Путь Сарии
Шрифт:
– Вот вырасту, мы тоже с друзьями сделаем Магернию лучше. Не знаю как, но мы это сделаем. Возьмём власть в свои руки, посадим всех плохих людей или заставим их дать деньги, чтобы в белом альянсе купить много всего полезного. Наша страна будет самой лучшей и сильной. Что думаешь, сестра?
– Что?
– Поможешь нам в этом? Ты же вон какая сильная, умная, легко сможешь стать нашим правителем.
– Я?!
– Ну, не я же. Мне до тебя далеко. Когда ты рассказала о солдатах, я понял, что очень боюсь становиться кем-то таким. А для захвата власти нужен сильный человек. Ты так много плохого пережила, но всегда радостная. Для меня ты самая сильная. Но если что, я помогу наказать того графа и забрать
– Нет, - ничуть не раздумывая, ответила я.
– Почему?
– Я простая девочка. Просто хочу жить спокойно со своей семьёй. Без всего этого. Ни о какой власти не планирую, и тебе не советую. Если мой любимый братик станет похожим на того графа, то я очень расстроюсь. Не нужно ничего устраивать. Просто будь со мной рядом всегда.
Фальдо замолк и сел ко мне на руки, тихонько обняв. Можно было только надеяться, что его удалось отвести от плохого будущего. Братик всё-таки задумался о страшных планах. Хоть и передумал становиться военным человеком, а именно в армии всё могло начаться. Вроде я избавилась от одной из причин. Но в его голове мысль о захвате власти в стране не исчезла с прошлого раза. Стремление почему-то осталось в нём. Видимо, рассказ об успехах графа вдохновил, напомнив о старой идее. Предстоит ещё много работы, прежде чем смогу убедиться в полном успехе.
– Никогда тебя не оставлю, сестра. Если ты не хочешь быть нашим правителем, то и не надо.
– Я рада, что у меня есть такой хороший младший брат.
На этот раз вроде обошлось. Братик, возможно, вообще забудет о захвате власти. Вырастет и поумнеет. Хотя желание в нём никуда не пропало.
Ещё граф сильно подорвал благосостояние нашей семьи, чем обидел всех нас. Я, как и родители, попробую найти способ разбогатеть вновь. Всё же не зря много литературы прочла в своё время. Кое-что помню из неё, могла бы применить свои знания на практике. А учитывая примитивность местного общества, во многом могу стать новатором. Хотя... лучше попридержу всё, не буду как-либо выделяться своими познаниями и умениями. Побуду просто немного умной девочкой. Так жизнь пройдёт спокойнее. Лишь в крайнем случае, воспользуюсь знаниями.
– Сария.
– Что такое?
– Можно мне в твою комнату переселиться?
– Родители не разрешат ни за что. Да и я тоже. У каждого должно быть своё место. А что такое?
– Иногда я просыпаюсь ночью, а мне кажется, что кто-то за мной наблюдает. Страшно засыпать.
– Бедненький. Даже не знаю, как избавить тебя от страха. Посидела бы ночью рядом, постерегла. Да спать захочется. К родителям идти не хочешь?
– Им и без меня тесно. Да и я уже не маленький, чтобы к родителям идти.
– А к сестре, значит, можно проситься?
– Да. Рядом с тобой мне спокойнее.
– А ты, случаем, не пытаешься придумать причину, чтобы спать со мной всегда и даже жить в одной комнате?
– Нет, - судя по голосу, эта была ложь.
– Сильно же ты переменился. Не в лучшую сторону. Раньше не был таким.
– Ладно. Я соврал. Просто хочу жить с тобой в одной комнате, чтобы мы всегда оставались вместе. Если тебе надо будет переодеться, я отвернусь или выйду, но разреши мне остаться здесь, сестра.
– Не могу, к сожалению.
– Ладно.
– Не обижайся. Я сильно тебя люблю, братик. Тоже не хочу расставаться надолго. Но своё личное пространство нам необходимо.
– Понимаю.
– Вот и молодец, - погладила его по голове и поставила на пол, - Ты же не забыл, что моя дверь останется открытой ночью?
– Не забыл.
– Вот и забегай, если будет страшно.
После обеда выдалась удачная погода, чтобы выйти погулять. Но я никуда не собиралась, ведь очень соскучилась по отцу, крутилась рядом,
– Пап, больше не уезжай так надолго.
– Теперь-то мне точно некуда уезжать, Сария. Потеря плантации для нашей семьи — большая потеря. Нас, фактически, унизили. Пока не знаю, чем восполнить утрату, но что-нибудь придумаю обязательно.
– Не страшно, если денег меньше станет. Продержимся всё равно. Мне и так всего хватает.
– Понимаю тебя хорошо. И ты молодец. Только я обязан вернуть нам былое богатство. От этого наш статус зависит. А он у нас и так подорванный.
– А почему?
– Пока мы тут одни с тобой, могу рассказать. Во-первых, мой отец получил славу растратчика, тем самым понизив привлекательности нашей семьи, когда мы могли выкупить хорошие земли рядом с городом. Не оставил денег на это, а из-за его дурной славы никто бы ничего не дал нам. Мне удалось с этим справиться, но осадок остался. И во-вторых, самое главное. Дед Асоил тоже имеет плохую славу. Для нашей семьи он основатель, который предоставил всё богатство, обеспечил хорошую безбедную жизнь. А для людей суровый и страшный человек. Погиб он не своей смертью. Это было покушение. Так-то все говорили, что Асоил с помощью денег хотел подкупить власти, подмять управление под свою семью, что неправда. А когда в нашем городе случилась попытка захвата власти, люди первым делом подумали на Асоила. Поначалу шёл слух, что он руководил всеми. В организованной группе попался один из тогдашних слуг нашей семьи. Затем дошло до слуха о непосредственном участии Асоила в штурме здания. Кто-то поверил этому и решил наказать.
– Это же ужасно.
– Сейчас нас не клеймят семьёй заговорщиков, как раньше, однако люди всё ещё вспоминают о том случае. Верят в него. Дед долго работал над тем, чтобы какой-либо заслугой или подвигом заставить забыть о слухах про основателя семьи. Думал прославиться, добыв славу и почёт в путешествиях. Да увлёкся. Много денег растратил, да ничего не добился. Когда я был маленький, любил играть с привозными вещами. А потом начал замечать, что соседи наши живут лучше нас. Мой отец правильных людей назначал на управление землями. Те его никогда не обманывали. Сам же ездил в разные места. Как только я повзрослел, передал всё управление мне. Позже уехал на юг, где и погиб. Пришлось очень быстро налаживать работу самому. Тоже думал, как сделать семью Релтиг известной, заставив забыть о плохих слухах. Но и без этого всё у нас оставалось стабильно. Несколько лет назад, перед самым рождением Фальдо, впервые доходы упали. Даже так хватало на всё. И вот мы лишены плантации.
Отец стал грустить. Голову повесил, немного помолчав. Потом вновь заговорил, но сам с собой, всё также глядя в пол.
– Что же мне делать... вдруг на полях что случится. Как тогда обеспечивать нас всем? Жену, дочку и сына... эх...
Несмотря на кажущуюся ужасной проблему, помниться мне, что к моменту ухода Фальдо в армию семья ничего не потеряла. Все выглядели хорошо и опрятно. Жили всё в том же доме. Значит, хуже не будет. Но это без меня происходило. Стоит учитывать моё появление в семье Релтиг, ведь родители не хотят лишать свою дочь всех возможных благ. Готовы покупать всё, тратя кучу денег. Сыну своему не так много берут. Его ничуть не обделяют, разумеется, однако к дочери больше внимания проявляют, особенно мама. Возможно, есть у них какие-то мотивы. Общество местное, на сколько могу судить, практикует выдачу девушек замуж за кого-то более влиятельного для повышения благосостояния собственной семьи. Вдруг, меня взяли по той же причине.