Путь наемника
Шрифт:
— Не расскажешь, что тут произошло?
— Вообще-то история получится довольно долгая. Не знаю, госпожа, согласитесь ли вы ее выслушать от начала до конца. А если вкратце, то она затеяла спор и стала выторговывать себе право убить вас прямо здесь, пока вы лежали без движения. Кое-кто согласился. Она бы так и сделала, если бы… если бы я не помешал ей. Разумеется, просто спором или даже ссорой дело не обошлось. Слово за слово, мы схватились за оружие, и надо вам сказать, что я едва не погиб в этом поединке. Что-что, а держать меч в руках она умела. У меня ведь даже клинок переломился. Пришлось браться за кинжалы.
— Так это ты убил ее? — переспросила
— У меня не было выбора. Она не ушла бы, не добившись своего. — Все так же осторожно он подал Пакс мешок в вытянутой руке. — Вот, госпожа Паксенаррион, тут еще кое-какая еда. Вам обязательно нужно поесть…
Пакс отошла на несколько шагов от трупа Барры и, стараясь не делать резких движений, аккуратно села на землю. Она чувствовала, как по-прежнему ноют и болят некоторые раны на ее теле. «Почему не все? — мелькнуло у нее в голове. — Что же все-таки произошло?» Арвид остался стоять, а когда она жестом пригласила его сесть рядом, он опустился на землю на некотором расстоянии от нее. Паксенаррион мгновенно развязала мешок и извлекла из него котелок с чем-то горячим, плотно закрытый крышкой. Кроме того, пошарив на дне мешка, она обнаружила еще одну буханку хлеба. Когда она предложила Арвиду поделиться с ним пищей, тот только покачал головой и протянул ей ложку, вытянутую из кармана. Пакс с жадностью принялась за горячую кашу и свежий, только что испеченный хлеб.
— Арвид…
Услышав свое имя, Арвид едва не подпрыгнул на месте и напрягся до предела. Пакс вздохнула и чуть не рассмеялась, сравнив напуганного и смирного Арвида с тем уверенным в себе и в своих силах человеком, с которым она познакомилась в Бреверсбридже.
— Слушай, Арвид, я ведь не кусаюсь, — сказала она, усмехнувшись. — Давай-ка лучше расскажи, что случилось. Во-первых, где мы? Чем там все закончилось?
Судя по побледневшему лицу Арвида, последний вопрос пришелся весьма некстати.
— Госпожа, — дрогнувшим голосом сказал он и, глядя в землю, повторил:
— Госпожа… там… меня там не было. Я бы ни за что не пошел смотреть на такое… — Он опять замолчал, подыскивая подходящее слово и все не находя его. — Такое издевательство, такую мерзость… Да, это происходило в одном из тайных помещений воровской гильдии, но многие из нас хотели, чтобы это вообще нас не касалось. Мы, конечно, воры или укрыватели воров и разбойников, но вовсе не каждый из нас при этом поклоняется черным богам.
— Арвид, я всегда так и думала, — спокойно сказала Пакс. Он посмотрел ей в глаза и, по всей видимости почувствовав отсутствие ненависти по отношению к нему лично, чуть успокоился.
— Поэтому я в общем-то и не знаю, что именно произошло. Все, что мне известно, я узнал с чужих слов. Я знаю… я видел… — Он опять замолчал, посмотрел себе под ноги, потом в небо, потом зачем-то встал и огляделся по сторонам, снова сел и лишь затем продолжил свой рассказ.
Пакс сразу поняла, что версия, поведанная ей Арвидом, имеет мало общего с реальностью. Это походило на наскоро составленную легенду на основе какого-то исторического факта, расцвеченного множеством лишних подробностей и деталей. Если бы сам Гед спустился на землю и ворвался в зал воровской гильдии, если бы капли ее крови обернулись дымящейся, кипящей кислотой, прожигающей дыры в камне, если бы такое было возможно, — ей непременно рассказали бы об этом еще в Фин-Пенире. Со времен службы в роте Пелана она прекрасно знала, как быстро обрастают дополнительными подробностями все истории о чем-либо из ряда вон выходящем. По крайней мере, на пути
— Меня там не было, — в очередной раз заверил Арвид чуть спокойнее, потому что рассказ подходил к концу. — У меня были другие дела… — На какое-тот мгновение он стал похож на того самого Арвида, которого она знала раньше и который вкладывал двойной смысл в каждую, казалось бы, самую малозначительную фразу. — Мы… я… то есть, в общем, у меня не было никакого желания, чтобы тебя… то есть, извините, вас, госпожа, убили в зале воровской гильдии. Другое дело, что до того, как случилось чудо, мы были бессильны что-либо предпринять. В общем, кое-кто оказался согласен со мною и последовал моему предложению вытащить вас из того здания, а потом и совсем из города. Мы решили, что здесь вам не будет угрожать никакая опасность.
— Я очень благодарна тебе, — сказала Пакс, но Арвид продолжал говорить, будто не расслышав ее слов:
— Я по дороге увидел рану у вас на руке — рану от ожога. Я ее заметил, когда мы закутывали вас в плащ. Остального я не знаю, госпожа, но тут… — Он снова замолчал и поглядел на Пакс вытаращенными от изумления глазами. — Понимаете, госпожа, этот ожог — я видел, как он стал меняться. Я сам увидел это. Свежая, чуть ли не обуглившаяся рана превратилась в красное пятно, потом в розовое, а потом… потом совсем ничего не осталось! Чистая, непораненная кожа. Вроде бы, когда смотришь на него, ничего не меняется, а стоит отвернуться — и потом уже совсем другое дело, гораздо лучше, чем было. В общем, ничего общего по скорости с любым обычным лечением. — Дыхание Арвида участилось, и на лице его отразился страх, перемешанный со стремлением поведать хотя бы ей то, что он видел. — Госпожа, скажите, кто вы?
Пакс, жевавшая в этот момент кусок хлеба, ответила ему прямо с набитым ртом:
— Кто-кто? Паладин Геда! А ты, Арвид, что подумал?
— Но тогда… тогда почему? Почему Гед позволил, чтобы вы так страдали? Неужели не было другого способа спасти Пелана? Неужели паладин стоит настолько меньше короля? Это же не было притворством. Раны были настоящие! Я сам видел… — Тут он оборвал себя на полуслове, покраснел, а затем мгновенно побледнел, пойманный на собственной лжи. Пытаясь хоть как-то выкрутиться, он залепетал:
— Я ведь только заглянул, госпожа… Вы поймите, я же ничего не мог сделать… А они потом нас не выпускали… И мне действительно было страшно видеть, что происходит, и я очень жалел вас…
— Арвид, я прекрасно понимаю, что ты не тот, кто будет в свое удовольствие мучить людей, — сказала Пакс и, проглотив хлеб, спокойно поглядела ему в глаза и подтвердила:
— Да, раны были настоящие. Боль — тоже. — Она улыбнулась сама себе, неожиданно ощутив, что говорит об этом с легким сердцем. — Никто из тех, кто это видел, не усомнится в том, что страдала я по-настоящему. Может быть, в этом и заключается главный смысл того, что со мной случилось.
Арвид смотрел на нее завороженно и внимательно слушал, и Пакс решила частично посвятить его в свои размышления.
— Понимаешь, скорее всего, были и другие способы спасти Пелана. Просто я о них не знала и не знаю до сих пор. Паладины ведь вовсе не всеведущи. Нам известно только, куда мы должны идти, чтобы выполнить волю наших богов. Ты лучше подумай вот над чем: а был ли какой-то другой способ спасти воровскую гильдию?
Арвид ошеломленно посмотрел на нее, беззвучно шевеля губами. Наконец он не без труда выдавил из себя: