Путь в космос

Губарев Виталий Георгиевич

У б и й в о в к. В особой группе, куда ни ткнись, все особое: в столовой особый зал, в Доме офицеров особо, на первом ряду… Хм… Шоб мои очи повылазили, колы я ими не бачил на вашей тужурке значка летчика второго класса. Вы же пилотяга, а значит, мне коллега, мий гарный парубок. Слухай, вечерком сообразим?

Г о р е л о в. Чего?

У б и й в о в к. Понимаешь, какое дело — сорок годков стукнуло, а я в этой дыре торчу, и нема никого знакомых…

Г о р е л о в. Не могу. Завтра предстану перед медициной. Обследование…

У б и й в о в к. Ай

как же тебе не повезло! Медики — люди коварные. Перед обследованием сам за неделю в рот не беру… А жаль.

Г о р е л о в. Ну, поздравляю и желаю успеха… А может, на речку?

У б и й в о в к. Не… Иди купайся, а я напарника пошукаю — отметить круглую дату.

Горелов уходит. Убийвовк достает из чемодана бутылку и настольное зеркальце. Чокается со своим отражением, пьет. Включает транзисторный приемник, находит романс «Я встретил вас, и все былое…». Грустит. Затемнение. Из затемнения доносятся голоса.

Г о л о с А н н ы С е р г е е в н ы. Уйдите, товарищ майор! По-хорошему вас прошу. Ну что с вами делать? Неужели посторонних на помощь звать?

Г о л о с У б и й в о в к а. Та не надо, золотце, не надо никого звать, коханая моя дивчина. Ведь сорок годков мне сегодня стукнуло. Разреши хоть в щечку!

Слышен звук пощечины. Входит Г о р е л о в.

О це влепила! Отметил круглую дату! Только я все одно не отступлю. Еще не было таких крепостей, чтобы Убийвовку не сдавались!

Г о р е л о в. Что тут происходит? (Зажигает свет.)

А н н а С е р г е е в н а стоит у окна. У б и й в о в к рядом.

У б и й в о в к. А-а, капитан объявився. Идите гуляйте дальше, гарный парубок. Я тут с королевой красоты балакаю.

Г о р е л о в (улыбнувшись при виде растрепанного Убийвовка). Оставьте в покое женщину, майор.

У б и й в о в к. Что?! (Удерживает Анну Сергеевну, которая хочет уйти.) Капитан, мей брей… Полегче на виражах…

Г о р е л о в. Еще раз повторяю… Оставьте…

У б и й в о в к (прерывая). А то что будет? Коменданта, может, позовешь?

Г о р е л о в. Нет. Сам управлюсь.

У б и й в о в к. Ты?

Г о р е л о в. Да, я.

У б и й в о в к. А это видал? (Закатывает рукав рубашки, выжимает мускул, потом показывает кукиш.)

Г о р е л о в. Примите холодный душ, майор!

У б и й в о в к (очнувшись). Ох, до чего же я дурной… до чего дурной… (Уходит.)

Г о р е л о в. Простите его, пожалуйста, не расстраивайтесь. Ну выпил человек лишнее…

А н н а С е р г е е в н а. А я

и не расстраиваюсь и не очень злюсь. Позвонил ко мне и сказал: «Есть жалоба». Зашла, а он предложил чокнуться с ним за сорокалетие, заговорил об одиночестве, понес всякую чепуху… Потом выключил свет и полез целоваться. Слабый он человек.

Г о р е л о в. Майор?! Летчик первого класса… Такие махины водит!

А н н а С е р г е е в н а. Летчик он, может, и хороший, а человек? Был бы сильный, не потянулся за мимолетной лаской. Лучше прекратим этот бесполезный разговор.

Г о р е л о в (пристально смотрит). Странно… Вы такая… и за столиком дежурной.

А н н а С е р г е е в н а. Что поделаешь, иногда обстоятельства… диктуют нам решение…

Г о р е л о в (прерывая). По-моему, это логика слабых, и не следует к ней прибегать. Сильные люди подчиняют себе обстоятельства.

А н н а С е р г е е в н а. Вот, оказывается, как!

Г о р е л о в. Вы обиделись? Я этого не хотел. Успокойтесь.

А н н а С е р г е е в н а. Пожалуйста, не надо меня утешать. Не такая уж слабая. В трудную минуту я и сама могу утешить. И если она у вас когда-либо наступит, долг платежом красен.

Г о р е л о в. У меня она никогда не наступит.

А н н а С е р г е е в н а. Вы так уверены? Ну, как говорится, давай бог. Когда вы от нас улетаете?

Г о р е л о в. Если все будет в порядке, то завтра.

А н н а С е р г е е в н а (направляется к выходу). Что ж, желаю счастливого полета, Алексей Павлович!

Г о р е л о в. Простите, а как вас зовут?

А н н а С е р г е е в н а. До свиданья.

Г о р е л о в. Как, как вас зовут?

А н н а С е р г е е в н а. Дежурный администратор.

З а т е м н е н и е

Появляется У б и й в о в к.

У б и й в о в к. Ни одна дама не могла заполнить моего большого сердца, всегда место оставалось, а вот вы, королева красоты… О це да… Яка ж гарная дивчина… (Потирает щеку.) Никогда не забуду, Анна Сергеевна, дорогая вы моя, извините старого дурня! Вы такая хорошая… Анна Сергеевна… прошу…

Входит Г о р е л о в. Ищет глазами Анну Сергеевну.

Кого шукаешь, капитан?

Г о р е л о в. Да так… Показалось, что вы с кем-то разговаривали.

У б и й в о в к. Це генеральная репетиция, шоб воно наикраще в натуре получилось, мий гарный парубок. (Наливает в стакан воду из графина, пьет.) Ух, и до чего мощная штука вода, особенно после горилки… (Горелову.) Я тут вчера трошки бузил, га? Мей брей, не серчайте на седого олуха, ради всего святого… Люди балакают, мужик я неплохой…