер. Айтака сообщил, что розыск почти прекращен. Йоши ничего не грозит, если он будет держаться в стороне от уличной толпы и тех мест, где собиралась стража. Он переоденется купцом и пробудет сутки в одной из крупных гостиниц, а на следующий вечер уйдет из города. Йоши распрощался после наступления темноты. Слова Айтаки, желавшего ему удачи и обещавшего поддержку, еще звучали у него в ушах, когда он выскользнул из дому. Он шел боковыми улицами, пряча лицо в тени. По пути не было никаких происшествий: ночью на улицах было мало народа. Вскоре он увидел огни гостиницы и поспешил туда.
Центральное помещение гостиницы было освещено масляными лампами, издававшими неприятный сладковатый запах. Хозяин сказал ему, что одна комната свободна и он может ее снять за две золотых монеты. На комнаты большой спрос, так много народу приехало в город. Уж извините, что так дорого.
Хозяин хлопнул в ладоши, и в зал вошла молодая девушка. Ее движения были быстры, грациозны, она шла маленькими шажками, опустив голову.
— Позаботься о нашем уважаемом госте так, как он захочет, — сказал хозяин, едва заметно кивнув головой. — Он хорошо заплатил за твои услуги.
Девушка поклонилась, не поднимая головы. Хозяин улыбнулся Йоши.
— Она исполнит любое ваше желание, — сказал он. — Если вы будете чем-либо недовольны, непременно скажите мне. — Он вышел, еще раз грозно взглянув на девушку.
— Я уверен, что у меня не будет причин для недовольства, — сказал Йоши. Он взял ее за подбородок и приподнял ее лицо. И у него перехватило дыхание. Теперь он понял, почему она не поднимала голову. На одной щеке был багровый синяк, а глаз распух и был почти закрыт.
— Ой, извини, — сказал Йоши. — Тебя обидели?
— Я не жалуюсь, — сказала девушка очень тихо.
— Как это произошло? Несчастный случай?
— Нет. Это один из гостей, выпивший слишком много сакэ. Он не хотел сделать ничего плохого. Пожалуйста, не будем говорить об этом.
Еще за неделю до этого Йоши не стал бы задумываться о трудностях жизни служанки гостиницы. Теперь, после недавних разговоров с Айтакой, он был в ужасе. Как жестоки были постояльцы, которые куражились над этими девушками. Он хотел дать ей понять, что он сочувствует и понимает ее огорчение. Но его ласковый тон и сочувственная улыбка вызвали обратный эффект. Девушка отступила на шаг и, казалось, была обеспокоена его поведением.