Путь

Рякин Евгений Владимирович

— Слышь, Юсуфча. Мне говорили, без обид, что ты немного трусоват. Между нами, есть такое?

Юсуф облизнул губы и осторожно ответил.

— Я бы назвал это не трусостью, а целесообразностью.

— То есть?

— Я предпочитаю думать головой, а не работать руками — за это меня Вуйчики и держали при себе. Просто кто-то привык действовать кулаками, а я…

Тут раздался шум, и в банкетный зал ввалились остатки бывшей бригады Вуйчиков с Тяпой во главе. Они настороженно вперились в своего предводителя, который плотоядно заухмылялся, глядя мимо них. Он мгновенно забыл про Юсуфа,

медленно встал, сжал руки в кулаки, выпятил челюсть и громовым голосом произнёс:

— Сегодня великий день, запомните его! Сегодня, парни, мы с вами уничтожим рубловарку Доктора. Мы спалим всё дотла, и тогда полис станет полностью наш! У меня есть план действий, и я знаю, куда идти! Через месяц мы заживём так, что кто не с нами, тот против нас! Это говорю вам я — Никола Голланд, хозяин Ганзы! Комон! Что вы так смотрите на меня?

***

— Что вы смотрите на меня? Да, у меня есть план. Вопрос в том, готовы ли вы идти до конца? — Бо упёрла руки в боки.

— Так это, Бо, смотря в чём конечная цель твоего плэн?! — не удержался Олли.

— В том, чтобы Доктор стал хозяином Ганзы, конечно, — серьёзно ответила Бо.

— Ух, ты, ёжкина мать! Вот так раз! — аж вздрогнул Саня Доктор, выронив вилку.

— А я вполне себе за такой кипиш, ежели он без голодовки, — согласился Лойер.

— Я за такое тоже подпишусь, — тут же отозвался Олли. — Чертовски этому рад!

— Вот видишь, все — за, Сашка! Ты-то как сам? — внимательно поглядела на него Бо. — Готов подняться?

— Погоди, погоди, погоди! — выставил обе руки вперёд Алекс. — Что значит, стать хозяином Ганзы? А как же Кащей? А как Аттал с Орланом? Бо, ты это, того…

— Это ты того, а я этого, — с нажимом ответила Бо. — У тебя два выхода: бей или беги — ты ведь сам мне об этом говорил. Вопрос в том, что ты сейчас выберешь? Решай. А я уже потом свой план обскажу.

Доктор молча поднялся и заходил по комнате, размышляя. Так продолжалось пару минут в полной тишине.

— Да вроде бежать-то уже некуда, Бо, так что нужно драться, — вдруг остановился и вымолвил он. — Но надо ведь понимать не только куда идти, но и как это сделать. Обдумать, взвесить за и против…

— Большие дела нужно делать сразу, а не кумекать за это до вечера, — на удивление беспечно высказался Лой. — Я запарился ждать, давайте уже что-нибудь рисковать?

— Ой, а можно добавочки? — щенячьим взглядом посмотрел на хозяйку стола Оливер, вообще не переживая.

Бо выскребла со дна остатки макарон по-флотски и расписала их диспозицию. Она была проста: сейчас они там, где всё плохо, путь до станции, где хорошо, предстояло пройти тяжелый.

— Но шанс есть, — Бо выдержала театральную паузу, — через полтора месяца в полисе выборы бургомистра. Да, сегодня это весьма условная фигура, целиком и полностью зависящая от хозяина полиса, так повелось ещё со времён братьев Вуйчиков. Но нельзя забывать, что нынче именно бургомистр, по закону, контролирует кооператив. Значит, выявляет факты нерационального использования денег, а может, и воровства. Став бургомистром, Саша Доктор разом обрубит подсос для Кащея и стоящих за ним Аттала

с Орланом. Кроме того, с момента выдвижения он получает дипломатический статус и защиту союзной полиции и КГБ, а с этими службами никто шутить не будет. Даже Валера Берет. Но, самое главное — в случае победы он становится легитимным Хозяином.

— Так это ещё нужно, чтоб люди проголосовали, — прервал её монолог Алекс.

— Это второй вопрос, ты за него не переживай, — отмахнулась Бо. — Я знаю, кто тебе это сделает так, как нужно, не беспокойся. Необходимо лишь с авторитетами договориться, чтобы они включили, так сказать, административный ресурс и выступили лидерами общественного мнения.

— Я, конечно, дико извиняюсь, но хто, простите, поедет до Митяя, шобы ему эту идею презентовать? — вмешался Лой.

— Не надо к Митяю ехать, он не поможет, — и от этого отмахнулась Бо. — Нам нужен Гилли.

— Ну! Гилли? Я ж его совсем не знаю! — затряс головою Доктор.

— Зато он тебя знает! Ты его внуку вагон здоровья спас! Малыш Чезаре у тебя в долгу. Что, не помнишь? Вспомнил? Вот! — довольно улыбнулась Бо. — Но мы поедем не помощи просить, а предложуху предлагать.

— Что за предложуха? — наконец оторвался от добавки Олли.

— Видишь ли, Митяй свою позицию неоказания помощи Доктору высказал однозначно. А он слова на ветер бросать не будет. Это означает, что Митяя придётся принуждать к миру, а вот с Гилли ещё можно договориться на взаимном интересе.

*

Градский встретил их у себя довольно радушно, несколько раз целовал руку Бо и постоянно напоминал девушке о её красоте. Та светилась счастьем смущения и цвела, а Доктор шёл рядом, неловко улыбался и любовался ей. Внук Градского — Чезаре, благообразный подросток с красиво причёсанными волосами, смиренно находился подле деда, он, в основном, молчал. Наконец, гости и хозяева присели, немного поболтали ни о чём и, в конечном итоге, приступили к главному.

Александр начал беседу:

— Вот вы посудите сами, уважаемый Гилли. Сейчас кампусы живут в мире, и от того, кто победит на выборах, зависит, будут ли эти отношения длительными. Например, если вы продавите туда своего человека, то Митяй, да и все сталинградцы, подумают, будто на их мнение наплевали. И начнут вставлять палки в колёса. Если бургомистром вдруг случайно станет котлинский, то опять же, жители Райха возмутятся, верно? Если же на пост замочит нос человек Кащея, то за его ушами будут торчать Аттал с Орланом. Все три ситуации патовые. Поэтому мы бы хотели предложить компромисс.

— И што гэта за кампрамис такой? — погладил себя по подбородку Гилли сухой и морщинистой левой рукой.

— Я бы хотела предложить выдвинуть кандидатуру Саши Доктора, — внесла свою лепту в нить разговора Бо. — На ближайших выборах бургомистра, что будут через полтора месяца.

— Вось гэта да! — удивлённо вырвалось у него. — Сурьёзная заявочка. Но ведь тохда… Ты што, Дохтар, супротив совета пойдзёшь? И не страшна?

— Страшно, как не страшно-то! — пожал плечами Александр. — Но удача сопутствует храбрым, так говорят. Будем на неё надеяться.