Путь
Шрифт:
– Скажи, человек, не видел ли ты прежде нашего брата?
– спросил, сверял глазами разбойника, стройный рослый воин, кожа которого была смугла, а на левой щеке проступала полустершаяся татуировка. За спиной его висела длинная сабля.
– Он был в этих краях, мы точно знаем. Возможно, наш брат попал в беду. Помоги нам отыскать его, уважаемый.
Словно в миг лишившись дара речи, Луберг обвел затравленным взглядом попавшего в силки зверя полдюжины воинов, вооруженных до зубов и схожих с тем странным путником, который все никак не шел из головы разбойника, как две капли воды. А те просто стояли, храня молчание, и ждали ответ. Но в тот миг ни атаман, ни пришельцы из-за океана еще не
Глава 1 Тени минувшего
В таверне было шумно и жарко. Капитан Хреки, прижавшись спиной к обшитой деревом стене, пребывал в блаженной полудреме. Время от времени он прикладывался к кружке, наполненной примерно наполовину ароматным элем, бросая по сторонам скучающие взгляды. Искусный мореход, одинаково отважный в дальнем походе, среди океана, и в отчаянной схватке, равно хорошо управлявшийся с рулевым веслом и клинком, он предавался отдыху, вполне заслуженному, по мнению самого капитана.
Рядом галдели моряки с "Жемчужного змея". Полдюжины жилистых парней, трясших огненно-рыжими шевелюрами, играли в кости с парой темнокожих южан, лишь сегодня прибывших в Хельдсее. Один из самых больших портов на всем восточном побережье, этот город принимал всякого, кто являлся с миром, для торговли, а не для войны, и не важно, откуда бы он ни был родом. Здесь не запрещали поклоняться своим богам, следя только за тем, чтобы чужаки не устраивали жертвоприношения, что, как рассказывали иные знатоки, в полуденных странах было обычным делом. В прочем, те же знатоки шепотом добавляли, что кровавые жертвы все же проносили и здесь, на этих сумрачных берегах, благо, рабов хватало, и смерть одного из сотен едва ли могла вызвать подозрения. Раб, он и есть раб.
Но сейчас Хреки не было дела до верований чужеземцев, лишь бы не устроили драку с его людьми, даром, что каждый южанин носил заткнутый за широкий кушак кинжал. Оружие, снабженное хищными изогнутыми клинками, выглядело весьма опасно, и не было сомнений, что его владельцы знают, за какой конец нужно держать свои железки. У островитян, кстати, тоже хватало оточенной стали, с той лишь разницей, что они предпочитали прямые ножи и кинжалы, с которыми не расставались ни на миг, стоило ступить на твердую землю. В море да, там никто, в том числе и сам Хреки, не мог держать при себе оружие, здесь же, среди толчеи, людского океана, в котором смешались уроженцы самых разных стран, даже дрянной ножик мог спасти жизнь.
Правда, пока ничто не предвещало беду. Стучали кости, звенели монеты, - мелочь, подметил капитан, - и игроки время от времени разражались воплями радости или огорчения, это уж на кого как смотрела удача. Среди их голосов четко был слышен рык Фрейра, помощника и самого доверенного товарища капитана. Этот громила следил за моряками, точно заботливая нянька, чему Хреки был рад.
Капитан с явным безразличием вслушивался в ровный гул, в котором смешалась добрая полудюжина языков. Несколько десятков моряков и пара-тройка горожан делились друг с другом новостями, рассказывали байки, давали советы, а над всем этим плыли визгливые звуки скрипки, складывавшиеся, тем не менее, во вполне приятную мелодию. Музыкант, сидевший в дальнем углу, играл уже достаточно долго, и в плошке, стоявшей у его ног, с каждой минутой росла горка монет. Глазастый, как и должно моряку, Хреки, различил даже тусклый блеск золота. Капитан решил, что, уходя, обязательно добавит к ним что-нибудь из своего кошелька.
Внезапно чуткий слух Хреки уловил произнесенное за одним из ближних слотов слово, и моряк вдруг весь обратился в слух, ибо это слово, название, точнее, кое о чем говорило ему.
– Зоакр был отчаянным
– Он избороздил весь океан, и был одним из тех смельчаков, которые добирались даже до Скельдина.
– Вот как, - удивился сидевший напротив видарца человек, по виду - сухопутная крыса.
– И часто ли сей почтенный капитан ходил в те края?
– Врать не буду, - честно, что уже дорогого стоило, признался моряк.
– Может, и не часто, но точно скажу, что последний раз он направлялся именно на эти проклятые острова. Да только, видимо, так и не добрался до них, - добавил видарец.
Тот, с кем вел степенную беседу моряк, был немолод, но крепок, хоть и несколько упитан. Хреки, краем глаза разглядывая этого человека, предположил, что то был путник, такой же, как сам он чужак в этом городе. Но, скорее всего, этот мужчина солидного вида, носивший коротко стриженые волосы и бородку, осыпанные ранней сединой, явился в Хельдсее посуху.
Этот человек был одет в коричневый камзол и узкие бриджи, а также в прочные сапоги, подбитые железом, в каких хорошо было шагать по дорогам, не опасаясь быстро стереть подошвы. Капитан "Жемчужного Змея" не заметил оружия, да путник и не был похож на воина. Скромная одежда, чернильные пятна на пальцах, потертая котомка, небрежно брошенная на лавку подле себя, все это позволяло считать чужака кем-то вроде странствующего ученого. Хреки слышал о таких чужаках, записывающих в свои книги обычаи далеких народов, изучающих языки и природу далеких краев.
Этот люд был вполне безобиден, часто становясь жертвами разбойников, не умея толком постоять за себя, ибо мудрость не заменит хороший меч. Правда прислоненный к стене справа от седовласого странника тяжелый посох при некоторой сноровке мог оказаться опаснее даже меча. Во всяком случае, сам Хреки с такой дубиной не испугался бы выйти и против трех вооруженных противников.
– Пираты?
– понимающе спросил чужеземец.
– Я слышал, что в этих водах весьма опасно.
– Верно, любителей легкой наживы здесь хватает, - криво усмехнувшись, кивнул тот, кого капитан "Жемчужного Змея" окрестил видарцем.
– Эти хищники набрасываются на любого, кого повстречают. Особенно головорезы с островов, будь они все прокляты во веки веков, - уточнил он, повысив голос, чтобы было слышно в самом дальнем углу переполненного кабака.
– Кровожадные выродки, - при этом моряк покосился на Хреки, сделавшего вид, что ничего не видит и не слышит.
– Нападают стремительно, без малейшего сожаления расправляясь со всеми, кто окажется на их пути. Бешеные псы, а не люди!
Хреки с трудом подавил желание подойти к болтуну и вызвать его на поединок, не важно, на мечах, дубинах или самострелах. Да, капитан "Жемчужного Змея" не гнушался обчистить чужие трюмы, но он рыскал по бескрайнему морю в поисках не наживы, а яростной схватки. Если Хреки видел, что его противник слаб, он никогда не атаковал, пусть даже трюмы купца доверху заполненные золотым песком. И это знал каждый в Хельдсее и дальше на юг, кроме, видимо, этого заезжего ублюдка. Услышь тот же Фрейр, как отзывается чужеземец об их соплеменниках, видарец точно давно уже подавился бы своими зубами, и хорошо, если бы тем дело и ограничилось.