Путь меча
Шрифт:
Полсотни самураев одновременно соскочили со своих коней и сбросили обувь. Они побежали к мосту, одни с мечами, другие с копьями, смотря какое оружие они предпочитали. Там, где мост кончался, на балку можно было ступить только одному бойцу. Забыв о дисциплине, самураи дрались друг с другом за возможность добыть славу и обещанную награду.
Мейшу ждал на балке, замечая все изменения в окружающей обстановке. Небо стало лазурным, солнце уже клонилось к западу. Пролетела стая диких гусей, они кричали, как погибшие души. На другом берегу тысячи коней у подхода к мосту били копытами и беспокойно фыркали.
Первый самурай вышел на середину.
Четвертый боец начал с бешеного нападения мечом. Он размахивал мечом как безумный, не заботясь о своей жизни. Мейшу легко увернулся от первого нападения, экономя свои силы и стараясь затянуть бой, чтобы выиграть время. Наверняка этот сумасшедший поскользнется и упадет в реку. Мейшу был прав, но прежде чем этот четвертый упал, его меч врезался в копье Мейшу и срезал лезвие. Мейшу выбросил бесполезное древко и извлек свой меч, чтобы успеть схватиться со следующим.
Он встретил еще восемь человек, сменявших друг друга, головокружительной демонстрацией техники фехтования. Мейшу применял стиль зигзага, креста, водяного колеса, восьмерки, переплетения и стрекозы, и всех их отправил в реку.
Тринадцатый противник напал быстро, опустив голову. Мейшу ударил обеими руками по центру шлема. Шлем раскололся, и меч пробил череп самурая, разбрызгивая мозг и кровь; меч прошел вниз до грудной клетки, и там застрял. Когда убитый падал, меч Мейшу, застрявший в грудной клетке, закрутился и сломался у самой рукоятки.
Мейшу шагнул назад, вытирая с лица пот. Он хорошо сражался и победил тринадцать противников. Теперь, чем бы ни кончилась борьба — останется он жив или погибнет, — его репутация воина сохранится в последующих поколениях. Долго было тихо, к мосту никто не подходил. Потом, с боевым кличем, несколько человек подскочили к мосту, чтобы вступить в бой. Он извлек свой короткий меч, и даже в этом невыгодном положении ему удалось справиться со следующими пятью; он дрался с яростью берсерка. Получив несколько ран, Мейшу продолжал стоять на мосту, но в это время подошел Йоши и велел ему уйти.
— Дайте мне только второй длинный меч, сэнсэй, и я уничтожу всю их армию, — сказал монах. — Мне не нужна помощь. — Лицо его горело от возбуждения.
— Все-таки тебе надо отдохнуть, переменить броню и взять новое оружие. Не спорь! Уходи, прежде чем новый противник подойдет. У тебя есть еще возможность, если поспешишь. — Настойчивый тон Йоши образумил Мейшу. Он понял, что распоряжения его сэнсэя продиктованы здравым смыслом. Он потеснился, сохраняя неустойчивое равновесие, и поменялся местами с Йоши.
— Я вернусь скоро, как только смогу, — сказал Мейшу. Йоши уже занялся следующим противником и не ответил. Мейшу устало побрел к Бюодо-ин, где его тепло встретили и осыпали похвалами Йоримаса и принц. Он снял броню; на ней было шестьдесят три углубления, пять были прорезаны насквозь, и там находились небольшие ранки. Он привел себя в порядок, промыл раны и собирался опять надеть броню. Йоримаса сильной рукой остановил
— Нет, — сказал Йоримаса. Он крепко держал Мейшу за плечо. — Ты достаточно сделал здесь. У меня есть для тебя более важное поручение. — Он покачал головой, когда Мейшу хотел возразить. — Наша судьба зависит от тебя. Я надеялся, что монахи Нары пойдут на север, когда мы не явились в первый благоприятный день. Но, видимо, они наготове и ждут там моих распоряжений. Они не придут вовремя, чтобы спасти нас. Единственный выход таков: ты тайно уйдешь в Нару с письмом к командиру. Скажи им, что мы в осаде, и приведи их сюда. Если Тайра узнают тебя, они разгадают наш план, поэтому закрой лицо и иди… с помощью Будды… быстро!
Мейшу не хотелось уходить, хотя он понимал важность поручения. Без монахов-воинов Нары все будет потеряно.
— А мой сэнсэй? — спросил он, быстро надевая длинное платье с капюшоном.
— Мы его сменим, когда ты уйдешь. Он слишком нужен нам, чтобы рисковать им. Для него тоже есть важное место в моих планах, — ответил Йоримаса.
— Посмотрите на него, — сказал Мейшу, указывая на мост, где сверкал меч Йоши. — Он самый лучший воин во всей Японии.
— Я знаю, — сказал Йоримаса, — а ты — второй. Мейшу смиренно поклонился и без дальнейших разговоров отправился в долгий путь в Нару.
ГЛАВА 51
Чикара сердито смотрел на бой у моста. Вся его армия бездействовала, игра шла на руку врагу. Но при вызове на единоборство вероломство обернулось бы бесчестием и привело бы к недопустимой утрате влияния. В то время как он угрюмо обдумывал положение, ему доставили сообщение разведчика. Чикара быстро прочитал его. Лицо его посерело.
— Созвать командиров. Приведи их сюда немедленно, — приказал он своему адъютанту.
Через несколько минут более двадцати пяти командиров самураев столпились вокруг белого коня Чикары.
Солнце уже приближалось к горизонту, и длинные пурпурные облака плыли по темнеющему небу, подобно рыбачьим лодкам на Заливе Суруга. У моста Йоши передал свое место другому монаху-воину; последний сражался доблестно, вдохновленный примером Йоши и Мейшу.
Чикара изложил положение командирам:
— Если мы убьем их человека на мосту, его место займет другой. Своей тактикой замедления они уже слишком долго продержали нас здесь. Нам надо попасть на другой берег… и возможно быстрее. Мои лазутчики сообщают мне, что из Нары собирается выступить армия монахов-воинов. Они могут отправиться в любой момент. Вы все понимаете важность порученного нам дела. Для нас это может означать смерть, если мы потерпим неудачу, и награды — в случае успеха. — Он оглядел всех командиров поочередно; они беспокойно шевелились, сидя верхом. Никто не хотел нарушить наступившее молчание. Разве кто-нибудь решился бы предложить Чикаре какой-либо план действий?
Наконец один из старших командиров сказал:
— Мы можем перейти вброд, если пойдем на восток или на запад. — Все посмотрели на него как на сумасшедшего, и он добавил: — Есть места, где можно перейти реку, около Йодо, или Моарай, или Кавачиджи. В других местах Уджи перейти невозможно из-за дождей.
Чикара воспринял это предложение с неудовольствием.
— Если мы уйдем далеко, мы потеряем время и дадим возможность монахам Нары пополнить сопровождение принца. Их приход будет означать, что тот, за кем мы гонимся, ускользнет из ваших рук, — сказал он, хмуро глядя на пожилого командира.