Путь
Шрифт:
Тут взгляд турианца потух, руки опали и он сложился у ног женщины, глухо застонав. Сама же азари упала на колени рядом. На время внимание Властелина оставило их обоих.
— Духи! — прохрипел Сарен. — Я больше не могу это выносить. Его воля разрушает меня изнутри, я будто кукла на верёвочках. Бенезия! Что нам делать, как спастись самим и спасти остальных? Я больше не вижу выхода, боюсь нас всех ждёт судьба наших предшественников. И я, Я! Убил Найлуса, пусть по воле Назары, но это сделал я сам…
Глава 24 часть 2. А вот и ещё одна и один…
Женька (Иден
Лабиринт информации, лавина, огромная куча и всё мне. Обрывки осколки знаний, куски языка и письменности. Какие-то данные о колониях и архивах. И над этим всем сильнейшее чувство безысходности и обречённости. Ссылки на другие буи, в системах, которых даже нет на карте. Там больше нет реле, нет ничего, видимо, жнецы после каждой жатвы, изменяют и перестраивают часть сети, отсекая по одним им ведомым причинам целые созвездия. Пытаюсь хоть как-то структурировать всю эту кашу. Тут приходит понимание и тихий голос, хотя скорее мысль: — Делай так и так. — Делаю, и вдруг моя память, предстаёт передо мной как огромный архив с карточками и гиперссылками. Начинаю наводить в нём порядок, встраиваю знания из буя в структуру памяти. Выстраиваю в простую и единую систему.
— Измени структуру, необходима защита на разуме, так слишком легко взломать и считать! — снова эта странная мысль слово, пришедшая будто извне.
— Кто ты?
— Я память и тень, того, кто создал буй.
— Что с ним?
— С кем, с буем или создателем его?
— С буем?
— Разрушился, Враг сделал всё чтобы информация не попала к вам. Работа с буем должна была тебя убить.
— Но не убила?
— Нет, странников не убить таким образом, у вас естественная защита.
— Постой? Ты не протеанин! Это ты!.. Ты, помог мне при работе с буем и ты тот кто отправил меня сюда, сука ты, зачем в бабу-то?
— Ты недоволен? И, самое главное, ты почти не отвлекаешься от дела.
— Ну… мог бы предупредить?!
— Вот ещё. Ты лучше подумай на досуге о причинах и следствиях, об отношении к тебе людей и не людей. Проанализируй события своей новой жизни, с разных сторон. Теперь возможность у тебя есть.
— Хм, как-то не задумывалась, хотя…
— Тогда и не возмущайся, у тебя пока всё получается, действуй в таком же ключе.
— Э-э-э?! А поговорить?
— Незачем, заканчивай работу с памятью, тебя ждут.
Применив новую методику быстро закончила с этим, превратив собственный разум в лабиринт, теперь любой псионик, задолбается ковыряться в нём, скорее с ума сойдёт чем поймёт хоть что-то. Не говоря уж о ментальном сканере, этот прибор теперь вместо слепка моей памяти, если что, будет получать на выходе жуткую мешанину из кучи не связанных друг с другом кусков моей памяти за две жизни, так что любой кто потом попытается
Тихий писк автодиагноста, тихое дыхание человека рядом. Кто-то держит меня за руку, в его чувствах тревога и страх за меня. Ещё нежность и немного любви, но любви скорее отеческой. Открываю глаза и в тусклом свете дежурного освещения, вижу белый потолок с красной полосой. Я в лазарете, чуть поворачиваю голову, рядом, на кресле, сидит Андерсон и смотрит в стену.
— Командир. — тихо говорю я.
Взгляд на меня, радость и облегчение в чувствах.
— Ты очнулась, наконец-то! Мы уже волноваться начали, вторые сутки без сознания. Как ты? — взволнованно говорит Дэвид.
— Нормально, разобралась наконец-то с наследием протеан.
— Так ты что, работала с памятью во сне?
— Да, командир, чёртова железка напихала мне столько мусора в голову, что до сих пор дурно.
— Что там было, Джейн? Буй взорвался и мы подумали, что он тебя убил.
— Должен был, но что-то у него не получилось. Но, любого другого, он убил бы с гарантией. И без разницы к какой расе принадлежал бы этот другой. Враг подстраховался со всех сторон, если бы буй не уничтожило взрывами, а это вполне могло быть (протеане умели делать крепкие вещи), то при попытке, кого бы то ни было, воспользоваться им, того ждала бы смерть. Информация погибла бы вместе с ним и буй при этом самоуничтожился.
— Но, кто так его перенастроил, Сарен?
— Нет, турианец не знает протеанские технологии на таком уровне, это сам Назара постарался. Командир, где мы и как команда, и Найлус?
— Сидим на Иден Прайм, тут Шестой флот в полном составе и следственная комиссия с Кахоку во главе. И контр-адмирал роет с эффективностью экскаватора. Кстати, он уже несколько раз приходил и интересовался твоим здоровьем. У Димитра к тебе много вопросов накопилось.
— Спросит — отвечу, но не на все. Всего, я и сама не знаю. Командир, что с Найлусом?
— Спектр Крайк в регенераторе и состояние его вызывает у меня опасения. Но, док говорит, что всё будет в порядке, только проваляется он там ещё не меньше трёх-четырёх суток.
— Что, такая серьёзная рана?
— Рана пустяки, а вот местная микрофауна, нет. Иден Прайм, старый мир и местные вирусы и микробы весьма агрессивны и опасны. Так что Найлуса регенератор сейчас лечит от доброго десятка местных болезней. И если бы не регенератор и наша док, которая прекрасно знает физиологию турианцев, да и других рас пространства, то мы бы его уже потеряли.
— Как долго я была в отключке? И что с остальными?
— Вторые сутки идут, после высадки. С остальными всё в порядке, я согласен с твоим решением по Уильямс и ходатайствовал о переводе её в наш экипаж. Штаб одобрил перевод, так что со вчерашнего дня, она наша. Лероя, ходячую проблему, отправил в помощь инженерам. Чтобы под ногами не путался, а то он устроил тут у дверей пост, всё караулил когда ты очнёшься.
— Бедняга, он поди себя поедом съел, как же, командира под удар подставил. Хотя сама командир и виновата. Не предупредила салагу, а остальные и не проследили за ним.