Пятно
Шрифт:
—Сунь к себе одну, мне в рюкзак не влезет больше. — Я поставил у дверей две бутылки с водой и вытащил из кобуры наган. — Давай бери и пошли.
—Зачем нам сгущенка? Сухого пайка на двоих хватит.
—Очень надо твои концентраты жрать. Бери, хуже не будет.
Кузнецов только пожал плечами, сунул банку сгущенки к себе в ранец и подошел ко мне:
—Готов?
—Подожди, — вновь остановил я опера.
—Что еще?
—Ты точно поиски продолжить решил?
—А ты нет?
—Я первый спросил.
—Да, точно
—Вот! В этом вся суть! — усмехнулся я. — Говори, куда именно идти. Надо уже с маршрутом определяться.
—Где танковое училище было, знаешь?
—Примерно.
—Нам туда.
—Ясно. Пошли!
Я распахнул дверцу фургона и с револьвером в руке выпрыгнул наружу; федерал сиганул следом и сразу же отскочил к стене магазина. Потом огляделся по сторонам и, не опуская автомата, спросил:
—Теперь куда?
—Прикрывай. — Я убрал наган в кобуру и, подхватив две полторашки с водой, зашагал к фуре.
—Стоять! — немедленно одернул меня Кузнецов и зашагал к пожарной лестнице. — Пошли!
—Зачем?
—А если скраи устроили наверху наблюдательный пункт? — прошептал прокравшийся вдоль стены магазина опер и указал на заляпанный глиной пруток нижней ступеньки. — Смотри!
—Да вижу, вижу.
Я отставил полторашки на асфальт и вновь полез за оружием.
—Прикрывай, — скомандовал Кузнецов и начал подниматься по лестнице на крышу пристроя. — И по сторонам смотри…
Стараясь не громыхать ботинками, я поспешил за ним и замер на месте, когда опер пропал из виду.
—Давай сюда! — позвал меня выглянувший мгновенье спустя федерал. — Быстрее!
Я забрался к нему и сразу же присел, продолжая контролировать двор. Кузнецов убежал на противоположную сторону и, не обнаружив скраев, перебрался на крышу третьего этажа. Несколько минут он осматривал в бинокль окрестности, а потом вернулся ко мне.
—Никого. Похоже, мы с ними разминулись, — заявил он.
—Пошли отсюда…
Мы спустились во двор, и, прихватив полторашки с водой, я зашагал к перегородившей проезд фуре. Пролез под нее и, укрывшись за крыльцом торговавшего разливным пивом магазинчика, оглядел проходившую метров в пятнадцати дорогу.
—Сразу в центр не пойдем, крюк сделаем. — Убедившись в отсутствии опасности, я поднялся с асфальта и побежал через проезжую часть.
—Зачем? — удивился не отстававший от меня федерал. — Не проще разве напрямик?
—Если пойдем напрямик, нас любой дурак перехватить сможет, — объяснил я. — Нет, раз уж начались непонятки, лучше подстраховаться.
—Надеюсь, много времени это не займет, — нахмурился Кузнецов.
—А вот это как раз не факт, — посмотрел я на заметно потемневшее небо. — Кажется, дождь собирается…
—И как нам это помешает?
—У нас такие дожди — мама не горюй. Не успеем укрытие найти, мало не покажется…
—Тебе видней. — Опер глянул на почти
—И не говори, — усмехнулся я и замер на месте, приметив, как что-то блеснуло по краю оплавленной дыры в асфальте.
—Это лед? — удивился федерал, проследив за моим взглядом. — Откуда он здесь?
—Какие-то неправильные термические заряды были, — предположил я и, приметив еще несколько окруженных изморозью отверстий, перепрыгнул через ограждение газона. — Лучше обойти…
—Как скажешь, — не стал спорить опер и тут же поинтересовался: — Слушай, а как получилось, что из магазинов все вынесли, а рядом полная машина еды стоять осталась?
—Ну, вариантов может быть несколько, — осторожно продвигаясь меж кустов, ответил я, начиная жалеть, что пожадничал и захватил с собой обе полторашки. И руки отсохли уже, и не выкинуть их теперь. — Как вариант, это могла быть машина мародеров. Загрузиться они загрузились, а уехать уже не успели. Ну а потом на «газель» с разбитой кабиной никто внимания просто не обратил.
—Ну, как вариант, — кивнул Кузнецов и тихонько присвистнул, заметив впереди несколько черных деревьев. И черными были не только голые ветви, но и росшая вокруг трава.
—Обходим. — Я двинулся обратно к тротуару и потянул за собой федерала. — И не спрашивай меня даже, что это такое. Встречается иногда.
—Вот ведь, — шумно выдохнул опер. — Ну и городок у вас…
—Что есть, то есть, — ухмыльнулся я и, присев у перевернутой «Нивы», начал внимательно изучать широкий проспект. — Доставай бинокль.
—Случилось что? — устроился рядом Кузнецов.
Он настороженно оглянулся, но и закопченные жилые дома с разгромленными магазинами на первых этажах, и перегороженная сожженными автомобилями дорога, как и прежде, оставались безлюдными. И разве что трепетавшая под порывами ветра рекламная растяжка, накрутившаяся на собственные тросы, да зацепившийся за ветки соседнего дерева цветастый пластиковый пакет создавали хоть какое-то подобие оживления.
—Пока ничего не случилось, но нам ведь оно и не надо. Так?
—А поподробней?
—Через реку многие переправляются, а вот за проспект уже мало кто суется. Потому как опасно. Только если конкретная наводка есть — и то не каждый решится.
—Что конкретно опасно?
—Все. Заметишь что-нибудь непонятное, говори сразу.
—Проводник из тебя… — буркнул Кузнецов и с биноклем в руках выглянул из-за прикрывшего нас от дороги автомобиля.
—А кто-то напрашивался?!
—А разве нет?
—У тебя было из кого выбирать? — Я тоже приподнялся с асфальта и уставился в другую сторону. — Многое о центре болтают, надеюсь, самые опасные места получится стороной обойти.