Путь
Шрифт:
Он проорал это в таком бешеном темпе, что никто не успел даже осмыслить происходящее. Между тем Аттал продолжал надсаживать глотку:
— Что вы, блять, нахуесосили, полудурки хреновы?! Почему вы… э-э-э… мозгами не думали? Куда вы полезли в… э-э-э… в жопу без смазки?
— Папа, папа, постой, ты о чём? — впервые ответила ему дочь, прикрываясь перекрещёнными крест-накрест руками. Колян тоже опомнился и закрыл паховую область ладонями.
— Я о чём? Ты чё, считаешь отца… э-э-э… обсосом? Думаешь, что у меня после инсульта извилины распрямились? Да я в том месте, где вас зайцы в жопу драли — волкам в рот давал! — разозлённый Аттал в гневе опрокинул вешалку с халатами и полотенцами,
— Аттал, объясни в чём дело! — прикрывая достоинство левой рукой, потряс правой Колян. — Ты про что, я не вникаю?
— Я про что? — даже удивился хозяин дома и переспросил. — Я про что? Я про то, Колюня, что вы с Алиской решили опрокинуть меня, пока я в бессознанке чалился. Да оденься уже, Алиса, э-э-э… вагина ты поперечная! Что ты стоишь, как лярва на панели?! Твой отец с тобой за дело разговаривает, а ты сиськами трясёшь, курица безмозглая!
Алиса судорожно нагнулась и с бледным видом стала напяливать на себя плед. Кащей цаплей вышагнул из ванной, но, так как между упавшими полотенцами и ним оказался Аттал, его величество Никола Голый снова прикрылся руками, стоя на кафеле и дрожа от холода.
— Вы что же, твари, решили меня на повороте уделать?
— Аттал, я же тебе рассказал — мы думали, что ты умрёшь, и поэтому… — начал было Кащей, но хозяин дома гаркнул.
— Да не чеши мне яйца, молокосос! Думал, втёр мне лажу? Показал тот же хер, только в левой руке? На тебе, выкуси! Алиса первая узнала, что я выживу! Да, доча? Доктор ведь вам с Комаром это понятно объяснил, надеюсь? Расписал, что я выживу и ничего продавать не нужно! Ты же знала, что я выкарабкаюсь, так почему ж ты Валере документы-то не отдала, сучка ты? Родного отца под монастырь подвести хотела? Решила первой леди стать, через батьку перешагнуть, гнида ты малолетняя! — Аттал повернул перекошенное злобой лицо к Алисе. Та только набрала воздух, чтобы что-то ответить, как внезапно сдулась, выдохнула, покраснела и сникла.
— То есть вы решились меня похоронить живьём, ребятишки, так это нужно понимать? Скинуть мой полис, пока я в коматозе чалюсь? Что же вы за люди такие, чтобы отца родного-то, а? Сволочи вы! — орал хозяин дома, а Кащей недоумённо уставился в одну точку, словно силясь понять услышанное. — Неблагодарные! — Аттал ткнул в них пальцем по очереди. — Решили слить меня, да? Я же вас с детства воспитывал, понятия вам втолковывал, а вы просрали всю мою науку! И чуть было всё моё хозяйство не размотали! Я же всё для вас готов был сделать, а вы? Сучёныши ублюдские, паскуды мразотные, в этот, как его, в этот, в рот вас всех наоборот!
Хозяин дома орал и орал. Колян всё не отмирал, медленно взмахивая ресницами, пока, наконец, не повернул шею и с идиотским выражением лица не уставился на Алису в упор. Та заметила его взгляд. Аттал тоже обратил внимание. Возникла пауза, которая, казалось, будет продолжаться вечно.
Наконец хозяин дома произнёс более ровным тоном.
— Ты хочешь сказать, Коля, что ты об этом не знал?
Голос Аттала звенел надеждой, умоляя судьбу.
— Хочешь сказать, она одна меня слила?
Аттал с ненавистью оглядел дочурку.
— Или ты не знал, что я выживу?!
Но Коля словно не слышал.
— Выпну только её, сын!
Кащей молча думал.
— Ты лишь скажи!
Тишь давила.
— Ты знал?
— Знал.
*
— Нахрен
— А что мне нужно было сказать — что не знал? Взял такой и слил жену, да? — гневно фыркнул Колян и прикурил сигарету. — На следующий день после свадьбы! Сама-то думай, что чешешь!
— Нет, в этом вопросе ты молодец, муж мой, но… — она споткнулась о выбоину, чуть не упала и выругалась: — Ёкарный ты бабай, в рот тебя наоборот! Только на кой хрен ты сказал, что ты знал?!
— Алька! — он аж на секунду приостановился и раскинул руки: — Ты чё, тупая? Твой собственный отец предъявил тебе за то, что ты хотела отжать его полис, пока он был в бессознанке! И ты не обосновала за обратное, комон! Он слил тебя, но ты моя жена! Ты чё, помыслила, чтобы я тебя кинул в такой закрутке? Да ты говна объелась, что ли, дорогая? Ты…
— Ой, завали хлебало! — вдруг махнула на него рукой она и зашагала быстрее. — Ты и раньше головой не думал, а сейчас, похоже, вообще её отключил.
— А чё я сказал? Чё я такого сказал?! Комон! — догнал её он. — Мне чё, за свою жену впрягаться не надо было, что ли? Нужно было тебя кинуть, я чё-то не пойму? Вместо того чтобы рычать, лучше объясни по-человечьи, нахера ты решила у отца полис угнать, если знала, что он выживет? Базар-то был, что Аттал ласты склеит, что доктора из Аквилеи за это подписались. А теперь звон доносится, будто ты знала, что он поправится, но ты ту весть в тайник зарыла…
— Закрой рот, тайник! Ты сам недавно имущество Ганзы спалил в прямой трансляции! Я про такой идиотизм даже не слышала никогда! Да прекрати дымить в мою сторону, дышать уже нечем! Дай! — Алиса, шагая по дороге, прорезающей утренний зимний лес, гневно выхватила у Кащея наполовину выкуренную сигарету, хотела было чиркнуть в воздух, но, поколебавшись, поднесла ко рту, затянулась, закашлялась и всё же выкинула окурок в сторону. Тот ударился о щебень дренажной канавы и подгоняемый ветром побежал по камешкам, споткнулся и неспешно задымил. Кащей с сожалением оглянулся на него.
— Алька, ты мне про это даже не напоминай! Я покараю его — я дал себе зарок!
— Да кого ты покараешь, Коль? Вот скажи мне по правде? — теперь уже она приостановилась. — Из тебя каратель, как из жидкого говна пуля — знаешь, так говорят? Много вони, мало толку!
— Алька, ты чё ваще исполняешь, а? Я за тебя, значит, подписался! Защищал! Меня вместе с тобой из дома выкинули, из бригады, из семьи! И ты, вместо того, чтобы быть благодарной, начинаешь…
— Постой, постой, защитник ты мой стоеросовый! Я тебе всё популярно объясню, чтоб ты понял наконец. — Алиса встала, как вкопанная, и устало вздохнула. — Ты взаправду, на самом деле, считаешь, что я могла у отца полис отжать, зная, что он выживет? Ты чё, думаешь, я вообще, что ли, отбитая на всю бошку? Я просто не отдала Валере Берету документы, потому что это не его ума бумаги. Вот и всё! Да, действительно, Доктор сказал, что папа, скорее всего, выживет и пойдёт на поправку. Я ведь… я ведь обрадовалась, я так боялась, что он умрёт, а тут такое облегчение. Просто… Просто Берет требовал документы — доверенности, понимаешь? Все доверки, со всеми данными. Я ему их поэтому и не отдала, потому что ему не по масти их видеть. А он, сука, видимо повернул это так, будто бы я знала, что папа умрёт, и всё равно хотела продолжать сделку с Вуйчиками. Но я-то не хотела этого, понимаешь? Даже не думала в ту сторону! Я ведь что сделала? Я только тебя сразу же набрала на коннект, предупредила, чтобы ты сваливал оттуда вместе с Тяпой своим! И всё!