Путь в Эльдорис
Шрифт:
Первые мгновения его хода я просто стояла и смотрела на него. Устрашающего, но в чем-то даже прекрасного. Я искренне любовалась и завороженно следила за движениями массивных тяжелых рук и головы. Это зрелище было до того невообразимым, что моя психика, по всей видимости, не сразу позволила мне осознать реальность происходящего. Когда же я наконец вынырнула из этой гипнотической дымки, то увидела, что бой уже идет. Щиты эльдорийцев дрожали и трещали под ударами коганских сынов. Ливолис успел схватить одного из них в огненное кольцо то ли призванного стихийного зверя, то ли просто сомкнутой плети. Демон
Состояние почти животного ужаса погрузило меня в своего рода отрешенный транс, в котором я увидела лицо с голубыми и неестественно большими глазами, лицо, не принадлежащее человеку.
– Элантинариус, помоги!
– призвала я духа, вскидывая руки и смотря на озеро с приближающимся гигантом.
Толща воды вздыбилась и поднялась, отгораживая и заслоняя гиганта от нас и коганцев, а потом стремительно понеслась вбок, закручиваясь кольцом вокруг непрошеного гостя.
Гигант взревел, но не смог даже ударить своей огромной рукой по закрученной воде. Значит, она сдержит его по крайней мере на некоторое время.
"Лив, - позвала я.
– Надо эвакуировать отсюда людей. Рано или поздно он вырвется".
Вместо ответа - подозрительная тишина.
"Лив?" - позвала я снова и стала оглядываться.
Сердце начало стучать сильнее, я не видела Лива, стоящим на прежнем месте и вообще стоящим. Как и еще нескольких магов.
Из последних сил сдерживая накатывающую панику, я пробежалась вдоль берега к месту, где в последний раз видела Лива. И нашла. Лежащим на земле в нескольких метрах от этого места.
– Господи, Лив!
– закричала я и бросилась к нему.
– "Жив, я знаю, что ты жив. Иначе просто не может быть".
Не пытаясь разобраться, что с ним, едва коснувшись тела, я сделала портал. Нельзя делать портал у крупных проявлений стихий. Нельзя. Я не успела решить, куда переместиться лучше, но местом, которое представлялось мне спокойным и безопасным, почему-то выступил дом Лива. Только вот оказались мы не там, а в глухой дремучей чаще какого-то леса. И я даже отдаленно не представляла, в какой части планеты мы находимся.
– Ладно, разберемся. Мы ведь разберемся? Только очнись, пожалуйста, Лив, очнись!
Как выяснилось, бывают случаи, когда не помогает даже волшебное слово. Лив не пошевелился и не открыл глаза. И тем не менее я все отчетливее чувствовала, что он жив. А это - уже не мало. Это - очень-очень много. Это - главное.
А потом я увидела, как изборожденная выступающими корнями и усыпанная листьями и хвоей земля рядом с ним приобрела темно-бурый цвет. Лив истекал кровью!
Ужас сковал меня.
"Соберись, соберись..."
Я окинула Лива внимательным взглядом. Никаких видимых повреждений сверху заметно не было. Я хотела повернуть его, чтобы осмотреть спину, но поняла,
"Что же делать... Что делать?"
Лив был без сознания уже довольно давно, истекал кровью и лежал теперь неизвестно где в совершенно безлюдном месте.
"Плохо. Очень плохо. Нам нужна помощь... Гиннель!
– осенило меня.
– Гиннель! Вы слышите? Мне нужна ваша помощь!"
"Тания? Да, я слышу вас. Что случилось? Что-то с Маркусом?"
"Нет же, нет. Ливолис! Он ранен, Господи, Гиннель, он истекает кровью! Но я не вижу раны, наверное, она где-то на спине... я не знаю..."
"Он без сознания?"
"Да, Гиннель. Он где-то очень далеко, я почти совсем не чувствую его, не могу дотянуться..."
"Понятно. Это нехорошо. Ты не видела, как это произошло?"
"Гиннель, умоляю вас! Время уходит! Я не видела, нет. Он сражался с темным демоном. Одним из этих парящих над землей великанов".
"Хорошо-хорошо. Значит, повреждение может быть и магическим, и физическим, если он упал на острый камень или что-то такое... с большой силой упал... Тания, его необходимо доставить к лекарю. Немедленно! Где вы находитесь?"
"Если бы я знала...
– устала подумала я, понимая, что добродушный лекарь вряд ли сможет мне чем-то помочь.
– Нужен портал. Только вот смогу ли я переместить нас в нужное место?"
"Лив...
– снова попросила я, склонившись над ним.
– Любимый..."
Но он по-прежнему никак не реагировал, у меня не получалось до него достучаться. Никак. А потом мое внимание привлекла его кисть, на которой отчетливо виднелся обгоревший перстень. Камень лопнул и оставил после себя неровные края и черную сажу.
"Как же так?" - ошеломленно подумала я и, не раздумывая ни минутой дольше, сняла с шеи невесомую нить со своей жемчужиной. Затем вложила ее в то самое место на его перстне, где некогда был камень. Вложила и понятулась силой. Осторожно, нежно и не спеша, я касалась сначала жемчужины в перстне, а потом и самого Лива. Перстень засветился и как будто ожил, принимая мою жемчужину. Она буквально расплавилась в нем, растекшись и сросшись с основанием, становясь его частью. А я наконец-то ощутила присутствие Лива. Он не пришел в сознание, не открыл глаза, но теперь я была уверена, что он здесь. А значит, все будет хорошо.
"Потерпи, любимый..."
"Гиннель, куда я должна его доставить?" - спросила я притихшего лекаря.
"Во дворце должны быть хорошие лекари, можешь вернуться туда... или ко мне. В лагерь".
"Хорошо", - кивнула я и мыслью понеслась вперед, полетела прямо к Гиннелю, представляя лагерь и окружающие его земли так же отчетливо, как если бы летела над ними в самом деле.
– У нас получится, - прошептала я и, крепко сжав руку Лива, перенесла нас.
– О! У тебя получилось! Я уже было подумал, что... Ох, - прервал Гиннель свою тираду, увидев Лива.
– Нужно занести его внутрь, - сказал он, и рядом с нами тут же возник рослый молодой парень, вдвоем с которым они осторожно подняли Лива и понесли в палатку. Ту самую, где не так давно приходил в себя Маркус.