Путь
Шрифт:
Не имея доспехов, каждый всадник, однако, был вооружен до зубов. Острой стали хватило бы и на вдвое больший отряд. На бедре каждого всадника висел длинный клинок, а это означало, что они был профессиональными воинами, наемниками или, скорее, дружинниками на службе какого-нибудь лорда. Кое-кто, не ограничившись мечами, держал под рукой легкие топорики на коротких рукоятях, серповидные лезвия которых, способные одним ударом развалить кованый шлем, тускло блестели в сумерках. У других на ленчике седла висели миниатюрные шестоперы, казавшиеся игрушечными из-за своих скромных размеров,
Не замечая никого и ничего на своем пути, отряд гнал во весь опор, и Ратхар вдруг подумал, что с них станется просто втоптать в землю замешкавшегося путника, не успей тот отскочить в сторону, освобождая дорогу. И едва ли кто-то из этих молодцев хотя бы обернется, чтобы увидеть выпавший из-под копыт могучих скакунов бесформенный кусок мяса, то, что совсем недавно было чеовеком. Мгновение спустя выяснилось, что, даже убравшись с пути отчаянно спешивших всадников, нельзя было чувствовать себя в безопасности.
– Посторонись, - один из всадников, ехавший в хвосте растянувшегося длинной колонной отряда, едва не сбив юношу, грозно рыкнул, замахиваясь плетью.
– С дороги!
Он был готов ударить, и Ратхар представил, как лопается кожа на лбу и кровь горячим потоком заливает глаза. Но в следующее мгновение всадник наткнулся на холодный взгляд рыцаря, увидел его ладонь, плотно стиснувшую рукоять готового покинуть ножны клинка, и, передумав, со всех силы стегнул не Ратхара, а своего коня. Жеребец взвился на дыбы, протяжно заржав, а затем, повинуясь командам наездника, устремился следом за его товарищами, преодолевшим за неуловимое мгновение не меньше полусотни ярдов.
– Даже интересно стало, куда они так спешат, - протянул Бранк Дер Винклен, глядя вслед удалявшемуся отряду, почти полностью скрытому клубами пыли, вздымавшимися ввысь.
– Они же только загонят коней, а сменных я что-то не приметил.
Всадники, на рукавах и плащах которых была вышита булава, промчались, точно преследуемые тысячей демонов, и спустя несколько минут исчезли за холмами. Дер Винклен тронул поводья своего коня, направив его к видневшемуся вдали трактиру, и Ратхар последовал за рыцарем. Но они не проехали и двухсот ярдов, когда впереди, за поворотом, вновь раздался топот копыт.
– Кто-то отстал?
– усмехнулся рыцарь.
– В Дьорвике, между прочим, опасно путешествовать по лесам после заката.
На дороге показались еще два всадника, тоже пустившие своих скакунов в галоп. Они промелькнули мимо путников темным росчерком, явно спеша за тем отрядом, который промчался на запад минутой раньше. В прочем, Ратхар подумал, что к свите того безымянного лорда эта пара едва ли могла иметь отношение. Скорее, то были бродяги, такие же, как сам юноша и его господин.
Первым, погоняя могучего вороного жеребца, скакал тщедушный человечек, нисколько не похожий на знатного лорда, даже просто на воина. Ратхар
Следом за этим странным человечком скакал плечистый воин, из-под кожаной куртки которого торчали рукава тяжелой кольчуги. За спиной богатыря, не уступавшего мощью Бранку Дер Винклену, висела широкая сабля-баделера, оружие, какого прежде Ратхару не приходилось видеть. Рыцари пользовались тяжелыми прямыми клинками, обычные же воины в лучшем случае обзаводились кордами или тяжелыми фальчионами, удобными в тесной свалке. На мгновение юноша вспомнил тех людей, за которыми он безуспешно гонялся уже много дней. Кажется, они тоже были чужаками здесь, как и этот воин, вооруженный столь непривычным клинком.
– Поспеши, парень, - окликнул Ратхара, провожавшего взглядом странную парочку, Дер Винклен.
– До постоялого двора осталось не больше мили, и я хочу поесть прежде, чем там все выпьют и съедят другие путники.
Пустив коней шагом, рыцарь и его слуга двинулись к призывно мерцавшему огнями трактиру, со стороны которого налетевший ветерок донес запах свежего хлеба, от которого у Ратхара в животе громко заурчало. Близился отдых, и юноша, тело которого затекло от долгого сидения в седле, едва сдержался от того, чтобы пришпорить свою кобылу, с трудом сохранив степенность.
По дороге юноша гадал, что за спешка погнала такую толпу народу в путь, и куда они могли направляться. В прочем, думал он об этом без особого интереса, просто, чтобы занять себя. Мысли ворочались медленно, с натугой. А путники они таки добрались до трактира, и расторопные слуги, при виде рыцаря почуявшие, что к ним пожаловал достаточно состоятельный гость, поставили на стол пиво и жареное мясо, о попавшихся навстречу всадниках Ратхар и вовсе забыл.
Лорд Бергус, поспешно оставивший гостеприимное жилище Кайлуса, тоже забыл о встреченных на опустевшем с наступлением сумерек тракте путниках, причем намного быстрее. Уже спустя миг он едва ли мог бы сказать, сколько было тех всадников, и были ли они вообще. Мысли владетельного лорда ныне были обращены совсем на другое.
– Вероломные псы, - рычал охваченный праведным гневом Бергус, когда его свита, услышав приказ, кинулась седлать коней, готовясь отправиться в путь.
– Как они смели предать нашего короля? Верить самозванцу, ничтожному бродяге, проходимцу без роду и племени, каково, - возбужденно воскликнул лорд.
– Он такой же принц Эрвин, как я - корханский кочевник!
Появление наследника Альфиона, которому полагалось сдохнуть давным-давно, сговор лордов, все это привело Бергуса в сильное смятение. Порой ему казалось, что все, собравшиеся в замке Кайлуса, попали под действие каких-то странных чар, словно тот человек, что назвался Эрвином, в действительности был колдуном.